Джо Джонс и его брат купили по дому еще до конца их первого года пребывания в Калифорнии и теперь были заняты бассейнами, яхтами и поисками в окрестных горах идиллических местечек для воскресных вылазок. Джози Спилберг, получив титул «вице-президента по вопросам душевного здоровья», не позволила ЛЛ. Бину ни переманить, ни похитить ее. Принс перманентно сгорал в огне тайных сожалений о том, что он не решил заняться моделированием недорогой одежды сам, вместо того чтобы быть связанным пятилетним контрактом с их фирмой. «Короче говоря, дела идут нормально», – думала Билли, подкладывая еще одну подушку под ноющую спину. А еще она призналась себе в злорадном удовлетворении от того, что у Коры де Лионкур дела, напротив, шли из рук вон плохо. Мэгги Макгрегор сильно расстроила статья в «Фэшн энд Интериорз», она воспылала жаждой мести и поставила себе задачу выяснить, кто же стоит за этой публикацией. Узнав по своим каналам, что Кора обеспечила информацию, хотя самих оскорбительных слов и не писала, Мэгги в получасовой телепередаче, посвященной «Обществу нуворишей», которое возглавляла Кора, рассказала о ее секретных источниках дохода – о взятках, которые она получала от владельцев ресторанов, а также от людей, желающих с ее помощью проникнуть в избранное общество Нью-Йорка. «Императорша выскочек. Услуги – десять процентов» – так назвала Мэгги свое шоу, и после этого Кора раз и навсегда потеряла возможность оказывать кому бы то ни было платные услуги. Что ж, следовало признать, что Мэгги не зря разозлилась на обвинение в том, будто она в постели заработала профессиональное признание. В действительности Мэгги достигла успеха усердным трудом и талантом, хотя Билли от этого не стала любить ее больше, чем раньше.
А ведь, если подумать, не будь этой ужасной статьи, Спайдер не пришел бы в тот вечер ее утешить, и кто знает, сколько времени ушло бы у них на выяснение того, что они друг друга любят… Впрочем, Билли в эту ночь была настроена добродушно-философски и решила, что все равно ничто не могло им помешать: раньше или позже, но любовь, как болезнь, непременно проявится.
«Все бы отдала за то, чтобы лечь сейчас на живот, – думала Билли. – Лицом вниз, щека прижата к подушке, одеяло натянуто до шеи – полная расслабленность, блаженный сон…» Она могла только вообразить это роскошное состояние и пришла к выводу, что воображение – прекрасная вещь. Например, воображение Зака Невски заставило Вито перенести английскую комедию нравов на почву Сан-Франциско, таким образом сняв проблему сложнейших нюансов британской классовой структуры, которые должны были отпугнуть от «Честной игры» массового зрителя. Ник де Сальво играл лихого владельца ресторана на Рыбачьей пристани в паре с Мерил Стрип, изображавшей благоразумную, надежно замужнюю светскую женщину из Ноб-Хилл. И эти двое накаляли атмосферу фильма до такой степени, что «Честная игра» была признана самым кассовым фильмом года.
Впервые за долгое время Вито достиг такого крупного успеха. Правда, критики пели хвалу исключительно Заку, как всегда, забыв о роли продюсера, но профессионалы киноиндустрии знали, что раз Зэкери Невски стоит первым в списке самых популярных режиссеров года, значит, Вито Орсини вновь вернулся в большой кинобизнес. Говорили, что Керт Арви в бешенстве и открыто сетует на то, что упустил шанс профинансировать «Честную игру», последовав советам Сьюзен. Теперь Сьюзен явно старалась вернуть Вито в студию, даже обедала с ним то там, то здесь. «Хотя, – мысленно покривившись, думала Билли, – никакое воображение не нарисует ситуации, в которой на Вито может как-то воздействовать столь чопорная, холодная, занудливая особа, как Сьюзен!»
Спайдер вздохнул во сне и повернулся к ней спиной. Билли с тоской посмотрела на его затылок и придвинулась поближе, прижавшись животом к спине мужа. Но теперь, когда кикбоксинг любой интенсивности был бы только кстати, близнецы предпочли затихнуть. За опущенными шторами возникло розовое сияние – вот-вот встанет солнце. А что, если поднять шторы и впустить в комнату потоки света? Может быть, хоть это разбудит Спайдера? «Можно ли найти женщину менее эгоистичную, чем я? – думала Билли. – Кто еще позволил бы столь одаренному человеку так много спать, теряя драгоценное время впустую?»
Она несколько раз глубоко вздохнула и снова подумала о Джиджи и Заке. Зак сейчас снимал новый большой фильм в Техасе. Наезжая в Лос-Анджелес, он жил у Джиджи – и по своей нью-йоркской привычке немедленно превращал ее квартиру в помещение для западного варианта непрерывной многолюдной вечеринки для близких друзей.
Джиджи решила не торопиться с замужеством, и Билли поддержала это решение, хотя Зак его не одобрял. Джиджи считала, что у нее еще будет время серьезно подумать о создании семьи – когда они проживут вместе достаточно долго. При этом невозможно было не заметить, что Джиджи просто фантастически счастлива! Она управлялась со своими делами в «Новом Магазине Грез» так легко, что прикидывала, не принять ли соблазнительное предложение одного из стремительно развивающихся рекламных агентств. Она вполне могла совмещать две эти работы, поскольку для каждой новой рассылки каталога «Новых Грез» уже не нужно было писать новые тексты. А после бешеного энтузиазма, с которым было принято ее старинное белье, амбиции Джиджи чрезвычайно выросли, хотя мужчины покупали это белье в подарок женщинами гораздо больших количествах, нежели сами женщины для себя.
Что же касается Саши, она планировала совмещать материнство и карьеру – после отпуска минимум месяца на четыре – и уже наняла няню, чтобы та помогала ей с первого дня после возвращения из больницы. «Да, у Саши все четко», – думала Билли, но сама она не представляла себе, как можно строить какие-то твердые, далеко идущие планы. Конечно, следовало подыскать добросердечную и опытную няню для близнецов, но как можно знать заранее, какое соотношение материнства и работы ей подойдет? Она все еще чувствовала себя в глубине души работающей женщиной, да и «Новый Магазин Грез» только набирал обороты, но разве не захочется ей на какое-то время целиком окунуться в сладостные заботы материнства? С другой стороны, возможно, слишком большая доза возни с детьми загонит ее в тупик… Билли сознавала, что жизнь как-то не подготовила ее к чудесами проблемам материнства, и сейчас они для нее столь же непредсказуемы, как непредсказуемы были все крутые повороты ее судьбы. Она только чувствовала, что ей несказанно повезло, так как у нее есть эта неоценимая роскошь – свобода выбора.
«Будущее слишком волнующе, многосложно и волшебно, чтобы загадывать надолго вперед», – заключила Билли, закрывая наконец глаза. Хотя ей безумно хотелось поцеловать затылок Спайдеpa, сейчас она не имела возможности приблизиться к нему на столь близкое расстояние. А всего лишь год назад все было совсем иначе… Она вспомнила праздничный уик-энд показа моделей, когда они со Слайдером с трудом отрывались друг от друга, чтобы пожать руки представителям прессы, и совсем уж не могли расстаться на время, необходимое для интервью… Он все время был рядом, все эти дни, нежно обнимая ее за талию или за плечи с гордостью собственника; они оба были так заняты друг другом, что все остальное казалось нереальным, фикцией, в которой обитали тени. Их погруженность друг в друга была слишком заразительна, чтобы остаться незамеченной, и скоро Джиджи что-то заподозрила, а Саша, конечно же, с первого взгляда поняла все. Потом дошло и до Принса, и он поспешил проинформировать свое ближайшее окружение из прессы, вследствие чего с полсотни дружелюбных незнакомцев тотчас сочли себя вправе задавать им весьма интимные вопросы, и совершенно невозможно было отказать… даже если ей бы не хотелось…
