Кстати о дверях: как-то непохожи эти одинаковые с виду металлические двери с небольшими зарешеченными окошечками на двери медицинских палат или боксов. И аналогии на ум какие-то нехорошие приходят, заставляя вспомнить всякие печальные заведения преимущественно для насильственного ограничения свободы. Ну-ка, ну-ка!..
— Это что, и есть ваша больничка? — подозрительно спросил я, выпихивая своего проводника из лифта и на всякий случай незаметно отступая чуть назад и в сторону.
— Ну да… — не оглядываясь, пробормотал майор. — В принципе — да, а вообще… вообще, это не совсем медицинский блок… — Он замялся и докончил после ощутимого тычка стволом под лопатку: — Это экспериментальная лаборатория для изучения воздействия хронопроцессов на человека. Вторая в Союзе — первая находится в Москве, в том НИИ, о котором я вчера тебе рассказывал.
— Эксперименты на людях, крысы-мутанты, посвистывающие дырочками в боку павловские собачки и прочие ежики, — «понимающе» согласился я и, не сдержавшись, рявкнул: — Где капитан, ты, гуманист хренов? Что вы с ним сделали?
— Четырнадцатая кам… палата. — Майор поежился, вновь ощутив между лопатками автоматный ствол. — Ничего мы с ним еще не сделали. Можешь не верить, но ему на самом деле была оказана медицинская помощь и…
Он не договорил — из двери, мимо которой мы как раз проходили, вышел человек в зеленом хирургическом (или, может, лабораторном — я в этом слабо разбираюсь) халате:
— О, товарищ майор, вы к нам? Хотите взглянуть на своего подопытного? Мне показалось, будто кто-то кричал? — Человек перевел взгляд на меня и удивленно расширил глаза.
«Подопытный», значит?! Собачки-ежики, говоришь?!.. А мыло из костей вы тут не варите? Или дамские сумочки из человеческой кожи не шьете?
Пропихнув майора вперед, я коротко размахнулся и ударил «хирурга-лаборанта» рукоятью автомата, зашвыривая обратно в палату… да нет, майор, ты правильно оговорился — в камеру. Подпружиненная дверь мягко закрылась.
— Вперед! Где этот четырнадцатый номер?
— Дальше, третья дверь справа. Код «0-4-7». — Умный парень майор понял, что меня сейчас лучше не трогать.
— Открывай, — приказал я, дойдя до нужной двери. — Быстрее!
Майор послушно набрал код и толкнул дверь, заходя внутрь. Капитана, лежащего на громоздкой — кажется, в медицине они называются «функциональными» — кровати с забинтованной головой и левой рукой, я увидел сразу. Пристегнутого к ней сразу четырьмя парами наручников, но живого, только премного обалдевшего от нашего появления. Думаю, не в смысле неожиданного посещения, а в смысле моего внезапного самоудвоения — расстался с одним майором Кондратским, а сейчас заявились целых два.
Кроме моего настоящего коллеги, одетого, в отличие от меня, в какую-то бесформенную серую робу, в палате-камере имели место быть еще двое лаборантов (ну, или кто они тут) в знакомой зеленой униформе. И множество хитрых приборов, явно принесенных сюда совсем недавно — разбирать моего боевого брата на отдельные клеточки и молекулы еще, судя по всему, не начали. Значит, успел…
— Видишь? Ничего ему не сделали. — Майор попытался обернуться ко мне, но не успел: врезав ему под колени, я довольно грубо швырнул «родственничка» на пол.
— Лежать! Вы тоже, — махнул я автоматом в сторону «лаборантов». — У кого ключи? Отстегните его!.. Идти сможешь? — Последнее, как вы понимаете, относилось уже к Сергею.
— Ага, — наконец подал голос и он. — Но как…
— Потом, — наблюдая, как до смерти перепуганный «зеленый халат» отстегивает капитана, оборвал я его. — Ты точно в норме?
— Обижаешь, коллега, — привычно обратился ко мне Сергей, сползая с кровати.
«Лаборант», не дожидаясь моего приказа, вновь дисциплинированно плюхнулся на пол. Ты смотри, не впервой ему, что ли? Или просто сильно жить хочет?
Пару раз покачнувшись и прикусив от напряжения губу, капитан утвердился в вертикальном положении и кивнул мне: «Все, мол, в порядке». Ну и славненько!
— Держи! — Я бросил ему один из автоматов — тот, что с полупустым магазином. — Там только пол-обоймы, имей в виду. Уходим.
Отвернувшись от капитана — не маленький, дальше сам разберется, — я снова обратился к майору:
— Где наш водила и тот мент? Здесь, или у вас еще какой-то тюремный блок имеется?
Услышав первый вопрос, Серега удивленно покосился на меня, однако спрашивать ничего, как и в прошлый раз, не стал.
Майор же от моего вопроса едва не подпрыгнул, наверняка окончательно утратив способность хоть что-либо понимать в моих действиях. Вот и здорово — чем нелогичней они будут, тем лучше.
— Они-то тебе зачем?! Это что, контузия так сказывается?
— Где они? — Моя пятка врезалась в его позвоночник — не сильный, но весьма болезненный удар, если знать, куда бить. — Здесь?
— Что тут, зона тебе, что ли? — чуть задыхаясь, прохрипел он. — Двадцать третья комната, 4-7-3.
— Вставай. Быстрее! — заметив боковым зрением, что капитан уже у двери, я отступил назад, позволяя противнику подняться. — Пошли. Дверь можно заблокировать снаружи? — осведомился я, на всякий случай поднимая автомат — если он ответит «нет», «зелено-халатникам» не повезет. Только патронов жаль и шуметь не хочется.
— Можно. Закрой дверь и набери три нуля. Это сброс старого кода, новый можно будет установить только снаружи.
— Сам и сделаешь. Давай, давай, — пятясь, я вместе с майором вышел в коридор.
Еще через тридцать секунд капитан уже распахнул указанную дверь под номером «23».
Виталий Иванович выглядел в целом неплохо, по крайней мере наверняка получше, нежели его грузовичок. На водителя винницкой патрульной машины смотреть было не слишком приятно — насчет «допроса третьего уровня» майор не соврал.
Извини, парень, но это — все, чем я могу тебе помочь. Остальное — сам и, может быть, тебе повезет. Хотя, конечно, вряд ли…
Пока мы всей толпой: Серега впереди, мы с майором за ним, оба освобожденных, но пока еще не отошедших от шока пленника следом — трусили к лифтам, я прикидывал, сколько прошло времени с момента нападения на первого из конвоиров. Получалось минут пять, максимум — семь. Вполне сносно, даже если они сразу подняли тревогу. Еще можно успеть…
Стрелять нам не пришлось — повезло: коридор по-прежнему был пуст, и лишь на выходе из лабораторного блока нам повстречался еще один из местных высоколобых, которого утихомирил и убрал с дороги капитан. Спустя еще несколько секунд мы были уже около лифтов. Виталия Ивановича с так и оставшимся для меня безымянным патрульным я сразу же отправил к другой кабине, посоветовав минуты через три подниматься наверх и прятаться где-нибудь снаружи — шансов самостоятельно уйти с острова, конечно, никаких, но когда мы с Серегой разрушим Маятник, у них появится возможность уцелеть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
