И вот мы подошли к очень интересному вопросу. Воспитание. Сомневаюсь что ты обращал внимание на такой интересный момент. Все ваши детские игры нацелены на сотрудничество. Те же кубики-лабиринты. Помнишь, как вы с приятелями из них замки строили? Простенький механизм, а как работает. Берем кубик легкого плотного материала и пробиваем в ем отверстия, только чтоб ребенку пролезть. По углам ставим удобный крепеж и вуаля. Готовый набор для постройки лабиринта. Дети объединяются и строят домики с разными интересными ходами. Сами. А поскольку поднять такой кубик можно только вдвоем-троем, они вынуждены объединяться. И им приходится выделять человека для контроля стройки, чтобы ходы не потерялись, заблокированные неправильно установленными элементами. Идея простая, зато сколько полезного выхлопа. Тут тебе и кооперация, и выявление лидеров, и поиск будущих инженеров. И дети под присмотром.
Мило? Мило. Но на этом этапе уже ведется отбор. Кому что посоветовать, кому что проработать, где скорректировать отклонения. Дальше — больше. Вы подрастаете и начинаются более серьезные уроки. Вот к примеру рукопашка у тебя была? Любая секция, где учат как сделать ближнему своему больно?
— Была.
— Вот. А для чего? Правильно, для нормальной работы механизма внутривидовой конкуренции. Чтобы вы в процессе друг-друга не поубивали. Сцепились, подрались, успокоились. Оба живы, а синяки за неделю пройдут. С одной стороны у вас каждый человек ценен, с другой, каждая ошибка на виду. И слететь с постамента можно в любой момент. Миш, ты сколько раз с должности старшего специалиста слетал?
— Два, причем с переводом на другой объект.
— То-то же. Чтобы ты свои ошибки не мог на других переложить и продолжал развиваться в выбранной тебе сфере. И нет, я не оговорился. Это поначалу ты сам себе род занятий выбирал, но в процессе обучения тебе ее выбрали. Преподаватели, психологи, старшие наставники и так далее. Туда, где от тебя будет максимум пользы. Это побочка, что тебе там комфортно.
— Дядь Яков, по моему ты опять перегибаешь.
— Не, Максимка, не капельки. Просто эти механизмы хорошо вплетены в вашу жизнь. Вот ты к примеру, сколько раз получал общественное порицание?
— Ни разу.
— И ни разу ничего не бедокурил?
— Нет, ну было конечно. Много и всячески.
— А теперь подумай почему?
— Ну если идти от твоей логики, за мной есть тотальный контроль и все шалости останавливаются до того, как нанесут какой-нибудь серьезный ущерб.
— Правильно. А в твоем профиле появляются соответствующие записи. И незаметно от тебя, подрезаются те возможности, где люди с подобным типом мышления не нужны. Опять же, все твои поступки прорабатываются психологом, и подравниваются в нужную сторону. У тебя даже шанса запороть собственную жизнь нету.
И кроме того, вас с самого детского сада начинают готовить под строящиеся города. Кто, куда, в какую область или сферу. Исподволь, но твоя жизнь уже спланирована. То, что тебе комфортно — это побочный эффект. Даже последний полотер доволен своей работой, хотя ему самая дорога бы сидеть, пить горькую и жаловаться на судьбу. Но нет, сидит, радуется и занимается другим делом, параллельно. И если уж ты совсем не вписываешься в это общество, тебе найдут новое место для жизни. Оплаченный переезд на другую планету, где ты попадешь в общество таких же. По сути, вы перемешиваете население именно для исправления недостатков системы. Тебя двигают не для твоего комфорта, а для большей отдачи.
Чувствую не убедил. Тогда ответьте мне на вопросы. Кто обладает возможностью планирования на десятки лет вперед? Кто управляет вашим обществом, что может позволить себе выращивать специалистов под определенные критерии? Куда и зачем движется ваше общество и кто ставит цели? Почему исчезли как вид большие города, с населением более полумиллиона. И не только на этой планете, а вообще? Зачем вообще собирать осколки старого мира, если все они уже живут по установленным собой правилам? Если даже межзвездная торговля вещь скорее из анекдотов, чем реальный товарообмен?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нет ответов? Вот и выходит, что из постапокалипсиса вы плавненько вышли в антиутопию. Просто чуть ее облагородили и добавили комфорта на личностном уровне.
— Интересная гипотеза, — задумчиво почесал бороду Михаил, — За товарооборот не скажу, но за управление небольшая ремарка есть. Я несколько раз представлял в местном совете наш квартал. На начальном этапе собрали задачи, мы обсудили, наметили их очередность и передали следующему звену управленцев. А они отчитались за предыдущие, что, как и почему сделано, где появились проблемы и какие пути решения были предложены. Я так думаю, это же механизм работает и дальше. Проблемы только укрупняются, а работает так же.
— Ладно. Примем. А за товарооборот и прочую экономику почему промолчишь? Это же деньги — кровь государства.
— Знаешь, честно не интересовался. Но посмотрю, как домой вернемся.
— Вот и я о том же. Вон напротив меня сидит, возможно гениальный нейрохирург, несбывшийся, потому что в нужный момент ему сказали, что биология это скучно. А нужны инженеры-робототехники. Вот он ее и не знает. Вас растят в заданной программе, отбивая интерес ко всему постороннему.
— Да почему ты так в этом уверен? Да, начальное образование всегда шаблонно, но тебя никто не ограничивает, изучай все что тебе нравится. Развивайся. Можешь получать и вторую, и третью, и десятую специальность.
— А сколько ты знаешь людей, хотя бы с двумя специальностями?
— Ну, с десяток-другой наберется.
— А большинству этого не надо. Согласен?
— В целом да.
— Вот о том и речь. Тебе подбирают наиболее нужную роль к концу твоего обучения, и перекрывают прочие дороги. И ты прешь по этим рельсам.
— Но если передумаешь, тебя не будут останавливать.
— Да. И самое большой плюс, ты не умрешь с голоду, пока будешь доучиваться. Тебя подстрахуют на любом этапе.
В разговоре возникла пауза, каждый сидел и обдумывал вываленные Подгорельским факты и предположения.
— Что еще сможешь сказать?
— Мы как-то с ребятишками касались интересной темы, про собирание осколков и того базиса на котором этот процесс происходит. Может кто нибудь внятно сказать, зачем и для чего вы рассылаете разведку по космосу в поисках давно ушедших кораблей? Или потерявших связь колоний? Для кого становится лучше? Да, нельзя отрицать, что появление в сложившейся системе эксплуатации иного независимого центра с большей социальной продвинутостью ведет к некоторым улучшениям. Но всегда ли оно работает именно так? Я например знаю несколько эпизодов, когда появление ваших флагманов на горизонте планирования корпораций вызывало такую крысиную резню, что любые демоны тонули в крови. Я ведь, Миша, гораздо старше чем выгляжу.
Да и за различия разных систем можно долго говорить. Про взаимодействия систем управления с разными идеологиями и прочим. Как во всем этом многообразии искать правильные? И что вообще правильное… Как и какими критериям их можно оценивать? Как взвешивать вашу мягкую систему ограждения от вредного — и сверхжесткие правила городов астероидного пояса? И таких примеров можно приводить множество. И множество вопросов. А вот ответы… Их никогда нет.
— Василич, если ответов нет у тебя, это отнюдь не значит что их нет совсем.
— Да согласен я с этим. Но подумать все равно есть над чем. Вот тебе еще один хитрый вопрос: На какой идее можно объединить все эти разрозненные части человечества в режиме «Вот прям щас»? Давай разберем идею контакта с чужими, например.
Вот к примеру мы сталкиваемся с ними завтра. Передаем эту информацию в город, он по цепочке дальше и так далее. И что? Ладно, принимаем что они все из себя злые и мы начинаем первую межзвездную войну. А зачем? Да, может и выйдет выковать единый кулак человечества для этого. Стальные легионы огнем и мечом покорят планетарные системы врага. И что дальше?
Или наоборот. Они добряки, дадут нам по вкусной конфете для детей, бабам цветочков, мужикам новые игрушки. Но все те же вопросы: Зачем? И Что дальше?
