- Э т а люстра...
Рассказ Степана Ивановича о кофейной турке, подстерегавшей его возле мусорных контейнеров...
Какая-то мысль начала появляться в шталевской голове. Она крепла, обретая очертания, затрепыхалась, расправила крылья, заискрилась разгорающимися огоньками озарения и...
Блокнот соскользнул с колена Шталь, шлепнулся на пол с удивительно громким звуком, и мысль исчезла, словно пушинка, попавшая в струю пламени. Зато сразу же стал слышен голос старшей Ювелирши, завершавшей свой рассказ:
- ...одна только и осталась могилка неухоженная...
- Это очень интересно, - сказала Эша, вскакивая на ноги, - но вам нужно отдыхать. Я еще зайду... а... - ее взгляд упал на руки старшей Ювелирши, и только сейчас Шталь увидела, какие они непривычно голые - ни колец, ни браслетов. Ольга и тетя Тоня, насколько Эша уже успела узнать, постоянно носили не менее пяти-шести камней, тщательно подбирая их друг к другу, и видеть сейчас Говорящую с камнями без камней было очень непривычно. - Ваши кольца?
Тетя Тоня мрачно кивнула на тумбочку.
- В ящике. И кольца, и кулон. С ними все в порядке, но какое-то время, боюсь, я не смогу до них дотрагиваться. Просто не смогу.
- Да, многие Говорящие теперь опасаются своих вещей, - согласилась Эша. - И я, конечно, не специалист по разговорам, но пока была в офисе, ощущала немало обиды от этих вещей. Думаю, я бы на их месте тоже обиделась.
Камни Ювелирш, побывавшие на месте преступления, тоже не заразились - лишнее доказательство тому, что источника заражения в доме нет. Сами же вещи просто больны... либо разговорены. Либо это какой-то совершенно иной Говорящий, о котором никто не слышал, либо Лжец, как сказал Спиритуалист, только вот и тот, и другой должны быть неопределяемы, а в Шае это невозможно. Лжеца, пусть и запоздало, Глеб тогда вполне почувствовал. А иной Говорящий не смог бы попасть в дом той же Елены Романовны просто так.
- Да, это не наша магия, вернее, не совсем наша. Похоже на какую-то смесь.
- Уж не думаешь ли ты, что кто-то что-то привез с собой?
- Зеркала...
- Осколок....
Чепуха какая-то. К тому же, если Ейщаров и Михаил и вправду что-то знают, они предприняли бы меры - пусть и втихую, без разглашения этих знаний. Они не станут жертвовать своими. Но непохоже, чтобы они предпринимали какие-то иные меры, кроме тех, которые были озвучены на совещании.
Нет, ее теория красива, ужасна и вполне реальна. Это - вещь. Другое дело, получается, что вещь эту носили по домам, заражали вещи и опять уносили. Звучит довольно глупо. И почему именно по этим домам? И почему именно эти вещи сошли с ума...
Елки, что же Коля или Слава тогда сказали?!
Там было полным-полно других. Две лампы, нож, телевизоры, занавески, кофейная турка, ювелирный гарнитур, рояль... Никакой закономерности. Абсолютно разные вещи. Но что-то же их должно объединять! И что это за зараженная вещь, которая беспрепятственно проникает в чужие дома и столь же беспрепятственно их покидает?!
- Эша, - озадаченно произнесла тетя Тоня осипшим от рыданий голосом, - ты сказала, что уходишь, но вместо этого уже пять минут стоишь, как столб, и бормочешь себе под нос.
- Да-да, - Шталь наклонилась и подобрала блокнот. - Выздоравливайте.
Она вышла из палаты нарочито бодрым шагом, закрыла за собой дверь и привалилась к ней с глубоким облегченным вздохом. Михаил, неподалеку мрачно подпиравший стену, тотчас выразительно кивнул на дверь рядом с собой, и Эша, вновь погрузившись в размышления, подошла к ней.
- А почему ты снаружи?
- Чтоб меня не осмотрели, - угрюмо пояснил старший Оружейник.
Шталь неохотно постучала.
- Да-да? - рассеянно сказала дверь.
Эша с внутренним содроганием вошла, но это оказалась не палата, а большой светлый кабинет, содержавший в себе Олега Георгиевича и двух мужчин среднего возраста, один из которых, ростом не уступавший Михаилу, был в бирюзовой форме клиники, а другой, маленький и полный, - в строгом костюме, явно очень дорогом, но сплошь измятом и усыпанном чешуйками табачного пепла. Оба они вначале посмотрели на Шталь, потом обратно на Олега Георгиевича, ожидая истолкование этому явлению.
- Эша Викторовна, - представил Ейщаров явление. - Александр Денисович, - мужчина в форме слегка наклонил голову, - Эдуард Сергеевич, - толстячок, поправив очки с круглыми стеклами, рассеянно-благожелательно улыбнулся и наклонился вперед, прищуренными глазами всматриваясь Эше в лицо, словно для того чтобы убедиться - действительно ли это есть Эша Викторовна. - Присаживайтесь, Эша, мы уже заканчиваем.
- А... - начал было Александр Денисович, косясь на Шталь.
- Все порядке.
- Собственно, я уже все сказал. Кровообращение мы восстановили, дальше посмотрим, как пойдут дела, но, думаю, все будет хорошо. Пальцем займемся, когда рука уже не будет вызывать опасений.
- Значит, перевозить девушку нет необходимости? - спросил Ейщаров.
- Никакой. Все не так страшно, как казалось на первый взгляд, хотя, конечно, пришлось повозиться, - Александр Денисович как-то обреченно вздохнул. - Олег, сотрясение мозга и сломанные ребра - такое я вижу каждый божий день, но то, что было с ее рукой... Я бы мог подумать, что девочка попала в мясорубку или в конвейерный механизм, но... вряд ли по этой причине ее сосуды были забиты минералами. Самыми настоящими минералами, повторяющими форму сосудов, будто их туда залили в жидком состоянии. Мы извлекли больше двадцати обломков, и ей крупно повезло, что ни одна крошка не дошла до сердца. Олег, вы ничего не хотите объяснить?
- Нет, не хочу, - ответил Ейщаров.
- Этого следовало ожидать, - Эдуард Сергеевич хмыкнул. - А по этой же причине вы и ваше... хм-м, - его взгляд коснулся замотанной руки Шталь. - окружение сегодня столь потрепаны? Миша тоже...
- Если это все, - Олег Георгиевич поднялся, - то мы пойдем, у нас сегодня очень насыщенный график. Эдуард Сергеевич, что насчет ваших подопечных?
- Ну, мои рекомендации... - толстячок потер ухо, - я бы счел готовой только девочку, Дашу. Прочих пока не назвал бы адекватными, даже Богдана Казимировича подержал бы хоть недельку.
- Ладно, тогда мы ее заберем. Если будут новости, сразу же звоните, - Олег Георгиевич сделал знак Шталь, и она послушно поднялась. - Александр Денисович, на этом этаже ведь есть процедурная?
- Следующая дверь. А что?
- Вы не могли бы срочно осмотреть одного пациента? - Ейщаров быстрым шагом направился к двери, и Эша вместе с врачом устремились следом за ним. Врач на ходу спросил:
- А где он?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
