Читаем без скачивания Битва во мгле - Олег Шовкуненко

Неожиданный крик Шредера оборвал приказ:

– Тревога! Два охотника. Удаление пятьсот метров. Идут медленно. Скорей всего, прочесывают местность.

– Серж, хватай ключ и пистолет! – Строгов с силой сунул в руку капитана свои единственные сокровища. – Готовь людей к обороне. Сейчас командуешь ты.

– Оставайся здесь. Нет, лучше спрячься. Мы сейчас, мы что-нибудь придумаем! – Серж бросился поднимать солдат.

– Беги, капитан… – Строгов с тоской посмотрел вслед Риньону.

Оставшись один, Николай запросил информацию о дискоходах. Управление оказалось элементарным. Биоконтактный разъем в левой рукоятке работал в паре с джойстиком в правой. Вся индикация выводилась на табло, вмонтированное во внутреннюю часть несущего обруча.

– Для ног работы не предвидится, – простонал лейтенант, забираясь на пилотское сиденье. – Вот и прекрасно, а то они у меня сегодня не в лучшей форме.

Вперед! Строгов до предела вывернул рукоятку контроля. Машина рванулась с такой скоростью, что у него сперло дыхание. Визжа паленой резиной и поднимая облака дыма, она помчалась к выходу из склада.

– Николай, что ты делаешь? – В голосе Сержа звучал неподдельный ужас.

– Я уведу их за собой! Воспользуйтесь этим. Бегите к коллектору! – Лейтенант вылетел из ворот ангара. – Прощайте, не поминайте лихом!

Сквозь стекло кабины Николай видел охотников. Ошарашенные наглостью своего неожиданного противника, они замерли в ступоре. Их паралич обрадовал Строгова. У него не было другого пути. Он должен был прорваться сквозь эту живую стену. Собрав всю свою волю, лейтенант направил машину прямо на механических зверолюдей. Но замешательство охотников не могло длиться вечно. Опомнившись, они сами кинулись в атаку. Переполненные ненавистью, противники неслись навстречу друг другу. Казалось, столкновение неизбежно. Однако Николай решил по-другому. В последний момент он отключил гироскоп и сорвал свою машину в головокружительное падение. Дискоход упал набок и, окутавшись фонтаном искр, полетел прямо под брюхо одному из охотников. Проскользнув под ним, стеклянный диск вновь принял вертикальное положение. Трюк, позаимствованный из киношного боевика, оказался столь стремительным и успешным, что сбил с толку преследователей. Они попытались схватить ускользающую добычу, но врезались друг в друга и грохнулись на мостовую.

Время, выигранное этим инцидентом, очень пригодилось Строгову. Он восстановил контроль над дискоходом и вновь запустил заглохший двигатель. Оторвавшись метров на сто, Николай вдруг резко затормозил.

«Дурак, что ты делаешь! Нельзя, чтобы они потеряли тебя из виду! Ну идите сюда, милашки…»

Николай осекся. Какая-то темная тень мелькнула на крыше соседнего энергоприемника.

«Что это? Еще один охотник? Тогда почему не нападает? А может, привидение, плод воспаленного мозга? Мои глаза сами не знают, что видят, а голова, как в тумане».

Но через мгновение Строгов уже позабыл свое видение. Приглашение, адресованное его «старым приятелям», было принято. Две грязно-серые твари, совершая гигантские скачки, неслись вслед за ним.

Выбор маршрута не отличался особым разнообразием. Можно было мчаться по прямому как стрела хайвею или свернуть налево в узкий и извилистый проезд. На плане проезд вел к складской зоне С-6. Первый вариант Николай отмел сразу. Риньону, как ни крути, придется пересекать этот проспект. Все может случиться. Вдруг охотникам взбредет в голову обернуться… Оставалось искать счастья на складах Ульфа. Ни секунды не колеблясь, Строгов свернул налево.

Решение было ошибочным. Лейтенант понял это после первого же поворота. В узких захламленных лабиринтах С-6 от пилота требовалось истинно цирковое мастерство, которым, увы, Николай не обладал. Увернувшись от штабеля биоконтейнеров, он не смог избежать встречи с многоруким погрузчиком. Покинутый заржавевший робот оказался прямо на пути у Строгова.

Удар был страшным. Опорный обруч дискохода превратился в безобразную восьмерку, а остекление кабины лопнуло, подобно перегретому стакану. Двигатель еще несколько секунд продолжал истошно завывать, но затем и он захлебнулся на полувздохе. На Строгова обрушилась звенящая тишина. Нет, тишина была неполной! Уже совсем рядом земля гудела от лязга стальных лап. У Николая больше не осталось сил. Все, что он мог сделать, это разорвать объятия аварийных ремней и оттолкнуть растрескавшееся металлостекло. Умирающий землянин последний раз хотел взглянуть на звезды.

Вдруг неведомая сила выдернула Строгова из его стеклянной скорлупы и бесцеремонно швырнула в черноту ближайшего стенного пролома. Свалившись на каменный пол, он застонал и инстинктивно попытался отползти в сторону. Но не тут-то было! Какая-то лохматая тварь грохнулась на него сверху и сжала руки в жестком захвате.

– Не рыпайся, лейтенант, – прошипело чудовище на чистейшем французском, – а то тебя видно за километр. Светишься круче, чем Елисейские Поля в рождественскую ночь.

Глава 13

Что это? Предсмертное видение, зов из потустороннего мира или просто слуховая галлюцинация? Этот голос… он не может быть реальным, не может принадлежать человеку, потому… потому, что этот человек уже умер.

– Марк, – простонал Николай.

– Ты можешь заткнуться и лежать смирно? Охотники совсем рядом. Они ищут тебя… – После секундной паузы лейтенант почувствовал крепкое рукопожатие. – Я здесь, Ник.

Строгов не мог поверить в это чудо. Его лучший друг, безвозвратно сгинувший в водовороте этой страшной войны, тот, по кому он тосковал, кого оплакивал все последние дни. Марк жив! Ураган счастья ворвался в душу Николая. Он затмил боль, усталость и изнеможение. Он позволил мозгу расслабиться и, наконец, провалиться в спасительное забытье.

Сознание возвращалось очень медленно. Сначала оно позволило различать звуки, потом запахи и лишь затем, как награда за успехи в этих двух дисциплинах, вернулось зрение. Светлое пятно, которое Строгов видел перед собой, начало проясняться, пока не превратилось в улыбающуюся небритую физиономию.

– Микульский, ты тоже живой?

– Живой, господин лейтенант. Оказалось, что нас не так легко замочить! – Разведчик приложил руку ко лбу Николая. – Черт, вы еще горите.

– У меня перелом ноги, заражение крови и бог знает сколько рентген для завершения букета, – пролепетал Строгов заплетающимся языком.

– Я знаю, доктор Дэя сутки не отходила от вас. Сейчас состояние нормализовалось, и я ее заменил.

Николай вяло улыбнулся. Обвешанный оружием тяжеловес Ян Микульский в роли сестры милосердия! Картина, достойная внимания! Но не только это порадовало лейтенанта. Дэя здесь, а значит, и его люди тоже в безопасности. Но все же для очистки совести Строгов поинтересовался:

– Моя группа в порядке?

– Они живы. Бувиль перехватил их в главном коллекторе, – в голосе рядового не было радости.

– Ну, договаривай. – Николай почувствовал неладное.

– Лучевая болезнь, господин лейтенант. Восемь человек очень плохи. – Было видно, что Ян не хотел сильнее огорчать раненого офицера. Засуетившись, он встал. – Пойду посмотрю, вернулся ли Грабовский. Командир приказал известить его, как только вы очнетесь.

– Погоди… – Строгов приподнялся на локтях. – Что с Жересом? Он жив?

– О, если бы это было так, мы бы избежали этого дерьма. – Разведчик безысходно всплеснул руками. – Но, к несчастью, майор погиб. Защитное поле включилось прямо под носом его транспорта, ни свернуть, ни затормозить. Мы проскочили, а они сгорели прямо за нашими спинами.

Микульский ушел, оставив Николая наедине с его мыслями. В который раз Строгов подивился тому, какой глубокий след в сердцах солдат оставил их командир. Жерес был для них как отец, нет, бери выше, как бог: мудрый, справедливый, непогрешимый. Непогрешимый ли? Лейтенант вспомнил обстоятельства гибели майора. Да, это была страшная ошибка, за которую Жерес сейчас, наверно, расплачивается в аду. Но это там, в другом мире. Здесь же, несмотря ни на что, он единогласно прощен и для своих солдат навсегда останется лучшим и непревзойденным. Попрощавшись с памятью о командире, Строгов вернулся к действительности.

В голове лейтенанта вертелась масса вопросов. Николай огляделся по сторонам. Они под землей, в одном из туннелей канализационной системы. Незабываемый аромат не оставлял в этом сомнений. Сектор очень стар. Стены выполнены из огромных металлоплит. Стеклобетон здесь еще не применялся. Николай посмотрел вверх. Потолок состоял из трех частей, напоминая торт, разрезанный на троих. Такая конструкция не могла быть ничем иным, как заслонкой, разделяющей соседние линии. Нет, это не туннель! Это, скорее, отстойник или станция разделения потоков.

Удовлетворившись изучением подземного сооружения, Строгов перешел к деталям обстановки. Ящики, контейнеры и тюки составляли главную часть интерьера. Одинокая лампа освещала самодельный стол, на котором громоздились информационные носители, пластиковые рулоны планов и карт. В углу монотонно гудел регенератор воздуха. Штаб! Догадку лейтенанта подтвердил видавший виды слит, уныло светившийся своей замызганной панелью контроля.