21 сентября 1964 года в Восточном Берлине умер Отто Гротеволь, видный социал-демократ, в течение долгих лет премьер-министр ГДР, один из основателей Социалистической единой партии Германии, которая была создана из членов прежних коммунистической и социал-демократической партий. Тяжело больной, он в последний год своей жизни в политическом плане был уже «мертвецом».
Гротеволь старался иметь в составе своего кабинета ведущих деятелей так называемых буржуазных партий в качестве своеобразной маскировки. Одним из них был министр иностранных дел Лотар Больц, председатель восточнозональной Национал-демократической партии Германии (НДПГ). Он старался проводить относительно умеренный курс, не забывая при этом осторожно прощупывать ФРГ. Однако этого не хватило, чтобы обеспечить возможность Гротеволю совершить побег на Запад, как удалось его заместителю профессору Херману Кастнеру, представителю Либерально-демократической партии Германии (ЛДПГ).
Лишь очень немногим людям известно, что министр государственной безопасности ГДР Эрих Вольвебер был одним из самых опасных противников Гротеволя, которому удавалось поначалу успешно отражать выпады своего честолюбивого и нагловатого противника. Однако он вынужден был признать свое поражение, когда Вольвебер выложил свой козырь – Элли Б.
Элли была старшей секретаршей Гротеволя. Несколько лет назад по собственному почину она предложила свои услуги нашей службе. Ей казалось, что так ее вклад в дело борьбы против ненавистного режима Ульбрихта будет наиболее значителен. Можно представить, какому риску и опасностям подвергла себя эта женщина. И решилась она на такой шаг не из-за денег, а по идейным соображениям. За последние годы в Москве и Панкове «разведчики», то есть шпионы, не раз награждались орденами и всячески поощрялись за свою деятельность в некоммунистических странах. Эта форма чествования людей за их заслуги, возможно, вызывает разнотолки. Но я позволю себе высказать здесь Элли Б. благодарность за ее беззаветную и успешную деятельность во благо народа, тем более что она – один из первых наших важнейших контактов в другой части Германии.
Когда Вольвебер арестовал Элли Б., попавшую в его руки вследствие неблагоприятного стечения обстоятельств в ее личной жизни, он использовал этот факт для давления на Гротеволя. Но тот выстоял и, наверное, испытал большое удовлетворение, когда Вольвебер пал. Но к этому времени премьер-министр был уже сломленным человеком, выполнявшим лишь представительские функции.
Через три недели после смерти Гротеволя последовала «политическая смерть» самого могущественного человека в коммунистическом лагере. Великая сенсация 1964 года произошла 14 октября. В этот день Хрущев, ничем не ограниченный властелин Советской страны, был отрешен от власти, причем при таких обстоятельствах, которые даже самые смелые специалисты-аналитики по кремлевским делам не считали возможными.
Несколько позже было точно установлено, что даже высшие советские руководители до самого последнего момента сомневались в успехе акции против Хрущева. Когда тот после нескольких драматических часов в Кремле тихо и незаметно исчез, как говорится, со сцены, партийные лидеры коммунистических государств были к этому не готовы и не знали, что делать, так же как и правительства западных стран. Тем не менее недостатка в обвинениях разведывательных служб, в том числе и ФРС, не было. У общественности натовских государств, в том числе и западногерманской, сложилось твердое убеждение, что их разведслужбы несвоевременно и неточно предсказали падение Хрущева.
На самом деле наша служба неоднократно докладывала правительству об усиливающихся разногласиях в высшем советском руководстве. Судя по этим донесениям – по основным моментам они полностью совпадали с информацией, полученной дружественными нам службами, – в течение 1964 года в Кремле неоднократно по самым различным вопросам возникали крупные разногласия, которые в отдельных случаях были труднопреодолимы. Более молодые руководители высшего эшелона возлагали на Хрущева ответственность за срывы во внешнеполитической области. Речь шла об обострении «братской борьбы» с Китайской Народной Республикой, «бесславном уходе» с Кубы, провале непродуманных и опрометчивых акций в Африке и других дипломатических и разведывательных «проколах». На закрытых совещаниях партийной верхушки говорили, что провозглашенная Хрущевым политика «мирного сосуществования» потерпела крах, а его самого называли бесславным и неудачным инициатором ее проведения.
Во многих сообщениях в качестве возможного преемника Хрущева проходил представитель молодого поколения – не кто иной, как Александр Шелепин, которого Верховный суд ФРГ назвал вдохновителем и организатором убийств двух руководителей украинской эмиграции в Западной Германии. Но время Шелепина тогда еще не пришло. Старые и многоопытные руководители КПСС провалили избрание молодого члена Политбюро на пост Генерального секретаря, хотя многие втайне называли его уже «новым Сталиным». Они не захотели повиноваться «выскочке». Во главе Советского Союза встала «тройка» – Брежнев, Косыгин, Подгорный.
Даже самые известные «кремлелоги» не смогли предсказать, что будет принято именно такое решение. Забегая вперед, скажу, что длительное существование «тройки» было еще более неожиданным, чем избрание Брежнева, который лишь недавно стал «первым среди равных».
Во многих своих оценках я подчеркивал, что советская «тройка» со времени отстранения от власти Хрущева представляет собой в действительности упряжку, в которой основную нагрузку несет один из триумвирата. И именно с этим человеком Западу придется считаться. Я не ошибся: таким единоличным лидером стал Брежнев.
Когда Верховный Совет и Центральный Комитет КПСС выносили свой приговор Хрущеву, они уже знали, что вскоре предстоит взрыв первой китайской атомной бомбы. Но китайцы предоставили мировой общественности возможность заниматься в течение двух дней сенсацией – отстранением Хрущева, прежде чем взорвать 16 октября свой атомный заряд. Тем самым Китайская Народная Республика вошла в число ядерных держав. Но это событие не явилось неожиданностью для западных правительств.
В течение достаточно долгого времени натовские службы занимались китайской атомной бомбой, пытаясь определить ее характеристики. Поскольку информация поступала весьма скудно, потребовалась интенсивная работа аналитиков, чтобы точно и своевременно закончить предварительные расчеты. В свое время было установлено, что народному Китаю без помощи Советского Союза не удастся быстро присоединиться к двум великим ядерным державам. Этот прогноз подтвердился. КНР, как атомной державе второго ранга, остается лишь надеяться, что «великие», заключив договор о контроле за ядерным оружием, взаимно сократят свои ядерные арсеналы, в результате чего она несколько сократит свое отставание. Понятно, что Китай в таких условиях не подпишет договор об ограничении ядерного оружия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
