— А возможно ли это вообще? Плохо то, что в поселении не все маги! Все вернется, к тому, что уже было! Опять возникнет пренебрежение владеющих магией к не владеющим и зависть вторых по отношению к первым! — Баристовс-маг сокрушенно покачал головой.
— Ну, положим, это не проблема. Любой может получить Дар из рук нашего Тома! — Камилла-сан с улыбкой посмотрела на аспиарнина, — у нас просто еще не было времени, — она, извиняясь, обратилась к Смирту, — Том Вам поможет!
Баристовс-маг вновь побелел:
— У Вас есть маг — Созидатель?
— Только в такие трудные времена и могут происходить столь кардинальные изменения в природе наших магических свойств, — Камилла-сан успокаивающе положила руку на плечо возбужденного мага, — наши дети будут магами другого уровня. Они сейчас проявляют такие способности, которые нам и не снились. Но в то же время они еще дети и нельзя перекладывать на их плечи все мировые проблемы.
— Да, мы защищены от людской ненависти, от чистов, но перед нами полностью неисследованная планета. Нам неизвестны ее особенности и опасности!
— А, вам не кажется, коллеги, что задачи перед нами стоят увлекательнейшие? — Камилла-сан улыбнулась, сидящим за столом магам. Затем взяла в руки скромно лежащую на столе иголку.
— Все! Разговор для вас окончен! Детям пора спать!
Лужица синего тумана перед глазами заинтересованных зрителей медленно растаяла.
— Ну-у! — разочарованно прогудели детские голоса, — опять спать!
Но в комнату уже заглядывал Смуран-сан, и понурые маги побрели по комнатам. Сон пришел к ним на удивление быстро. Вскоре из детских спален доносилось только тихое дыхание.
— Чудеса! — Смуран-сан удивленно покачал головой, и как никогда был прав.
3
Ингорлон был приятно удивлен: его сознание постепенно прояснялось, ощущение всех частей больше не распадалось на отдельные фрагменты, как детская головоломка. Он осознал себя цельным, мощным и любимым. Именно его называли Домом более четырехсот созданий живущих под его крышей.
Он не распознавал значимости всех живущих. Любое создание могло нуждаться в нем, и было достойно его помощи. Он немного запаниковал, когда в ночь Переноса Крыська устроила безумную панику и металась в поисках укромного места. Крыська не соглашалась уйти из комнаты Санчо, а нужного ей места там не было. Замок принял однозначное решение: в комнате Санчо, Искры и Тома за шкафом появилась уютная и глубокая ниша. Именно там в эту ночь появилось потомство Крыськи — два черных котенка, два дымчатых серых и трехцветная кошечка.
Замок осознавал себя колыбелью, Домом, крепостью. Он проникался чувствами всех в нем живущих. Когда в детской начинался отчаянный рев, не поделивших игрушек малышей, в его глубинах возникало беспокойство. Замок не мог спокойно существовать. Он подпадал под власть этих стихийных детских эмоций.
Валентина-той заметила падение аппетита у своих подопечных, измазанные мордочки и сладкие, липкие пальчики, огромное количество игрушек. Ей пришлось объяснять дежурному отряду, каждому юному магу, посещающему малышей, что такое режим питания и какой вред могут принести неумело созданные детские игрушки.
Замок предупреждение принял на свой счет. Он внес коррективы в свои действия — в детской появился необычный зверек. Толстенький, с блестящими глазками и вздернутым черным кожаным носом, в светлой черно-пегой шкурке он сидел на задних лапах среди детских игрушек… Неповоротливый на вид, переваливающийся с лапы на лапу, добродушно улыбающийся всей своей довольно зубастой пастью он вначале напугал Валентину-той, неизвестное животное в детской, но затем все ее опасения странным образом почему-то пропали. Поймать, потискать, прижать к себе и зарыться лицом в короткую мягкую шерстку — мечта каждого малыша. Играть с ним, бегать на перегонки, ловить за хвост, гладить — зверек, казалось, не имел никаких возражений. Он появлялся на поле сражений за очередную игрушку, забавно прыгал, вмешивался в драку, утешал побежденного. Дети прозвали зверька Кис. Зверек внезапно появлялся и внезапно исчезал, отказывался пить молоко и ничего не ел.
Валентина-той была первой кто заметил необычные изменения в планировке комнат в замке. Придя утром в детскую, она обнаружила распахнутую дверь там, где ее никогда не было. Она открывалась на широчайшую веранду, выходящую прямо в сад. Это могло сразить кого угодно! Мало того, что детская вообще-то находилась на втором этаже, но и окна, между которыми обнаружилась дверь, выходили во внутренний двор замка.
— Камилла-сан, вы думаете это тоже действие лястрита? — спросила Валентина-той, рассматривая великолепие детских площадок в саду.
— Может быть, может быть, — задумчиво рассматривая затейливые качели, ответила директриса. Они с Скрываторий-магом провели несколько часов, проверяя магический фон сада и террасы. Фон был замечательный. В такой атмосфере и должны расти здоровые дети.
Новые комнаты начали обнаруживаться почти на всех этажах замка. Новые интерьеры гостиных приводили детей в восторг. Каждый выбирал себе новые места для занятий, исчезла былая теснота мастерских, во дворе появились спортивные площадки. Иберан-той ахнула от восторга, обнаружив рядом со старой кладовкой новое помещение. Ледник! Его стены были покрыты слоем инея, полки, полочки и вешала были готовы принять на длительное хранение продукты для замка.
А рядом с кухней две широченные двери вели в залу, в которой два ряда по всей длине стояли обеденные столы. Теперь при желании весь замок мог собраться здесь за обедом. Зала освещалась странной конструкции косперами, распластавшимися на потолке комнаты. Стены сплошь были покрыты веселыми рисунками, на которых все время происходило, что-то интересное: цветы раскрывали свои бутоны и взлетали, превращаясь в бабочек; ребятишки прыгали в воду синих озер, поднимая тучи серебристых брызг; котята потягивались, или играли с клубками ниток.
Дождь на территории замка шел только ночью, а утром солнце будило засонь, отправляя в спальни толпы солнечных зайчиков. Мир замка Ингорлон был прекрасен.
© Copyright Лукьянец Надежда Николаевна ([email protected]), 10/01/2012(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
