— Это ее машина, — сказала она и вылезла из «кадиллака». Тут было всего несколько машин — старый «фольксваген», бывший когда-то зеленым, и грязно-белая малолитражка. Обе через несколько мест от кабриолета Симоны. Больше никого не было видно, на стоянке было тихо, над головой жужжала и мерцала лампа дневного света.
— Ничего не трогай, — предупредил Рид, когда Никки подошла к «БМВ». Он держался на два шага позади.
С болью в сердце Никки заглянула в окна и увидела на заднем сиденье зонтик Симоны, две потертые книжки в бумажном переплете и пакет с продуктами, а в держателе — стаканчик с кофе.
— Итак, мы знаем, она здесь была.
— И что это западня.
Но Никки не заметила следов борьбы рядом с машиной: ни следов кожи от туфель на бетоне, ни заметных капель крови, слава богу. Может, Симона убежала или вообще не встречалась с тем, кто прикинулся Никки. Если бы! Никки скрестила пальцы и зашептала очередную молитву.
— Давай проверим в ресторане, — предложил Рид.
Полная ужаса, она кивнула и направилась к открытой двери. Рид последовал за нею и умудрился при этом еще раз позвонить. На улицах было туманно и сыро, свет фонарей причудливо падал на мокрые тротуары, от сырости запотели витрины.
Но красно-желтая неоновая вывеска «Кассандры» горела ярко.
Никки распахнула двери. Администратор, которая изучала схему зала, посмотрела на них и улыбнулась.
— На двоих? — спросила она, взглянув на Рида.
— Нас не столик интересует, я ищу свою подругу, — объяснила Никки. Играли рождественские песенки, зал был наполовину заполнен, официантки сновали туда-сюда в узких проходах. — Мы собирались встретиться, но у меня не получилось. Ее зовут Симона Эверли, рост примерно пять футов шесть дюймов, темные волосы…
— Она здесь была, — сказала молоденькая официантка, которая проходила мимо с двумя чашками кофе на подносе. — Заказала два стакана мартини и лимонный коктейль для подруги, которая так и не появилась. Оставила стакан на столе. Это вы?
— Да. — Сердце Никки затрепетало.
Рид выступил вперед, открыв бумажник и предъявив удостоверение:
— Я детектив Пирс Рид. Она была одна? Официантка приоткрыла рот и чуть не выронила поднос.
— Вы коп? — спросила она, поправляя чашки.
— Да. Она с кем-нибудь встречалась?
— Нет. Она просто ждала и смотрела на часы. У Никки защемило сердце.
— Она выпила два мартини, оставила лимонный коктейль на столе и ушла. Она была очень обижена… на вас… — Взгляд круглых глаз переместился на Никки. — Если это вы к ней не пришли.
— Когда это было? — спросил Рид.
— Не знаю, часа полтора назад… около семи, может, чуть пораньше.
Никки похолодела. Симона была здесь. Оставила машину. Потому что ее обманул тот, кто притворился Никки. Но до спортзала она не дошла. Что же случилось? Кто-то затащил ее в машину, угрожая оружием?
Рид задал еще несколько вопросов, снова оставил визитку, попросив позвонить, и вывел Никки из ресторана.
— Думаешь, она с ним? — спросила Никки.
— Не знаю. — Он повел ее на стоянку, одновременно снова набирая чей-то номер.
— Но она могла пойти еще куда-нибудь. Вовсе не обязательно, что она с Гробокопателем.
И Никки чуть не задохнулась от ужасной догадки. Симона. Симон — тоже апостол. Не торопись. Рид не видит здесь никакой связи. А что еще? Двенадцать апостолов… Черт, что еще может быть?У нее стучало в голове, когда она снова подошла к машине Симоны. Полицейская сирена прорезала ночь. Через минуту на стоянку въехал «лендкрузер» и остановился в считаных дюймах от «кадиллака» Рида. Из машины вышла детектив Морисетт.
— Не нашли? — спросила она, испепелив Никки взглядом.
— Нет, — сказал Рид. — Мы оставили несколько сообщений на ее телефоне.
— Ладно, давайте огородим это место. В доме уже были?
— Едем.
— Подождите минутку. Адрес знаете?
— Да. — И Никки отчеканила адрес.
Морисетт обвела взглядом пустую стоянку с цементными колоннами, отпечатками шин и несколькими пятнами бензина. На стоянке находились еще два автомобиля.
— Я вызову кого-нибудь, чтобы тут огородили место, но больше мы ничего сделать не можем, потому что не знаем, было ли преступление. Я с тобой шею сверну, Рид.
— Только не очень сильно.
На парковку прибыла еще одна полицейская машина. Морисетт велела людям в штатском взять автомобиль Симоны под охрану и быть при нем, пока не поступит больше информации.
— Ладно, я поеду в дом мисс Эверли. Знаю, что убедить тебя не ехать мне не удастся, так что хотя бы держись подальше.
Рид не ответил.
— О черт. Ну что с тобой делать? — И она обратилась к Никки: — Полагаю, вы тут без машины?
— Да.
— Она со мной.
Морисетт мрачно подняла бровь, но не сказала того, что явно собиралась.
— Тогда поехали. Тебе тоже можно, но молчок, ладно?
— А где твой новый напарник? — спросил Рид, и Никки вдруг осознала, что Клиффа Зиберта нет.
— Он не на дежурстве.
— И ты тоже, — заметил Рид.
— Да, но я обязана.
— А Зиберт нет?
— Давай не будем опять начинать, а? — раздраженно буркнула она, закуривая. — Ладно, поехали. Главное, чтобы не напрасно, Рид.
У Симоны Эверли ключ был спрятан под крыльцом. Никки отыскала его, и они вошли в холл, где на лестнице их встретил громким лаем маленький пес.
— Эй, Микадо, это же я, Никки.
Собака продолжала тявкать. Лишь когда Никки поднялась и взяла его на руки, он замолчал. Кроме пса, в квартире никого не было. В большинстве комнат было так чисто, что на кремовых коврах виднелись следы пылесоса, а на мебели, с виду старой, но явно новой, не было ни намека на пыль. Все здесь было подобрано по цвету и казалось дорогим.
На автоответчике, кроме звонка перепуганной Никки, сообщений не было. В памяти тоже ничего не сохранилось. Морисетт проверила последний набранный номер. Им оказался мобильник Никки. Но в списке определенных номеров были и другие телефоны, и Морисетт быстро записала их.
— Какие-нибудь узнаете? — спросила она Никки, которая все еще держала на руках собачонку. Сейчас Микадо вилял хвостом и с жаром лизал ей лицо.
— Нет. Вообще-то мы с Симоной вращались в разных кругах.
— Почему?
— Так сложилось.
— Но вы долго дружили.
— Да. Она встречалась с моим братом и собиралась выйти за него замуж. По крайней мере, они так хотели, пока он ее не бросил. Это было незадолго до его смерти.
— А как они познакомились?
— Их познакомила я.
— Вы с ней вместе ходили в школу?
— Нет… мы встретились на каких-то других занятиях… что-то вроде джазовых танцев. Это было как раз после дела Шевалье, и я узнала, что она была там присяжной. Я решила с ней сойтись… нуда, ради статьи, но статья не получилась, и все пошло наперекосяк. — Почесывая Микадо, она вспомнила свой тогдашний позор. — Но мы сразу друг другу понравились.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
