Воины отпустили их и, не оглядываясь, наемники побежали прочь.
— Тебя хотели убить, — сказал Игор, поворачиваясь к Славу. — Ты что‑то скрыл от меня?
— Нет, вождь. Я никого не убивал, это ошибка, — сказал юноша, а в голове его вертелась мысль: что было бы, если бы наемники пришли к Игору и потребовали выдачи Слава? Отдал бы его правитель Истока?
— А кто убил? Ты это знаешь, я вижу. Кто?
— Зачем тебе это знать, правитель? — Слав дерзко взглянул на Игора. — Ты уже прогнал Красноголовых. Не вернешь же ты их обратно, если узнаешь, кто убил их человека?
— Мне любопытно знать, кого скрывает и защищает гмор, голова которого и так висит на волоске? Подожди‑ка, я понял. Это женщина?
— Да, — признался Слав, лишний раз убеждаясь в проницательности вождя.
— И где она теперь? — спросил Игор.
— Если бы я знал…
— Это она помогла тебе бежать?
— Скорее, я ей, — усмехнулся Слав. Воспоминания об Ангеле теплой волной захлестнули сердце. Он помнил каждую минуту, проведенную с ней.
— Вот как? Ты должен рассказать мне об этом.
Глава 37. Волод. Предчувствие.
Мерк не мог приходить часто, чтобы не возбуждать подозрения спецслужб. По крайней мере, он так сказал. Волод ждал агента почти неделю и за это время изнемог от тяжелых мыслей и безделья. Он ненавидел Мерка, но его появление сулило хоть какие‑то перемены в размеренно–скучной, уже начинавшей тяготить Волода жизни гморов.
Юноша чувствовал себя, как говорили гморы, не в своей тарелке. Еще месяц назад казавшаяся идеальной, жизнь гморода открылась с иной стороны. Да, здесь многое восхищало и радовало, здесь хотелось жить вечно, но теперь Волод знал, что за каждый день счастья придется заплатить. Не металлом или битым зверем, тем, что юноша мог добыть сам — совсем другой ценой. Той, какой скажут. Он чувствовал вину за смерть Юра. Да, Юр был мудр и прозорлив, он наверняка догадывался, что Волод — не Слав, но ничем не выдал своего знания и ничего не сообщил Изагеру. Иначе Волод был бы давно мертв. Но Мерк убил Юра.
За Мерком стояли страшные люди. Даже Ианна, девушка, которая так нравилась Володу, оказалась из клана Мерка. После этого Волод перестал знакомиться с девушками. Перестал даже выходить из дома. Скрасить существование помогали фильмы. Исследуя пульт управления экраном, Волод нажал одну из множества кнопок и увидел чудо: покрытые зеленью горы, синие озера, огромные ручьи, возле которых паслись неведомые животные. Волод знал о способности гморов сохранять записанные в прошлом изображения, чтобы потом смотреть на них. Для него это уже не было удивительным, но то, что он увидел… Это был не Скилл! Волод никогда не видел огромных, выше головы, растений, животных самых необычных форм, причем летающих по небу! Юноша просидел у экрана допоздна, а потом долго не мог уснуть.
Рай существовал! Планета, которую он видел, несомненно являлась раем. Волод, не задумываясь, променял бы свое существование в гмороде на жизнь там, на той планете. Но ведь когда‑то жизнь в гмороде тоже грезилась верхом блаженства, недостижимым счастьем, а оказалось…
Едва проснувшись, Волод включил волшебный экран и сидел возле него целый день, забыв даже о еде. Экран показывал иные миры, войны и разрушения, невероятные, до самого неба, города, странные машины, корабли, летящие со скоростью ветра, нет, в сто раз быстрее! Волод с головой ушел в этот мир и очнулся лишь, когда в дверь позвонили.
— Приветствую, Слав, — сказал Мерк, входя в комнату. — Смотришь фильмы?
— Да, — неприязненно ответил Волод. — А ты меня отвлекаешь.
— Что поделать, — сказал агент, выключая экран. — Нам надо поговорить.
— О чем?
— В Пойме появился странный варвар, — сказал Мерк, глядя в глаза Волода. — Он молод, отлично знает все, что мог знать настоящий Слав, думаю, еще и похож на него, как ты… Ты не знаешь, кто бы это мог быть?
В груди что‑то упало. Раньше Волод никогда бы не подумал, что его можно так просто напугать, и смеялся над байками о трусливых гморах. С кем поведешься…
— Ты видел Слава мертвым?
Вопрос повис в воздухе тяжелым, грозящим раздавить все, камнем.
— Я вынес его из разбитого корабля, — прошептал непослушными губами Волод. — Я снял с него одежду и переодел в свою. Он был в крови. Я думал, он не выживет. Он гмор, его должны были убить сразу, как только нашли!
— Но ведь ты его не убил, — заметил Мерк. — И твой клан не убил его. Это очень плохо, и это необходимо исправить! Изагер имеет шпионов в Пойме. Если оставить Слава живым, рано или поздно информация о нем просочится и дойдет до Изагера, и тогда тебе конец!
Мерк выразительно взглянул на Волода.
— Вам тоже! — криво улыбнулся Волод. — Мы ведь вместе.
— Ты знаешь только меня, — напомнил Мерк, — а уж я позабочусь, чтобы ты не сказал лишнего…
От слов Мерка пахнуло холодом. Действительно, Волод ничего не знал о заговорщиках, поймавших его в сеть, как он когда‑то ловил рыбу в хитроумные ловушки Прича. Единственный человек, охранявший его, как самого себя — Юр — мертв. Он один, он совсем один!
— Слав свободно живет в одном из кланов, — сказал Мерк. — Отчего‑то варвары не стали убивать его, и я знаю, почему. Он ренегат. Он раздает варварам знания. А это опасно не только для тебя, это опасно для Дирна, для всех нас, если ты способен понять это.
— Понимаю. Но как мы сможем… убить его? — Волод почувствовал острую ненависть к этому гмору, невесть как оставшемуся в живых и теперь угрожавшего его жизни и положению. Пальцы сжались в кулаки. Войди Слав сейчас в эту комнату, Волод лично убил бы его!
— Не переживай так, — Мерк заметил тревогу юноши и покровительственно похлопал Волода по плечу. — Он обречен. Мы найдем способ избавиться от него.
Мерк сделал многозначительную паузу.
— Я рассказал тебе это для того, чтобы ты, Слав, наконец, перестал ненавидеть меня. Ты должен понять, что отныне мы вместе. Твои враги становятся нашими врагами, твои проблемы — нашими проблемами. Мы друзья…
Волод криво усмехнулся. Будь у него возможность, он убивал бы таких друзей, не задумываясь! Мерк перехватил взгляд и понял, что набиваться в друзья пока рано.
— Если не друзья, то союзники, — поправился он, — уж это ты должен понимать! Успокойся, мы сделаем все, чтобы ты стал правителем Дирна!
Волод не мог уснуть. Душа ныла и разрывалась на части. Он был здесь, и там, в клане, среди родных и знакомых, вспоминал их имена и лица. Вот чудаковатый Прич, вот грубый долговязый Москаль, которого он собирался избить, когда подрастет, вот мать и трусоватый братишка Димми, суровый, но справедливый вожак Мих…
Он вышел на террасу. Прохладный морской воздух охладил горевшее лицо. Ночью Дирн был еще красивее. Цепочки ярких разноцветных огней сияли и переливались во тьме. Далеко во тьме, как неведомый зверь, дышала и ворочалась Пойма. Юноша вспомнил, как раньше ожидал прилива, как охотился. Он не был ни первым, ни лучшим из охотников, но они относились к нему как к равному. Они были одна семья, один клан. Теперь все это в прошлом, там, за черными силуэтами гор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
