Поднялась величественная дренейка:
– Меня зовут Ишана. Я верховная жрица Алдоров и буду говорить от имени Пророка! Дренеи голосуют за!
Затем последовали Терамор и остальные фракции Альянса, повторяя свои прежние решения. Обнимая одной рукой Тиранду, Мафурион наблюдал за голосованием. Они не вмешивались в процесс проведения собрания; это было собрание Вариана, пусть делает то, что считает нужным.
Король осмотрел всех собравшихся, которые выжидающе смотрели на него.
– Штормград также голосует за! – торжественно объявил Вариан. – Гилнеас и воргены теперь полноценные члены Альянса!
Воргены радостно завыли. Со стороны их лагеря до собравшихся донесся такой же радостный вой.
И только Генн Седогрив молчал. Лидер воргенов с серьезным лицом стоял возле Вариана.
– Ты оказал нам честь! – заявил король Гилнеаса. – А мы в свою очередь чествуем тебя, Вариан Ринн из Штормграда! Мы чествуем героя Ясеневого леса!
Воргены и остальные присутствующие зааплодировали.
Наконец-то Малфурион оставил Тиранду и направился к королю Штормграда. Вариан с благодарностью передал слово Верховному друиду, напоследок шепнув ему:
– Когда мы приехали, дренейский гонец передал мне письмо от моего сына. Он написал мне, что когда закончит свое обучение Свету, то вернется в Штормград… – Вариан с подозрением посмотрел на Малфуриона. – Ты или Верховная жрица имеете к этому письму какое-то отношение?
– Никак нет. Уверяю тебя, что Андуин сам решил тебе написать! Пока ты мне об этом не рассказал, я ничего и не знал и клянусь, что Тиранда также ничего не знает. Она бы не скрывала это от меня, а тем более от тебя…
Король выдохнул:
– Тогда с нетерпением буду ждать его возвращения!
Вариан продолжал думать о возвращении своего сына, когда Верховный друид по-дружески похлопал его плечу и обратился к собравшимся. Однако если Вариан думал, что на этом его участь подошла к концу, то он ошибался.
– Гилнеас и воргены, добро пожаловать в Альянс! – произнес ночной эльф. – Теперь у воргенов появился новый дом – здесь, среди ночных эльфов!
Воргены завыли в знак благодарности, а послы со своей свитой снова зааплодировали.
Когда все успокоились, Малфурион продолжил:
– Также мы должны поблагодарить одного человека, который снова собрал нас вместе и который, наконец, заставил всех понять, что вопрос будущего Альянса сейчас имеет наиважнейший приоритет! Вариан Ринн, король Штормграда!
С этими словами согласны были все, даже дворфы Черного Железа. Имя короля Штормграда выкрикивалось снова и снова разными фракциями Альянса.
Вариан с удовольствием бы скрылся от всеобщего внимания, но вместо этого стал неподалеку от ночного эльфа.
На собрании продолжали выкрикивать:
– Вариан! Вариан!
Объект их благодарности покачал головой в знак несогласия, но, казалось, никто не обращал внимания на это его мнение.
Он не заметил, как Малфурион снова вернулся к Тиранде. Поэтому сейчас Вариан стоял и смотрел на тех, кто считал его не просто героем Ясеневого леса, а будущим всего Альянса. Он смотрел на них… и понимал, что больше никогда не станет тем Варианом, которым был раньше. Он больше никогда не отвернется от своих союзников из-за их ошибок, так как Вариан наконец-то понял, настолько они незначительны по сравнению с его собственными ошибками.
– Я сделаю все, что в моих силах… – прошептал он. – Клянусь тебе… Андуин.
А позади него Верховный друид и Верховная жрица удовлетворенно наблюдали за происходящем.
– Тиранда, ты была права, – заявил Малфурион. – Он намного лучше, чем я представлял… Он сможет привести Альянс к новым победам. И мы сможет достойно сражаться с Ордой за тот Азерот, который достался нам после безумия Смертокрыла…
– Новые победы – это хорошо, – согласилась она. – Возможно… даже начнется новая эпоха?
Верховный друид нахмурился:
– Если Орда будет побеждена. И если Смертокрыл больше никогда не появится или не приготовит еще какой-то более отвратительный заговор, что очень возможно…
Она заботливо прикоснулась к его щеке:
– Я думала, что ты рад сегодняшним событиям.
– Да… да… я рад… – Верховный друид замолчал, думая совсем не об их разговоре. Он смотрел на Вариана Ринна, который был в центре внимания и который рассказывал всем собравшимся, что нужно делать дальше в отношении Ясеневого леса и других территорий Альянса.
Сам же Вариан Ринн чувствовал чье-то присутствие, которое придавало ему уверенности. Он даже не думал о том, кто бы это мог быть, так как точно знал, чье это присутствие.
Со своего места Малфурион увидел, как на короткое мгновение образ Голдринна… Ло’Гоша… окружил всего Вариана. Малфурион точно знал, что это не было ни продуктом его воображения, ни оптической иллюзией.
Верховный друид взглянул на Тиранду.
– Да, – пробормотала она. – Я тоже это видела. Голдринн не ошибся в выборе своего героя… Говорят, что в самом начале времен Древний волк использовал свою ярость против лун, против Элуны. Возможно, с помощью такого выбора он также искупит свою вину перед Элуной. – Она изучающе осмотрела человека. – Вот это выбор! У Вариана Ринна действительно есть душа и сердце волка… и он – наша надежда на будущее…
Из-за увиденного… и услышанного от Тиранды… Малфурион Ярость Бури внезапно почувствовал себя очень уставшим. Он прекрасно знал, что старость рано или поздно даст о себе знать, возможно, даже раньше, чем он этого ожидает. Поэтому Верховный друид все никак не мог отделаться от страха за судьбу тех, кто последует за ним… и кого он не сможет защитить после своей смерти.
Но теперь Малфурион понял, что слишком себя переоценивал. Ему вообще не следовало переживать. Так как Азерот сам найдет тех, кто будет его защищать и делать все возможное, чтобы сохранить мир и порядок как можно дольше.
И кем бы они ни были, откуда бы они ни пришли, Вариан Ринн, потомок Древнего волка, поведет их за собой.
