Зоуи.
Молодые люди, которые образовывали вокруг моих дочерей некую суматоху, рассредоточились в поисках других девиц, и мы с Ванессой оказались наедине.
— Ох, я так сочувствую вам, милочка, — покровительственно протянула она, глядя на меня и помахивая резным веером из слоновой кости.
Я вежливо улыбнулась, понимая, что не просто так она подошла именно сейчас, когда Грегори ушел по своим делам.
Глава 66
— Ох, я так сочувствую вам, милочка, — жеманно протянула Ванесса, поигрывая веером.
Я вежливо улыбнулась, не собираясь с ней соглашаться. Подыгрывать ей я точно не собиралась, я тут не в роли несчастной вдовы маркиза, а сопровождаю герцога.
— Чудесный вечер сегодня, не так ли? — взглядом я нашла своих девочек.
Господин Макнафер на удивление прекрасно танцевал, едва ли не лучше наследных дворян, при этом без какого-то чрезмерного фанфаронства и манерности, четко следуя рисунку танца, и в то же время с самоуважением. Один из мужчин, что танцевал со своей дамой рядом, будто бы ненароком, но очевидно, что специально, сделал лишний шаг в сторону Макнафера, чтобы с ним столкнуться, но тот изящно вышел из положения, обойдя мужчину в ловком пируэте и тут же подхватив руку Флоренс. Не только Зоуи, но и все окружающие относились к купцу как к выскочке на этом балу, но он умудрялся удачно выходить из сложных ситуаций.
Не дождавшись продолжения разговора от меня, Ванесса подошла ближе и даже взяла меня под руку, будто подружку. Я с недоумением подняла на нее взгляд:
— Нам, женщинам, нужно держаться вместе, — заявила она покровительственно.
Я опять улыбнулась с трудом заставив не ползти вверх скептически брови:
— Думаю, нужно держаться вместе с людьми, цели с которыми у вас не противоречат. Вот у вас, например, какие цели?
— Цели? — она удивленно хлопнула глазами, — какие у меня могут быть цели, о чем вы? Мы же женщины, для нас главное — благополучие семьи, что же еще.
— В этом мы схожи, — добавила каплю тепла в голос я.
Да вот только на деле я должна заботиться о своей семьей, а она — о своей, кто знает, не столкнутся ли эти интересны между собой.
Ободренная моим мнимым доверием, Ванесса опять вернулась не сыгравшей ставке:
— Я тоже женщина и тоже вдова, я вас прекрасно понимаю: на вас хозяйство, дочерям нужно справить приличное приданое, всем найти женихов, но и себя хоронить еще рано. Вам нужно, чтобы рядом было сильное плечо. Так хочется найти мужчину, который бы решил все ваши проблемы разом!
Я вновь окинула взглядом Ванессу. Вот значит, как она мыслит: не нужно пытаться самой решить проблемы, нужно найти того, кто сделает это за тебя. А если никто не согласится? Или время будет упущено? Да если бы я ждала у моря погоды, я бы девочек даже одеть бы не смогла к этому балу, да и билеты не достала бы. Да и кому нужны такие трудности, зачем выбирать женщину с ворохом проблем, если можно выбрать ту, что имеет хорошее приданое вместо этого. Ждать «решальщика проблем» можно бесконечно, при этом с каждым днем трудности будут только расти.
— Я предпочитаю сама заботиться о своей семье, — ответила осторожно.
— Да куда нам, слабым женщинам, что мы можем-то? Конечно, что-то по мелочи организовать нам по силам, но действительно серьезные проблемы не решить, — деланно тяжело вздохнула Ванесса. — И я понимаю, что вы видите в моем брате мужчину, который сможет вас спасти от всего этого, потому и решила говорить откровенно, — ага, «брате». То она явно намекала на их близость, а теперь вдруг решила забыть, что брат-то Грегори ей только по мужу. — Простите, если обижу вас, но я должна предупредить как женщина женщину. Буду говорить откровенно, — она заглянула мне в глаза решительно и практически искренне, я почти-почти поверила, очень хорошая игра, готова поаплодировать, — Грег на вас никогда не женится.
Я замерла на миг, ожидая продолжения... но его не последовало. Ванесса стояла с видом скорбным, сочувствующим и совсем каплю торжествующем, наверное, не смогла сдержаться. Я сперва не поняла, что это и есть «страшная тайна», а потом сообразила, что мыслю категориями своего времени. Наверное, в этом мире, учитывая то, какое впечатление производят наши отношения, реакция должна была быть иной, но я с трудом сдержала улыбку.
— Хорошо, — кивнула серьезно.
— Он точно-точно на вас не женится, вы понимаете? — не дождавшись «правильной» реакции, Ванесса решила повторить, при этом чуть потряхивая меня за локоть.
— Я поняла, — кивнула еще раз. Наверное, по ее логике мне следовало разрыдаться.
— Нет вы не понимаете, — она всплеснула руками, в голосе послышались нотки раздражения. — Я говорю с вами по-дружески, доверьтесь моему слову. Я вам хорошего желаю. Грегори человек увлекающийся, но он помнит о своем долге. Он знает, что обязан жениться на молодой девушке, которая сможет родить графству наследников. Он никогда не будет вашим. Вам бы скорее подошел какой-нибудь вдовец со взрослыми сыновьями-наследниками, — она посмотрела на меня снисходительно.
Я немного опешила. Вообще-то Матильде было тридцать шесть. Конечно, дочери уже взрослые, но до климакса еще лет десять есть, а то и больше. И память Матильды подсказывала, что женщины в этом мире, если первые-вторые роды переживали без осложнений, могли выносить и десяток детей. Например, однажды Матильде служанки рассказывали о скандальном случае в соседнем с их имением селе. Там мать невесты родила сына прямо на свадьбе дочери. Все занята была приготовлениями к торжеству, думала перетерпит, когда схватки начались. Гости за столом — а мать невесты в спальню ушла со снохой. В итоге и рождение долгожданного сына отметили заново, готовить не пришлось.
— Так вы ищите на балу вдовца? — заинтересовалась я планами самой Ванессы на будущее.
— Я? Что? Зачем это мне? — возмутилась она.
— Ну, как же, вы же сами сказали, что каждой женщине нужен мужчина, который будет о ней заботиться, — притворилась дурочкой я.
— У меня есть такой мужчина! — прошипела Ванесса сердитой змеей, но потом опомнилась и улыбнулась, притворяясь заботливой. — Я же родственница, вы понимаете, брат меня не бросит. А вот вам встречи с ним только испортят репутацию. Подумайте сами, я ведь вам добра желаю, — и похлопала меня покровительственно по руке.
— Спасибо за беспокойство, —
