и за ним тянется густой кровавый след. Как длинные черные волосы клубятся вокруг тела, которое скрывается за тушами рыб, прибывших на пиршество.
Быстрый, смелый, справедливый Гайр! Закипая от горечи и злости, Бренн почувствовал, как из груди рвется звероподобное рычание, — он убьет эту бледнокожую гниду Косту! Время вновь забурлило, как вода на Арене. И он бежал, прыгал, крутился, разрубая кхорой тварные скользкие тела и ощущая, как мелкими горячими иглами растекается по телу яджу, прибавляя скорости и сил.
Стремительное движение под водой, и взлетевший меченос уже несся на него, нацелив ему в шею страшный рострум. Извернувшись, Бренн в резком развороте рубанул по смертоносному выросту, подхватывая его на лету. Изгибаясь и бешено дергаясь, красно-бурая тварь ушла под воду. Повинуясь внезапному порыву, Бренн протиснул убийственно острый рострум за поясной ремень, сдирая кожу на пояснице жестким хитиновым покровом. Трофей? Зачем? Он не знал… Но пусть будет…
Отыскивая среди живцов Косту, потеряв обзор из-за спутанных волос, он отвлекся и пропустил угрозу, — сразу две химеры летели на него, а третья выпрыгнула совсем рядом… Неловко прыгнул вбок и назад, и, сорвавшись со скользких от крови и слизи досок, с головой ушел под воду.
Давай! Давай, храфнов сын! — кричал он сам себе, чувствуя, как его охватывает паника. Бросив щит и кхору, Бренн рывками поднимался вверх. Глотнул воздуха, подтянулся, ничего не видя за мокрыми прядями, плотно облепившими лицо, и тут же взвыл — в бедро вонзились зубы мурены. Сжав мощные челюсти, рыбина повисла на ноге и тянула его вниз — вода стремительно становилась красной. Где-то вдали глухо вздымалось гудение трибун, нарастающее, как штормовой рокот. Яджу забило в виски, вливая в мышцы силу, — и он все же сумел подтянуться и выбросить себя на доски. Не сдерживая крик, обеими руками обхватил возле головы бьющуюся мурену и с силой дернул, заорав от боли во все горло. Подбитые акульей кожей каэсту спасли — голыми руками он не смог бы так цепко ухватить скользкую тварь. Из раны на месте вырванного мяса широкой полосой стекала кровь. Но ему все еще везло — кровь не била, как при разрыве крупного сосуда, и онемевшая нога все же двигалась… Да! Но еще пара глубоких укусов, и он не дотянет до конца Игры. И чем дольше вытекает кровь, тем быстрее иссякнут силы, даже подпитанные яджу. Что делать!?
Увидев вскочившего на барьер живца, мордастый пинчер потянулся к торчавшему из жаровни стержню, предвкушая, как вонзит его в зад трусливого порха… но Бренн опередил его — прямо через решетку он схватил за веревочную обмотку багровый от жара прут, и, стиснув зубы, плашмя прижал его к ране. Задыхающийся крик превратился в хрип, но раскаленное железо сделало свое дело — кровотечение резко уменьшилось. А прут, на котором пузырилась и шипела его кровь, Бренн без колебаний вбил в пах пинчера. Тот завизжал от боли и ужаса, суча короткими ногами, и ближайшие зрители завыли от садистского восторга, наблюдая, как дымится плоть вместе с набедренным фартуком визжащего погонялы.
Бренн не мог объяснить, но ему показалось, что дергающая боль от ожога будто перетекла в тело корчащегося за решеткой мордастого мужика, и стала намного, намного слабее. Он отвернулся от урода с проткнутыми яйцами, лихорадочно размышляя. Без щита и оружия — он труп, значит, главное сейчас — добраться до центральной платформы, где он возьмет и то, и другое. Онемевшая нога оставалась рабочей, значит шанс есть. Соскочив с барьера, Бренн убедился, что может бежать. Подпрыгнув, вцепился в кольца, свисавшие над соседней площадкой, и с силой качнулся. И еще, и еще раз, увеличивая размах. Короткий полет над водой, и он, как кошка, прыгнул на площадку рядом с умирающим живцом, ступни которого уже объедали мурены.
Нацелившись на следующую пару колец, Бренн снова коротко разбежался, — толчок, прыжок вверх, раскачка — и он пролетел еще часть пути, едва успев поджать ноги — кинжалозуб прошел понизу, ободрав кожу на голой заднице иглами спинного плавника. Помчался по узкому брусу и резко затормозив, чуть не полетел в воду. Навстречу, отбиваясь от жабовидных химер и не замечая Бренна, бежал Микко с окровавленными искусанными ногами. Если они столкнутся, то оба сорвутся с досок, чтобы через пару секунд превратиться в сочный корм. Он напрягся, прыгнув с места на ближайший брус, задрожавший от удара, и синеглазый промчался мимо…
Без щита и меча оставалось лишь одно — уворачиваться от бросающихся на него рыб, пытаясь не сорваться с бруса и не свалиться в кишащую смертью воду. Бренн подпрыгнул, пропуская под собой химеру, и едва удержался на узкой доске, упав на нее плашмя, чтобы уйти от рострума меченосца. Вскочил, но его тут же атаковал здоровенный пилорыл — боковые зубцы на длинном рыльном выросте пилой прошлись по левому предплечью.
Острый всплеск боли вырвал из глотки крик. Рука онемела, а до площадки маора с запасным оружием осталось совсем немного. На бегу Бренн пытался направить яджу в направлении раны, не особо понимая, что и как делает, но ему становилось легче — пальцы сжимались, толчки крови стали реже. А вот боль усилилась… — или то, или другое…
Добежал. Подхватил маленький кулачный щит, и — храфнова жопа — с досадой увидел, что запасные тесаки уже разобрали, осталась лишь пара трезубцев. Пусть так! Он умеет работать и с ними.
Бренн пригнулся, нашаривая взглядом мускулистую крупную фигуру Косты. Среди крутящихся живцов и летящих рыб, выцепил рыжеватую копну волос… Будто ощутив его взгляд, Коста резко обернулся и, встретившись глазами с Бренном, широкими прыжками помчался на другой конец Аквариума, на ходу отбив атаку кинжалозуба. Умелый, отлично выдрессированный живец — ему ничего не стоило прикрыть Гайра, отразив нападение хищника. Но Коста вмиг просчитал, что лучше сделать наоборот — прикрыться своим безоружным спасителем, толкнув его на острую челюсть меченоса, и таким образом — решить сразу две задачи — избавиться от ненавистного старосты и выиграть драгоценное время.
Теперь Коста по полной использовал свои умения, до сих пор не заработав даже средней паршивости раны, — зло позавидовал Бренн. Гад! Сильный, ловкий гад! Бренн рванул было в его сторону, но вокруг вскипела вода, и пришлось резко присесть. Он крутанулся на пятке, стараясь не пропустить появление очередной твари. Темно-бурая пупырчатая туша химеры выпрыгнула из воды совсем рядом, нацелив на его живот раззявленную пасть. Он едва успел упасть спиной
