знаешь мою нулевую сентиментальность, но это происходит помимо моей железной воле бывшего моряка).
Ответь мне, хотя бы в этот радостный для меня день! Пришли, пожалуйста свое современное фото и фото детей и жены! Посылаю тебе несколько фото через программу Picasa. Твой отец Украинцев Владимир Александрович. P.S. В начале той недели мы покидаем дачу – стало по ночам холодно. Сообщи, получил ли фото?».
Отправил письмо в 0ч-10мин 8-го Октября.
А утром я решил позвонить ему. Даю запись разговора, сделанную по горячим следам:
Я: «Здравствуйте, моя фамилия Украинцев». Ответ: «Здравствуйте, моя фамил…(небольшая пауза)….Здравствуй отец!». Далее я его поздравил, сказал, что основное поздравление послал ему письмом на s.ukraintsev@gmail.com, спросил, действующий ли это его ящик? (Он подтвердил и сказал, что уже 3 месяца не лазил в почту). Я: «Получил ли и прочитал ли Мемуары?». Ответ: «Не читал. А получил ли – не знаю» (Поплыл парень! Я сказал, что уже почти прошел год, как я их отправил – явно поплыл!). Далее я попросил назвать причину его отчуждения, что я очень скучаю и переживаю отсутствие в течение 14-ти лет контактов. Ответа не было – что-то пробормотал невнятное. Далее я спросил о его здоровье, он сказал, что всё нормально и спросил о моём здоровье. Я сказал, что у меня проблемы коленок (артроз) и, главное – поломан левый голеностоп, хожу с палкой. Он сказал, что у Зинаиды Викторовны(???) тоже плохо с коленками. Далее он сообщил, что у Гриши родился сын и я, тут же, мгновенно, попросил дать мне его телефон – хочу поздравить. Он сказал, что Гриша сам мне позвонит на мой мобильник – он ему сообщит номер. Далее он сказал, что больше говорить не может – он на работе. Я сказал, что буду звонить ему по вечерам домой – он не возразил.
Кошмар!!! Несколько часов ходил обалдевший! – так потряс меня как сам факт разговора, так и его содержание.
Но Гриша не звонил почему-то. Еще одна загадка! Что же делать-то? Сижу, думаю, перебираю гипотезы. Думал до 21 ноября. И решил сам позвонить. Воспроизвожу разговор, записанный по памяти сразу после разговора:
(Звонок). Не успел я открыть рот, он сказал: «Здравствуй отец». Я: «Сережа, в последнем разговоре 8 октября я попросил у тебя телефон Гриши – хотел поздравить с рождением ребёнка, моего правнука. Ты мне не дал, но сказал, что передашь мой телефон ему и он сам тебе позвонит. Прошло уже 1,5 месяца, но звонка нет. Может объяснишь в чем дело?». ОН: «Твой телефон я Грише передал». Я. «А в чём дело, почему он не звонит?» ОН ( криком): «Гриша – есть Гриша!». Я: «Может быть ты дашь мне его телефон?». ОН: «Нет, не дам». Я опешил……, пару секунд молчал, и потом спросил: «Ты не прочитал моё последнее письмо?». ОН: «Не прочитал, я редко заглядываю в почту». Я: «Загляни и дай мне ответ». ОН (и опять криком): «Не знаю, может дам, а может нет!». Я: «Твоя мама сказала мне, что у Миши должен в Октябре родиться ребёнок?» ОН: «Да, родился». Я: «Дай мне его телефон, чтобы поздравить». ОН: «Миша сам тебе позвонит. (и прокричал: Всё, разговор окончен!!». И разъединил связь!!!
Что происходит, с нормальным ли человеком я разговариваю? Что делать-то в такой суперстранной ситуации? В отчаянии, я написал на его адрес 23 ноября:
«Сергей, за что ты меня так мордой об стол? Отец».
Полный «абзац» – энтропия ситуации близка к нулю! Писем ни от кого нет! Ни от Гриши, ни от Миши, ни от Сергея! Молчит и Зина! И тут мне пришла мысль: а получал ли Сергей мои последние письма? Дело в том, что в настройках фильтра почты можно указать, что «письма от данного отправителя больше не следует принимать». И 28 ноября я решил проверить это, отослав письмо не с ОЕ-ящика, а с Google-ящика, который мне сделала Оля Яковлева ukr5240@gmail.com. Вот это письмо:
Сергей! Получил ли ты мои письма, отправленные с адреса ukr5240@yandex.ru? Не заблокировал ли ты этот адрес случайно? Может быть именно в этом причина твоего молчания – другого разумного объяснения никто (!!!) объяснить не может. Поясни в конце концов, что происходит? Это первое. Второе: Я набил фотографиями законченные три части Мемуаров – 30,7Мб. Скоро отдаю издателю. Может быть посмотришь? Там очень много о тебе и наших взаимоотношениях. Я бы хотел их отправить и твоей Маме, да не знаю её эл. адрес. Напиши его мне, а то как-то неудобно – там много о ней написано хорошего (и не очень!). P.S. Четвёртую, последнюю часть, закончу к Новому году (там будет около 50Мб), и потом тоже мог бы тебе переслать по пиринговой сети. Твой, любящий тебя ОТЕЦ. Очень скучаю!
И опять всё глухо! Всё, всё, всё стало предельно ясно! И с этим уже ничего не поделаешь и не исправишь, как сказал недавно сын Валеры Булычева Денис, а еще ранее моя канадская сестра Лена. «Шабаш! – суши вёсла», есть такая команда для экипажа вёсельной шлюпки.
Когда я писал письмо Сергею, подошла ко мне Юля со слезами на глазах – она разбирала архив Иры и нашла её Заявление от 85 года о приеме в детский сад её детей Саши и Вовы, и попросила: «Володя, вставь это написанное рукой Иры Заявление в свои Мемуары на добрую память об их Маме:
.
Я думаю, что пора закругляться. И думаю, что это надо сделать после моего 80-ти летия, т.е. после 22 декабря 2010г. Свои три функции настоящего мужчины я выполнил полностью: построил дом (и дачу), вырастил дерево (целый плодоносящий сад!), вырастил сына (появились внуки и даже уже правнуки). Я бы добавил сюда еще: отдал долг Родине– отслужив в ВМФ, плодотворно поработал на оборону в области создания ракетных и лазерных комплексов, вырастил внуков моей второй жены, любимой моей Юлички – они стали и моими внуками!
(Конец 4-й части. Далее следует 5-я, заключительная часть отдельным файлом)
Часть 5 – Заключительная
Юбилей. Смерть Бориса Парфенова (Слёзы Зины). 2011год. Последние послания Сергею. Умерла Пира. Оценка общего состояния здоровья (обоих).
5.1 Юбилей
5.1.1 Очень мне не хотелось отмечать моё 80-летие в расширенном формате. Но племянницы Юля Булычева и Галя Бабенко категорически запротестовали: «Для нашего клана – это эпохальное событие и
