Открытое, но не более, чем у любой из ее гостей платье, открывало в ней женщину, которая могла быть желанной. Все это поражало, подавляло своей непредсказуемой силой и властью над простыми мужиками, вроде меня или Эзнера. Так и не решившись подойти, я вернулся к другому концу стола.
Пока Кларисс приветствовала гостей, я рассматривал пришедших. Арханцель и Тальцус присели рядом с ней, беседуя и улыбаясь друг другу. Совершенно неожиданно я узнал Ахельцеса. Даже он тут…
Но не их я искал бегающим по лицам взглядом. Где-то среди этих совершенных лиц было одно, завладевшее моими мыслями на два последних дня. Лицо, улыбка, взгляд не ланита, но женщины более совершенной, чем все они вместе взятые. Я не мог отыскать ее и это пугало и волновало меня.
Свои имена, застывшие дымным росчерком над местами, мы с Эзнером нашли ближе к выходу. Конечно же, любое празднество должно было начаться ужином и возлиянием.
Без этого мне сложно было бы представить праздник. Сев на место и будто удостоверившись, что я все же не лишний в этой компании, я успокоился. Не найдя Андру за столом, я уставился в проем дверей, ожидая ее прихода. Что-то совершенно непредсказуемое творилось в душе. Я перестал скрывать волнение, прятаться от мыслей о ней и признал мой совершенно очевидный интерес. При этом я продолжал искренне тосковать по Марго.
Через минуту я понял, что задержал дыхание. В зал вошла Андра. Я бы вскочил с места, если бы чувствовал свои ноги… Ее никто не сопровождал. Возможно, это было лишним. Если бы у каждого приглашенного были сопровождающие, здесь было бы сложно дышать. С непреодолимого расстояния, разделяющего нас, я видел искорки в черных, как ночь, глазах. Ее улыбка, обращенная ко всем знакомым и ни к кому конкретно, будто бальзамом ложилась на сердце. Мягкие складки простого черного платья, не способные скрыть изгибов… Я остановил себя, отворачиваясь. Краем глаза заметил наблюдающего за мной Эзнера и беспомощно улыбнулся ему.
— Что мне делать? — Спросил я его тихо, возможно беззвучно. Что мог мне посоветовать этот деревянный человек? Я не надеялся на ответ. Просто новая, очередная волна беспомощности нахлынула на меня и закрутила с новой силой.
Подняв глаза, я понял, что она меня заметила. Дождавшись внимания, Андра улыбнулась и приветливо подняла руку. Ее место было далеко справа, ближе к Арханцель и Тальцусу.
— Друзья мои… — Услышал я гулкий голос Кларисс.
Она начала говорить. Я был уверен, что каждая интонация и вздох были слышны в любом уголке особняка. Совершенно незнакомая в своем неожиданном величии, Кларисс благодарила пришедших. Вполуха слушая ее, я удивлялся произошедшей с ней перемене, гостям, Андре и себе… Когда короткое приветствие закончилось, гости зашумели. Зазвенело стекло. С балкона второго этажа слышалась еле уловимая музыка. Бокал передо мной сам наполнился темным до черноты вином.
Очень скоро, не успели опустеть первые бокалы, кто-то начал вставать.
Складывалось впечатление, что гости не видели друг друга годами и спешили поделиться новостями. Возможно, так оно и было. Откуда мне знать?
Может, минут через сорок, не выдерживая напряжения, я тоже вышел. Хотелось поприветствовать Ахельцеса, поздравить Арханцель с рождением дочки, но я не решался к ним подойти. Смешавшись в холле с гостями, я осмотрелся. Между залом со столом и вторым, значительно меньшим, виднелась дверь. Я надавил ручку, ища укрытия. Вошел в поддавшуюся дверь. К моему удивлению, это оказался не туалет.
Большая, дышащая сумерками и теплом комната явно служила кабинетом. У левой стены, торцом к окну, стоял огромный захламленный стол. Один он говорил все о назначении этой комнаты. Диван, повернутый к столу, кресла, картины, шкаф… Я подошел к распахнутым ставням, вдыхая ночной воздух.
Где-то далеко в море, возможно в эту же минуту на палубе стояла и вдыхала ночь Марго. Открытая всем ветрам, маленькая и беззащитная мечта. Она преодолела чуть меньше, чем половина пути до возможности вернуться домой. А что, если не получится? Я не отвечал на этот вопрос себе, оставляя за ней право выбора.
Неизменно, как всегда в моменты влюбленности, мысли возвращались к новой знакомой. И совершенно ничего не останавливало эти мысли, ничего постыдного не находил я в них, при этом краснея и волнуясь. Я бы умер от счастья, если бы Андра вошла сейчас в этот кабинет. Но шли минуты, а желающих навестить меня не находилось.
Вздрогнув от звука открывающейся двери, я инстинктивно сделал шаг за шкаф. Если вошедший не сядет за письменный стол и не подойдет к окну, я могу остаться незамеченным. — … ты не взял ее с собой. — Услышал я голос Кларисс и закрыл глаза. Черт, как неприятно вышло…
— Я предполагал, что ты будешь не рада видеть Слейру на своем юбилее. Но благодарить меня за это…
— Папа, с меня достаточно того, что ты снова женился. Не надо меня упрекать в нелюбви к твоей новой жене.
— Когда же ты, наконец, повзрослеешь… — Мужской голос был грустен и необыкновенно чист.
— Ты приехал поздравить меня или снова поссориться?
Знакомые нотки чуть не заставили меня выглянуть. Очень хотелось посмотреть, как сочетается знакомая мне Кларисс с ее необыкновенным в этот день обликом.
Сдерживая себя, я вжался в стену.
— С Днем рождения, родная. — Произнес ее отец тепло, и я услышал звук поцелуя. — Твоему юбилею может позавидовать любой из ланитов. Но я вижу новых людей. По Гильдиям твоих коллег я помню, кто остальные?
— Коллеги из Гильдии видящих.
— Видоки?
— Один видок, очень интересный экземпляр, выше первой ступени. Второй — помощник управляющего. Он замечательный, умный и образованный человек.
— Первой ступени? Я что-то пропустил?
— Пап, это долгая история. Второй видок на Объединенные земли.
— И как давно вы знакомы?
— Пару недель.
— Кларисс?
На какое-то мгновение мне показалось, что я теряю нить разговора. Они говорили о нас с Эзнером. Но суть разговора ускользала.
— Папа, ты видишь меня не так часто, чтобы иметь право читать нотации.
— Кларисс? Человек?
— Да, человек.
— Ты все больше становишься похожей на свою мать.
— Это звучит как оскорбление.
— Она всегда сначала принимала решение, делала, а потом думала.
— Наверно, будь она другой, меня бы не появилось на свет. — Тихо ответила Кларисс. Я услышал шорох ее платья. Через секунду она показалась у окна, и я перестал дышать.
Она увидела меня. Избежать этого было невозможно. Приподняв на мгновение руку, Кларисс развернулась к отцу. Совершенно не похожа она была на кузнечика в этот вечер. Мужчина подошел к ней и взял за плечи, притягивая к себе. Я понял, что Кларисс сделала что-то для моей невидимости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
