да, но попозже. Мне бы сначала хотелось получше тебя узнать. А еще очень хочется доучиться и получить лицензию зельевара. Ты такой… безупречный…
– Вовсе нет, – возразил он.
– Да! – принялась настаивать я на своем. – Не характер, хотя и он мне нравится. И не внешность, хотя… ну ты понял. – Я смущенно отвела взгляд. – Речь идет про твои достижения. Ты так много всего умеешь, это восхищает. А я… я просто студентка. У меня нет ничего…
– У тебя есть главное – ты, – опять перебил Андреас. – И фамильяра, которую ты вырастила, чем многие не могут похвастаться, у тебя, маленькой ведьмочки, тоже есть. И зелья, за которыми приходят люди. А еще твоя искренность, доброта, готовность помогать друзьям. Настя – ты настоящее сокровище. Я не льщу тебе, поверь. Ты талантливая и целеустремленная девочка, впереди у которой будет множество достижений. Я не стану мешать, обещаю. А если такое вдруг случится, просто напомни мне мои же слова, – улыбнулся он, сохраняя за собой право на ошибку и… на ее исправление. – Помогу, если позволишь, научу, подскажу, но точно не буду давить или зарубать на корню твои идеи. Только позволь мне быть рядом, – притянув к себе, мастер снова меня обнял, целуя в макушку. – Оберегать тебя, общаться с тобой… любить. Сделай мне самый желанный подарок: разреши надеть тебе кольцо.
– Вообще-то, я планировала подарить тебе кое-что другое, – пробормотала, чувствуя, как загораются кончики ушей, торчащие из-под распущенных волос. А затем, решительно протянув руку, заявила: – Надевай!
И в этот самый момент вновь активировались мои сомнения. Пальцы дрогнули, однако силы воли хватило, чтобы не отдернуть трусливо ладонь. Мелькнула мысль, что мастер не просто так увел меня в этот волшебный сад без Мурочки – она бы наверняка не позволила так быстро согласиться: потребовала бы сто ознакомительных встреч, дорогостоящий конфетно-букетный период, преимущественно состоящий из конфет (и камушки те, которые Андреас Валю предлагал, тоже). Еще бы испытания для жениха придумала какие-нибудь заковыристые – одним словом, развлеклась бы от души за его счет. А я растаяла от слов возлюбленного, как снежинка на теплой ладони, и сразу же на все согласилась.
Ох… Надеюсь, подарив себя ледяному змею, я потом об этом не пожалею.
В бальном зале…
Хорошего, как говорится, понемножку.
И я сейчас не на будущую свекровь жалуюсь, которая в реальности оказалась очень даже приятной и действительно дружелюбной женщиной в забавном костюме лисички, хотя по логике ей больше подошла бы змеиная чешуя, чем рыжий пушистый хвост. Но вдовствующая княгиня Канерва (непростой сосед-часовщик и происхождением, как выяснилось, отличился) предпочитала огненный мех, прекрасно сочетавшийся с ее рыжими волосами, в которых, в отличие от младшего сына, не было и намека на седину.
И к главе рода ледяных змей у меня тоже нет никаких претензий, ибо и он, и его темпераментная жена отнеслись ко мне очень тепло. Никого из семьи Андреаса не волновал мой статус, доходы, прочее. Разве что будущая свекровь про возраст уточнила, решив поначалу, что я слишком юна для ее отпрыска. Когда же княгиня узнала, что я учусь в магической академии на третьем курсе, расслабилась и принялась знакомить меня с многочисленными гостями, развлекая забавными историями о детстве моего жениха. При этом госпожа Канерва упорно пыталась увести меня от Андреаса хотя бы на время. Подозреваю, делала это все хитрая «лисица», чтобы дать мастеру возможность поговорить с братом о делах. Они, как выяснилось, давненько не виделись.
Вот в один из таких моментов, когда княгиня, подхватив под локоток, потянула меня к накрытым столам, чтобы угостить каким-то особым новогодним блюдом, явился тот, кого в ледяном замке не ждали. Особенно я. Да и Андреас, судя по выражению его лица, тоже. Правда, удивление мага быстро сменилось хмурым видом, но мне этого хватило, чтобы понять – привел он меня сюда колечко на палец надеть и с родными познакомить, а не проклятого «дядюшку» на «племянницу» выманить. Да и как? Я же дар уже потеряла.
Хм… а ведь и правда… Что же тогда Филипп Петрович здесь забыл?
– Постой-ка тут, милая, – шепнула «лиса», задвигая меня к себе за спину, как это обычно делал ее сын – защищать более слабых у них, похоже, в крови.
Брат Андреаса двинулся в направлении гостя, но мастер остановил его и, засунув руки в карманы, сам неспешной походкой направился к Филу, появившемуся посреди зала, точно демон из преисподней. Весь в черном, глаза горят, волосы растрепаны, а руки с воинственно растопыренными пальцами сверкают от обилия боевых заклинаний. Неудивительно, что толпа гостей, минуту назад весело отмечавших Новый год, с дружным вскриком отпрянула в стороны. Музыканты перестали играть, и в зале повисла гнетущая тишина. Только время на сей раз не замедлилось, что лично мне показалось странным. Неужели у «дядюшки» амулеты закончились?
– Неожиданно, – задумчиво протянул мой паук, разглядывая бывшего друга и наставника, как назойливого таракана, угодившего в его паутину. – И что тебе от нас надо? Дар ты ее забрал, – не называя меня по имени, сказал он. – Мэнсфилд проверил: она опять реагирует на магию времени, как все обычные люди. Тогда какого беса ты здесь, Фил? Соскучился? – саркастически поинтересовался мастер, прожигая взглядом визитера, который все больше походил на загнанного зверя.
Опасно, черт возьми!
Не оборачиваясь, жених бросил в мою сторону ворох серебряных искр – и охранные чары, дремавшие в последние часы, моментально активировались, отчего я начала светиться как растения в его волшебном саду. Такого в академии магии не было, а тут – пожалуйста! И кто, интересно, постарался? Герцог, Андреас, Валь? Или Мурмизулия свет Браварная что-то намудрила, пока я ее за ушком чесала и промеж крылышек гладила? Хорошо все-таки, что умные защитные плетения не отправили в нокаут мою будущую свекровь. Видать, я ей действительно понравилась, раз магия не сочла ее попытки похитить меня у жениха за угрозу.
– Верни мне мое, Канер-р-рва! – все больше напоминая зверя, прорычал Фил. Или не зверя, а старого злобного ворона, костюм которого он так и не сменил, разве что маску с клювом где-то посеял.
– Что именно тут твое? Это мой дом, моя семья, мои друзья и моя невеста, – в противовес разъяренному визави, ответил спокойный, как удав… змей.
Раньше, думая о дяде, который оставил мне наследство, я представляла себе невысокого седовласого джентльмена в круглых очках и с книгой в руках – библиотекарь же! На деле мой родственник оказался мужчиной лет сорока на вид: довольно высоким и крепким, с густой иссиня-черной шевелюрой, которая сейчас
