Читаем без скачивания Зеленые береты - Робин Мур

В полдень телега с дровами остановилась на шоссе в полукилометре от убежища партизан.

Заупрямившийся неожиданно буйвол не хотел слушать ни понуканий погонщика, ни уговоров. Через несколько минут Родригес и четверо тайцев спустились по тропинке к шоссе и предложили крестьянину свою помощь. Они побросали свою поклажу на телегу вместе с дровами, и вскоре буйвол, тряся рогами, лениво двинулся дальше.

Брик Смитт и Фрэнчи Пьероу дождались, пока совсем не стемнеет, и вышли в путь в 18.00. Вместе с ними увязалась Люй, чтобы не разводить лишних дебатов, Смитт плюнул и согласился.

Фрэнчи с неразлучной аптечкой на плече возглавлял два взвода вооруженных до зубов тайцев. В задачу Смитта входило взорвать единственный мост, по которому проходили железная и автодороги, а Фрэнчи организует парочку засад к северу от моста. Милях в трех квартировался вьетконговский батальон, и как только они нарвутся на засаду, то Фрэнчи немедленно вернется в пункт сбора у подножия холмов и организует там полевой госпиталь.

Брик Смитт, Люй и три штурмовых отделения добрались до предназначенного им убежища до 22.00, времени начала комендантского часа. Десятью днями раньше два агента лейтенанта Во купили здесь три небольшие рыбачьи хибарки в пойме реки под мостом. И каждый день старательно изображали работу рыбаков, плавая по реке на сампанах. По ночам мост прекрасно освещался, поэтому на мосту ночью было светло как днем, а вот в городе, куда власти скупились подавать электричество, на улицах горели тусклые желтые лампочки.

По словам наблюдателей, дважды в день по мосту проходил грузовой поезд когда из пятнадцати, а когда и из двадцати вагонов. Они доставляли партизан-вьетконговцев, боеприпасы, оборудование и оружие. Прервав эту важнейшую для провинции нить коммуникаций, американцы могли на долгое время вывести из действия огромные силы коммунистов.

Уже в темноте, освещенные отдаленным блеском больших фонарей на мосту, они наконец добрались до хижин и разместились в них на ночь. Когда Родригес взорвет электростанцию, свет погаснет во всем городе. Вот тогда-то они и собирались незаметна для патруля подплыть к опорам моста и взорвать их.

Де Порта выпало в первый же день операции "Падающий дождь" устранить новоприбывшего политкомиссара. Они с Во подъехали к сторожевому посту, остановились и предъявили документы. Как ни странно, патрульные даже не обратили на них внимания, пропустив их в город. Они прошли через малолюдный нищенский базарчик и оставили свои велосипеды на стоянке возле муниципалитета. Затем забрали свои корзинки и дипломаты и прошли в квартиру, которую Во снял для них заранее. Командир квартала днем не слишком-то строго следил за передвижением внутри квартала. Поэтому трудностей у них не было. Из окна можно было видеть угол здания, где расположился новый губернатор. Во сообщил, что прибывший из Ханоя новый комиссар не доверял никому из прежних чиновников провинции. Его подозрительность доходила до того, что он никому не позволял прикасаться к служебной машине.

Де Порта подчеркнул, достоинство таких политических убийств заключается в том, что уничтожая подобных комиссаров, ты наносишь вред правительству, не затрагивая интересы населения. В Хонг Монге люди знали друг друга, делили свои горести и радости, а разные назначенные чиновники, приехавшие издалека, так и оставались для всех чужаками. Даже местный парень, посланный в Ханой на учебу, как в случае с Ти, по возвращении оказывался вне городской общины. В их представлении он был бюрократом с огромной властью карать и миловать.

Де Порта остался в квартире до самого вечера, а Во отправился по городу, раздавая своим агентам золото и деньги. За час до комендантских патрулей Де Порта вышел на улицу, неся с собой пластиковый дипломат, он прошел мимо здания военного губернатора на углу. Во дворе, за охраняемыми воротами, стоял знакомый серый "Седан". У Де Порта был особый пропуск с фотографией, по которому он мог легко заходить в разные государственные учреждения. Такие удостоверения выдавались представителям горных племен, которые были ярыми сторонниками курса Ханоя. У него не было уверенности: обнаружили кражу документов или нет, но Де Порта предпочитал действовать открыто. Незадолго до десяти часов он остановил на улице патруль и с широкой улыбкой на лице предъявил удостоверение. Сержант сличил фотографию с лицом Де Порта и тут же отпустил его.

Де Порта тщательно изучил все рисунки и наброски, представленные агентами Во, на которых изображался двор губернаторского дома на углу. Наружная лестница со двора вела на галерею, окружавшую все здание. Де Порта обратил внимание, что охрану явно усилили, потому что у каждой лестницы дежурили часовые. После загадочного исчезновения Ти – хотя, пожалуй, и не столь загадочного после допросов Кванды и Фама – новый губернатор, Ле Сунь Дунь, обучавшийся в Пекине и Ханое, был начеку.

Приближаясь к двум часовым у центральной лестницы, которая вела к офису губернатора, Де Порта достал из дипломата официальное письмо. На нем была пометка красным: КИН (секретно), и адресовано оно было Ле Сунь Дуню для личного прочтения. Конверт раздобыл Во, над содержанием поколдовал Родригес.

Пластиковый заряд внутри конверта был выполнен в виде пачки бумаг. Родригес даже умудрился вложить его в небольшую папку, скрепленную восковой печатью. Всегда была вероятность, что кто-нибудь из адъютантов решится вскрыть конверт, но вот ломать официальную печать не рискнет никто. Стоило вскрыть папку и – бабах! все вдребезги.

Не останавливаясь, Де Порта быстрым шагом прошел к лестнице. Там его остановила охрана. Не переставая улыбаться, он продемонстрировал им официальный конверт. Один из часовых проводил Де Порта, на всякий случай, до самого офиса Дуня.

Де Порта знал, что с этого самого момента его собственные шансы выжить были невелики. Но даже если ему самому понадобится взорвать заряд, он прикончит Дуня. Мощность взрывчатки была такова, что не стоило даже и приближаться, достаточно просто находиться рядом через стенку с губернатором. Часовой постучал в дверь приемной. Она распахнулась, и на пороге возник армейский майор. Он вопросительно оглядел Де Порта и его эскорт. Часовой переговорил с майором, и тот, повернувшись к Де Порта, попросил показать удостоверение. Де Порта вынул удостоверение и заодно продемонстрировал конверт.

Внимательно осмотрев удостоверение, майор принял конверт. Де Порта поспешил объяснить, что был в Ханое на встрече вождей горных племен и его попросили вручить письмо лично Ле Сунь Дуню.

Майор заверил Де Порта, что конверт будет доставлен по назначению.

– Необходимо, чтобы губернатор прочитал содержимое еще сегодня, – заметил Де Порта.

Майор коротко кивнул и захлопнул дверь. Аудиенция была закончена.

Де Порта поспешно двинулся к выходу, обогнав на ходу часового. Он уже выходил на темную улицу, когда тот только занимал свой пост у лестницы. Единственной заботой теперь было добраться целым и невредимым до своего штаба в горах. Ему несколько раз пришлось показывать пропуск, но все-таки все обошлось благополучно. Он забрал свой велосипед и принялся накручивать педали. Не успел он отъехать от здания муниципалитета, как чудовищный взрыв сшиб его на дорогу. Он медленно поднялся. Несмотря на страшное головокружение, глухоту и темные пятна перед глазами, он испытывал радость от хорошо выполненной работы. Позади к небу вздымалось чернильное облако дыма, уходя в ночное черное небо. Вокруг него случайные прохожие, сбитые с ног ударной волной, неуверенно поднимались, глядя на дьявольский пожар.

Де Порта подобрал свой велосипед и, держась теней на скверно освещенной улице, принялся выбираться прочь из города.

Родригес, прячась в подсобке во дворе электростанции, усмехнулся. Взрыв в городе свидетельствовал об успехе его собственного детища.

Он выглянул в узкую щелочку. За железнодорожными путями, у здания станции, суматошно заметалась охрана. У бараков стоял бронетранспортер. Сразу же, как прогромыхал взрыв в городе, офицеры и солдаты принялись быстро в него загружаться, хватая оружие. Родригес заложил в пластиковую взрывчатку достаточно термита, и теперь весь центр города полыхал, распространяя запах гари, дыма и едкой духоты.

Офицер, стоявший рядом, что-то прокричал охранникам у ворот, те распахнули створки, и бронетранспортер развернулся, набрал скорость и понесся к ним. В тот же момент Родригес со своими людьми принялся действовать. Стоило только бронетранспортеру выехать за ворота, как в воздух полетело четыре гранаты. Они взорвались одновременно, и покалеченный бронетранспортер осел на продырявленных шинах. Ударной волной во все стороны разнесло клочья человеческой плоти.

Не успели часовые сорвать с плеч винтовки, как один из таев срезал их очередью из шмайссера. Родригес со своими людьми бросился к зданию электростанции. Один из таев остался у ворот. Весь обвешанный гранатами, он внимательно осматривался, поводя дулом автомата.