Деверо поспешно принял приглашение.
— Чем развлечь вас, миледи, чтобы вы забыли о том, что так раздосадовало вас. Или кто.
Неужели он слегка подчеркнул слово «кто»? Не вызвал ли подозрений поспешный уход Дэмиена?
— Ах, сэр, я просто задумалась и вспомнила кое-что неприятное, — поспешно заметила Мерри. — Но все это совершенно не важно. Однако буду рада, если вы назовете имена тех гостей, с которыми я еще не имела чести познакомиться. Предупреждаю, их очень много.
— С удовольствием, — кивнул Деверо. — Итак, с кого начнем?
Мередит скоро обнаружила, что ее сосед не только знает всех и каждого, но и не гнушается поделиться восхитительно остроумными сплетнями о некоторых из присутствующих. Дэмиен, бросив осторожный взгляд на смеющееся оживленное личико, понял, что попытка наказать негодницу с треском провалилась. Похоже, Мерри нашла чем развлечься в его отсутствие.
— Кажется, Джералд увлекся протеже Арабеллы, Ратерфорд, не находите? — прервал его невеселые размышления мягкий голос хозяйки.
— Неужели? — с неподдельным изумлением вырвалось у Дэмиена. Подобное ему в голову не могло прийти!
Ему едва удалось взять себя в руки и принять подобающе равнодушный вид.
Герцогиня кивнула.
— Он умолял позволить мне повести ее к обеду. — Ее глаза остановились на увлеченной разговором парочке. — Интересно, останется ли она равнодушной к его чарам. Конечно, нельзя сказать, что Деверо находится в стесненных обстоятельствах, но ее состояние совсем ему не помешает.
Дэмиен раздраженно стиснул зубы, но всякое замечание на эту тему, несомненно, вызвало бы пересуды. Не стоит дразнить гусей, но предупредить Мерри о том внимании, которое она привлекает своим, пусть и совершенно безвредным флиртом, необходимо. Хотя, если он действительно безвредный, зачем заговаривать с ней? Пусть немного помучается, пока не раскается в своей сварливости.
Деверо действительно повел Мередит к праздничному столу, и она оказалась разлученной с Дэмиеном. Она ничуть не обиделась бы, если бы не тот факт, что за все это время он ни разу не взглянул на нее. Она не могла выказать ни досады, ни рассеянности в присутствии чересчур внимательного компаньона и поэтому постаралась ненадолго забыть о Дэмиене.
После обеда лорд Ратерфорд вместе с хозяином и двумя гостями уселся играть в карты, чем еще больше рассердил Мередит, и та, несмотря на все знаки внимания со стороны Деверо, почувствовала себя одинокой и брошенной и почти не уделяла внимания развлечениям, не слушая игры на арфе и фортепиано и отказавшись играть в вист. Если Дэмиен и дальше станет выражать свое неудовольствие таким образом, ее пребывание в Белвуаре вряд ли можно будет назвать приятным. Но Мередит преисполнилась решимости закончить размолвку как можно скорее и… и собственным, не совсем обычным способом.
Когда леди отправились спать, Ратерфорд стоял в холле с компанией мужчин. Глаза Мерри были опущены, плечи поникли, всем своим видом она выражала глубочайшую печаль, понятную лишь ему одному, прекрасно знакомому с ее актерским искусством. Плутовка вздумала притворяться!
Он передал ей свечу и на мгновение сжал запястье, перед тем как пожелать спокойной ночи.
— Прости, — прошептала она. — Ты ведь не будешь сердиться завтра, верно?
Губы Ратерфорда дрогнули.
— Взгляни на меня, — приказал он. Мерри послушно подняла глаза. — Как я и предполагал, — шепнул он, — ты совершенно неисправима. Предупреждаю, Мерри, если намереваешься и дальше продолжать в том же духе, я просто уеду отсюда.
— Но я вовсе не хотела ссориться с тобой.
— В таком случае все в порядке, — удовлетворенно улыбнулся он, отпуская ее руку. — Счастливых снов, кузина Мередит.
Мередит кокетливо коснулась губ кончиком языка, призывно сощурила глаза и отправилась наверх за Арабеллой.
Нэн, очевидно, вняла ее совету и не стала дожидаться ее. Мередит поспешно разделась, натянула ночную рубашку и темный плащ с капюшоном и уселась у огня. Прошло более часа, прежде чем она убедилась, что в доме все стихло. В коридоре — ни души, двери закрыты, не слышно приглушенных шагов по ковру. Мередит повернула ручку замка. Никого. Только свечи догорают в настенных подсвечниках. Мерри выскользнула в коридор, прокралась в центральную галерею. Внизу царил полумрак, который изредка рассеивали только вспышки умирающего огня в камине. Очевидно, внизу тоже никого не осталось, если свечи погашены.
Мередит на цыпочках промчалась через галерею и свернула в проход, ведущий к западному крылу. В конце концов она всегда может притвориться сомнамбулой, леди Макбет с больной совестью!
Мерри прижала пальцы к губам, чтобы скрыть смешок. Безнадежно! Она никогда не сможет стать респектабельной, это слишком скучно!
Замок был настоящим лабиринтом коридоров и коридорчиков, по обе стороны которых виднелись ряды дверей. К счастью, она, как любой контрабандист, обладала прекрасной зрительной памятью и без всякого затруднения нашла комнату Дэмиена. Из-под двери не пробивалась полоска света.
Она осторожно повернула фарфоровую ручку и мгновенно оказалась в комнате. Но не застала врасплох Ратерфорда. Тот, как истинный солдат, привык спать чутко и пробуждаться от малейшего шума. И сейчас, едва перед кроватью возникла темная фигура, он вскочил, сжимая пистолет с серебряной рукоятью, неизменно лежавший у него под подушкой.
— Какого черта? — тихо воскликнул он, не веря собственным глазам.
— О, ты проснулся? Какая жалость! А я задумала разбудить тебя совершенно особым образом!
Лукавый хохоток мгновенно убедил Ратерфорда, что он не стал жертвой галлюцинации.
— Ну разве это не великолепное приключение, любовь моя?
Ратерфорд лишился дара речи. Не отрывая глаз от Мерри, он сунул пистолет под подушку, зажег свечу у постели и снова лег. Мерри откинула капюшон плаща и задорно тряхнула волосами.
— Как, сэр, вам нечего мне сказать?
Ратерфорд только головой покачал, Мерри тем временем сбросила плащ, развязала атласную ленту у ворота скромной белой сорочки и медленно стащила ее через голову. Дэмиен только громко выдохнул при виде прелестного обнаженного создания, словно расцветавшего под его взглядом: голова чуть наклонена, на губах играет легкая улыбка.
— Плутовка! — наконец обрел он голос. Но Мерри в ответ рассмеялась и принялась ловко раздевать его.
— Я собираюсь любить тебя всю ночь, — сообщила она, всем телом притиснув его к кровати. — Ты должен лежать смирно и позволить мне подарить тебе блаженство. Теперь моя очередь.
— Готов на все, — прошептал он, закрывая глаза, пока Мерри щекотала ресницами его соски, обдавая кожу горячим дыханием. Изысканная пытка продолжалась целую вечность: легкие невесомые прикосновения шелковистых волос, нежных губ, влажного языка. Она обволакивала Дэмиена, позволяя его глазам и рукам скользить по ее точеному телу. Сегодня она получала удовольствие, видя наслаждение возлюбленного, возбуждаясь его возбуждением. Губами и пальцами она подвела его к порогу экстаза, и наконец Дэмиен с глухим стоном поражения запустил руки в рыжеватый каскад волос, раскинувшихся по его животу, и поднял ее голову.
