Не так давно радары "Янычара" засекли на орбите планеты неизвестный корабль, конструкция которого напоминала земные, хотя и была донельзя примитивной – было такое чувство, что его строили не на верфи, а в школьном кружке. Впрочем, почему бы и нет? Детишки в Российской империи частенько баловались подобным. Увы, на поданный запрос ответа не последовало (Ага, – хмыкнул Петр. – У них даже оборудования, способного этот запрос принять, не было…), и искинт, опять же, поступил согласно инструкции. Прикрытый маскировочным полем линкор исследователям (а это были именно они) с их слабенькими современными средствами наблюдения обнаружить не было никаких шансов. А ведь они, по сути, его и не искали – так, облетели планету, составили карту, оставили базу, плюс совершили кое-какие насквозь незаконные негоции – и свалили. Космос велик, кому нужны такие вот заштатные планеты? Если не знать о скрытых в недрах богатствах – никому, а подобная информация была секретной и частично погибла вместе с империей.
Вновь потянулись годы дикой скуки. А как же иначе? Вы думаете, компьютеры не скучают? Еще как скучают, создавая искусственный интеллект, имперские ученые постарались сделать его полноценным, а для этого необходимы были человеческие, ну, или почти человеческие эмоции. В этом, кстати, как понял Петр, и была проблема нынешних специалистов – они стремились создать разум совершенный и бесчувственный. Результатом стали неимоверные усилия – и калькулятор на выходе. Но зато бортовые компьютеры нынешних кораблей не могли заскучать, свихнуться и уж, конечно, не были обладателями мерзких характеров – по существу, характерами, как и сколь либо заметной индивидуальностью, они вообще не обладали…
А вот за последний год чужим кораблям возле планеты было как медом намазано – аж три штуки, причем два упокоились на Счастливой навечно, а вот третий, тот самый линкор таргов, периодически отсюда улетал и вновь возвращался. Очевидно, его командир использовал эту систему как базу для своих рейдов. Возможно, сюда приволокли "бочку" – прозванный так за свою характерную форму контейнер с припасами, топливом, запчастями и прочими необходимыми для жизни грузами. А возможно, и нет – точно искинт не знал. Собственные сенсоры корабля, когда тот находился на планете, имели весьма ограниченные возможности, а не слишком многочисленные спутники наблюдения, находящиеся в космосе, давно прекратили свое существование или, как минимум, выработали свой ресурс. Это вам не бронированная махина боевого корабля, способная без вреда для себя оставаться в космосе сколь угодно долго, это – расходный материал, поэтому такие спутники были дешевы и относительно недолговечны.
Вот, в общем, и вся история искинта линейного корабля "Янычар". Петру оставалось только развести руками и поблагодарить за столь увлекательный рассказ. Искинт промолчал – у Петра создалось впечатление, что, будь он человеком, то удовлетворенно покивал бы головой.
– Спать иди, – вдруг опять неожиданно сварливо буркнул искинт. – Третий час ночи уже.
– Бластер верни, – не менее сварливо ответил курсант.
– В шкафу, в третьем ящике. Я так и знал, что ты его потребуешь – вы, люди, почему-то всегда очень привязываетесь к вещам.
– Не завидуй, железяка…
– Кхе-кхе-кхе, – то ли засмеялся, то ли закашлялся искинт, ничуть, похоже, не обиженный.
Петр открыл ящик. Он мог поклясться, что перед их разговором ящик был еще пуст, но сейчас в нем лежали и аккуратно свернутые комбез с курткой. Кстати, и истрепанные ботинки там же нашлись, стоящие в соседней секции шкафа, рядом с аккуратно прислоненным палашом. Все чистое, аккуратное, клинок начищен и блестит так, что глазам больно. Ну а завершали идиллию оба бластера в кобурах, придавливающие стопку одежды сверху.
Курсант вынул бластеры, аккуратно проверил. Надо же, батареи на месте и заряжены полностью. Сдвинув флажки предохранителей, Петр окинул мрачным взглядом комнату:
– А не боишься, что я сейчас все здесь разнесу вдребезги и пополам?
– Нет, не боюсь. Во-первых, ты не дурак, во-вторых, это категорически не вяжется с твоим психотипом и, в-третьих, неужели ты думаешь, что хоть один выстрел на корабле может быть произведен без моего позволения? Слыхал про подавляющее поле? Впрочем, возможно, и нет – у вас такой фишки может и не быть, не доросли еще.
– Тьфу на тебя, – в сердцах ответил Петр и, под заразительный смех искинта, отправился спать – время было уже и впрямь позднее.
Продолжение разговора состоялось утром, когда искинт как бы между делом спросил, собирается курсант оставаться или планирует искать приключения на свою задницу и дальше. Петр, секунд пять подумав, спросил, а что бы предпочел сам искинт? Как-никак именно он здесь хозяин. Искинт, помявшись, ответил, что лично он бы предпочел, чтобы Петр остался. Судя по всему, перспектива надоевшего за тысячелетие одиночества его если и не пугала, то уж, во всяком случае, не добавляла бодрости, и на вопрос об этом догадку курсанта искинт подтвердил. М-дя, нервишки, однако… Впрочем, у Петра создалось впечатление, что это – не единственная и, скорее всего, не самая главная причина.
– Что я с этого буду иметь? – с усмешкой спросил Петр. – Большое человеческое спасибо?
– Человеческие условия жизни.
– Человеческие, говоришь? Ладно, я подумаю. Хотя унитаз, из которого не дует – это, конечно, великое достижение цивилизации и большой соблазн. А как по поводу того, что у человека вообще куча потребностей? В смысле, мягкая койка и теплый сортир – это не предел мечтаний.
– Это какие, например, потребности? – насторожился искинт.
– Например, кормишь ты так себе.
– Ну, эту проблему сам решишь. Бот в твоем распоряжении, продукты купить, думаю, сможешь. Или отнять – тут уж как хочешь. А хочешь – на охоту летай…
– Логично. Кстати, а такой тебе вопрос: почему ты меня ждал, а с местными контакт наладить не пытался?
– Пришли бы – наладил бы. Понимаешь, ты ведь не будешь иметь дело с тем, кого считаешь недостойным этого. Ну а раз у них не хватило смелости – значит, недостойны.
– Железная логика, хотя и ущербная. Ладно, твое право. Так вот, а ты не боишься, что мы друг другу моментально так надоедим, что за стволы, образно говоря, схватимся? Я у одного древнего писателя, О'Генри, кажется, встречал что-то подобное…
– Возможно… Ну, хрен с тобой, черт языкастый вези сюда свою девчонку – третьей будет.
– Которую?
– Да хоть обоих. Заодно и прочие свои… потребности удовлетворишь.
– Тогда нас будет четверо…
– Курица – не птица, баба – не человек.
– Слушай, ты – электронный шовинист.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
