Читаем без скачивания Ненависть - Иван Белов

К Шарташу вышли часам к девяти утра. В пакгаузе ни души, на песке пустые коробки из под армейских пайков, обрывки бинта, консервные банки с муравьями, деловито копошащимися в остатках подливы. Вольф увел своих к сокровищнице. Наверное долбятся стену. Интересно, а если там правда золото, то как его отсюда вытаскивать, на горбу?

Ответа долго ждать не пришлось. Вышли на гребень пологого холма, густо заросшего колючей акацией. Отлично просматривался вход под насыпь с золотым поездом. У распахнутых настежь ворот, толкались люди, кто не разобрать, расстояние метров двести, а бинокль Стрелок зажал. Все для себя, любимого. Ничего необычного, разве ландшафт неуловимо изменился с прошлого раза. Вон того зеленого пригорка еще вчера не было. Чудеса.

— Дальше не идем, — Стрелок взглядом указал на едва заметную леску, пересекающую путь шагах в трех впереди. — Тут без нас времени зря не теряли, заминировано густо и с выдумкой.

Кот задергался, замычал. Руди дернул поводок и состроил страшную рожу. Пленник пренебрежительно закатил глаза и затих.

— А Вольф с выдумкой мужик, оборотистый, — хмыкнул Стрелок, протягивая бинокль.

Руди прижался к оптике. У ворот командовал Михаэль, наемники волокли внутрь длинный, тяжелый ящик. А холм… Нихрена это и не холм. Маскировочная сетка натянута поверх объекта с подозрительно знакомыми очертаниями. Угадывались хвост, плавные обводы кабины, длинные лопасти…

— Вертолет?

— Бинго! — поздравил Стрелок. — Жаль Зули нет, сейчас бы уже проклинал шайтан-леталку. А я в Дирлевангере сомневался. Приятно, когда у человека есть план, а овчинка определенно стоит того.

— Откуда?

— Ближайшая вертолетная эскадрилья в Нижнем Тагиле, подозреваю машина от туда. Марку не угадаю, явно транспортный, Вольф попробует забрать максимальное количество груза, а вот число пассажиров, подозреваю, будет ограничено. Билетов на всех не хватит.

— Думаешь кинет нас?

— Это не важно уже, — уклонился от прямого ответа Стрелок. — Держи хвост пистолетом, никому не верь, кроме меня, да и мне тоже не верь. Куда кривая выведет.

— Что ты задумал? Я имею право знать.

— Имеешь, — неожиданно согласился Стрелок. — Посмотри на этих людей. Скажи, что ты думаешь?

Руди чуть растерялся, забегал глазами по темным фигуркам снующим у входа в подземелье и признался:

— Они мне не нравятся, большинство из них отборная мразь, после общения с ними хочется в душь, потому я не хочу возвращаться. Уйдем.

— Мы не можем, — Стрелок посмотрел испытующе. — Сегодня все эти люди умрут.

— Что?

— Этот путь для зондеркоманды в один конец. Я узнал что хотел, теперь мышеловка захлопнулась, Зульфат выведет сюда местных часа через два. Никто не уйдет.

— А как же мы? — ужаснулся Рудольф.

— А мы как получится.

Бандит достал рацию и зажал тангету.

— Волк, я Лесник, как слышишь меня? Прием.

Рация зашипела, послышался чистый, без посторонних шумов голос Руваса:

— Лесник слышу тебя. Прием.

— Волк, мы выходим с северо-запада. Дай отбой постам, глупо получится, если нас нашпигуют свинцом. Прием.

— Хорошо Лесник, обозначьте себя, пришлю человека, у нас тут маленькое, минное поле, рекомендую посматривать под ноги, — сквозь динамик чувствовалось, как прибалт улыбается. — Конец связи.

— Тут и посты есть? — удивился Рудольф. До насыпи рукой подать, кто выставляет охранение на таком расстоянии?

— Первый обошли на путях, — кивнул Стрелок за спину. — Не знаю чем они там занимаются, может спят, мы не особо и прятались. Второй совсем рядом, метров сто восточней по гребню.

Руди зашарил биноклем. Никого. Легкий ветерок играл ветками, цветочки красивые, пчелки жужжат.

— Раздвоенную березу наблюдаешь? Чуть левее горелый пень, присмотрись.

Руди вылупился в указанную точку. Ага, из травы поднялась голова в камуфляжной панаме и солнцезащитных очках, огляделась на сто восемьдесят градусов и пропала. От Стрелка хрен спрячешься.

— Лентяи, — посетовал террорист. — Лежку ветками замаскировали, а листочки повяли на такой жарище. Еще и курят поганцы. Поднимай Котяру.

Он медленно выпрямился во весь рост и помахал в сторону незадачливых сторожей. Снова появилась голова в панаме, наемник помахал в ответ и сконфуженно скрылся из виду.

От группы у ворот, отделился человек и медленно пошел к ним, выписывая затейливые спирали.

— Привет бродяги! — Лис остановился у подножия холмика. — Спускайтесь!

— Херов, мы и тут посидим, — радушно отозвался Стрелок. — У нас две лягушки прямо по курсу.

— Глазастые, — оценил Лис. — Заставляете старика в гору лезть, сволочи.

Наемник залез по склону, руководствуясь невидимыми ориентирами, аккуратно перешагнул леску и гордо сообщил:

— Вчера с Михаэлем весь день на карачках проползали, кто чужой сунется, на суповой набор раскидает. На меня идите, здесь чисто. Так, я не понял, а где азиат ваш?

— Отстал, — не стал вдаваться в подробности Стрелок.

— А это что за клоун?

Кот вызывающе замычал.

— Ух грозный какой. За мной идите, Михаэль последние запасы извел, не поскупился.

Руди пропустил пленника вперед и пошел замыкающим.

— Где Вольф? — поинтересовался Стрелок.

— В тоннеле своем, ворота рвать собираются. Винтокрыл наш видели? Вчера вечером прилетел, мы обалдели. Наши трое парней захватили в Тагиле вертушку и рванули сюда. Нам теперь обратного хода нет, говоря по научному, мы вне правового поля, как волки в лесу. Никакая не зондеркоманда, а вольная банда. Скоро заживем на широкую ногу!

— Веришь в золотишко?

— Вы и о золоте знаете? А почему нет? — Лис назидательно воздел указательный палец. — Человек такая скотина, верит во всякую дрянь: Бога, Дьявола, инопланетян, всеобщее благо, прочее любопытное дерьмецо. Иначе какой смысл коптить небеса? Золото, не золото, дело десятое, ведь не приперся же гауптман сюда за вышитыми подштанниками любимой бабули, — и с любопытством посмотрел на пленного. — Из местных урод?

— Да.

— Суки, столько парней положили. — Лис наотмашь отвесил Коту подзатрещину.

Тот попытался пнуть в ответ, запутался в ножных путах и чуть не упал.

— Прыткая мартышка. — заржал Лис.

— Это Кот. — поправил Рудольф.

— Да хоть кошка, — Лис как-то сразу успокоился.

За прошедшие сутки наемники времени зря не теряли. Подходы к сокровищнице прикрыты свежевырытыми окопчиками, брустверы выложены дерном. Из пулеметных ячеек угрюмо чернели стволы. Где возможно, сектора обстрела расчищены от кустов и высокой травы не нарушая первоначального вида окружающей местности. Народ встречал хмурыми улыбками.