Корин ушел в рубку и принялся переживать. Левине кий составил ему компанию. Молодой техник боготворил инспектора и, несмотря на свою безграничную веру в него, все-таки ужасно беспокоился.
Но все прошло благополучно. Шлюп через полчаса вернулся, а еще через несколько минут Ольшес вышел на связь и сообщил, что отлично нырнул и вынырнул и теперь уже скоро доплывет до нужного места.
Глава 7
В общем, все действительно прошло неплохо — если не считать той мелочи, что экипаж невесть откуда выскочившей подводной лодки заметил инспектора.
И поскольку теоретически противник вполне мог подкинуть к острову морской десант, командир лодки объявил тревогу. Ему совсем не хотелось оказаться побежденным в этих учениях.
Подлодка бросилась вдогонку за инспектором. Ольшес бросился удирать. До скал было совсем недалеко, и инспектор рассчитывал скрыться среди камней, куда лодка, естественно, последовать за ним не могла.
Но он не успел.
С подлодки, метнувшейся за ним, выбросили огромную сеть… и через минуту инспектор Даниил Петрович Ольшес, опутанный нейлоновыми нитями, барахтался в шлюзовой камере, как здоровенный тунец. А еще через небольшое время его, основательно встряхнув и содрав с него маску, притащили в рубку и поставили перед капитаном.
Ольшес с интересом огляделся по сторонам. Каменный век, решил он. Ручное управление и прочие прелести. Компьютеры этому миру еще и не снились… А значит — без проблем. Впрочем, будь тут сплошная электроника и кибернетика, это инспектора тоже не слишком бы озадачило.
Командир подводной лодки, присмотревшись к Даниилу Петровичу, заметил:
— У вас нестандартная экипировка… почему? Ольшес пожал плечами:
— Я не военный.
Командир сдержанно улыбнулся:
— Не военный? Вы мирный турист, не так ли? И совершенно случайно оказались в районе морской базы, и совершенно случайно у вас при себе оружие неизвестного нам образца. Все — чистая случайность.
Насчет оружия моряк был прав. Это была случайность. Ольшес вообще-то сначала намеревался отправиться без пушки, но в самый последний момент прихватил бластер. О чем теперь горько сожалел. Бластер мог слишком осложнить ситуацию.
— А вы уверены в том, что это именно оружие? — поинтересовался Даниил Петрович. Он мог позволить себе некоторую язвительность, поскольку бластер стоял на двойном предохранителе и морякам вряд ли удалось бы из него выстрелить.
— А что же это такое? — со сходной язвительностью в тоне спросил капитан. — Кремосбивалка? Ольшесу это понравилось.
— А я и сам не знаю, что это такое, — сказал он. — Нашел по дороге, а зачем эта штука — понятия не имею.
Капитан рассмеялся:
— Что ж, значит, вы гуляете по необычным дорогам. Вот это вы тоже нашли на той же самой тропинке? — Он показал на шесть маленьких контейнеров, извлеченных из рюкзака инспектора.
— Ага, — энергично кивнул Даниил Петрович.
— И что в них?
— Не знаю! — развел руками Ольшес.
— Жаль. Ну, правила игры вам, надо полагать, известны. Попались — значит, попались. Рассказывайте.
— О чем? — удивленно спросил Даниил Пет-, рович.
— А обо всем! Где базируется ваша часть? Каков состав десанта? Какова его задача? Ну, насчет того, где ваш командир раздобыл гидрокостюмы для такой глубины, наверное, нет смысла спрашивать. Это вам наверняка неизвестно, понимаю. А все остальное извольте доложить.
— Нет, вы не поняли, — возразил Ольшес. — Я и в самом деле не военный и к вашим учениям не причастен. Я тут сам по себе, один, без десанта. И о ваших играх абсолютно ничего не знаю!
— Вы просто ловили рыбу? С помощью вот этой штуки?
— Ага, — подтвердил Ольшес, прикидывая, как ему поскорее выбраться отсюда. В рубке, кроме капитана, находилось еще трое офицеров, к тому же они устроились в другом конце помещения, и Даниил Петрович опасался, что не сможет разом накрыть всех волной внушения. А учинять драку было совершенно незачем. Так что нужно было либо собрать офицеров в кучку, либо немного уменьшить количество присутствующих. И поэтому Ольшес сказал: — Жаль, что вы крючок с наживкой оборвали. Наверное, он где-то в ваших сетях запутался.
Один из офицеров тут же встал и вышел из рубки. Двое других подошли чуть ближе к капитану. Даниилу Петровичу этого было вполне достаточно.
Мгновенно сконцентрировавшись, он сначала ввел всех троих моряков в состояние полной неподвижности, а потом, уже не спеша, усыпил их. Теперь нужно было выбраться из лодки. Ольшес внимательно рассмотрел рычаги и штурвалы, с помощью которых управлялось подводное судно. Все было предельно примитивно. Однако именно из-за этой примитивности Даниил Петрович оказался в ловушке. Он не мог выйти сам. Кто-то должен был открыть шлюзовую камеру отсюда, из рубки, потому что если бы инспектор открыл ее сейчас, а потом отправился на поиски выхода — он бы просто пустил подлодку ко дну. Вместе со всем экипажем.
Инспектор присмотрелся к спящим офицерам. Нет, это были крепкие ребята, и, чтобы внушить им послушание, потребовалось бы слишком много времени и сил. Нужно было отловить кого-нибудь попроще. И Ольшес вышел на охоту.
Но сначала Даниил Петрович пошарил глазами по стенам рубки и, найдя, как и ожидал, висящий возле двери план экстренной эвакуации, запомнил, как располагаются помещения. Ему нужен был кто-нибудь из младшего командного состава — человек, привыкший без особых размышлений выполнять приказы и в то же время способный хотя бы отчасти справиться с управлением.
И через несколько минут, прогулявшись по слабо освещенным коридорам подводной лодки, Ольшес такого человека поймал.
Боцман просто не понял, что произошло. Лишь много позже, отработав заданную инспектором программу и придя в себя, он узнал, что натворил. Выпустил из подводной лодки предполагаемого диверсанта. А может быть, и рассказал ему то, что ему было известно о планах действий команды…
Но, к счастью, на ходе учений это почему-то совершенно не отразилось.
И потому командир подводной лодки счел наиболее разумным не докладывать начальству о странном эпизоде, происшедшем неподалеку от подводной скальной гряды. Ему не хотелось выглядеть смешным.
…Еще раз проверив, надежно ли пристроены контейнеры, еще раз убедившись, что нейтрализаторы поступают в воду, Ольшес поднялся на поверхность. Уже начинало светать, и гребешки пены на темно-зеленых волнах чуть отливали розовым. Даниил Петрович лег на спину и грустно посмотрел в небо. Теперь ему нужно было плыть к Желтому заливу, а он был так далеко! Ольшес вздохнул. Ну, ничего не поделаешь. Надо — значит, надо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
