– Не буду я слушать! – огрызнулась Скай. – Никогда! Я избавлюсь от вас и ей-богу непременно увижу, как вас вешают! Губернатор Спотсвуд так доверяет вам! Как вы могли! У вас было все, чего только можно желать! Но вам все-таки понадобилось стать пиратом. Грабить, воровать, разбойничать…
– Насиловать, – подсказал он.
Скай выкрикнула проклятие и опять попыталась вырваться от него. Слезы текли у нее из глаз, рубашка и рваные нижние юбки задрались, и она чувствовала, как его влажные колени стискивают бедра. Он улыбнулся своей дьявольской, дразнящей, обещающей улыбкой. Сердце ее упало. Она не могла сопротивляться его взглядам, не могла противостоять мускулистой силе его рук и трепету, который неизменно охватывал ее, всякий раз когда он смотрел на нее так…
Серебряное мерцание его глаз было столь же насмешливым, как и улыбка. Он наклонился к ней.
– Пиратская жизнь – о да, миледи! Я очень ее люблю, правда! Брать то, что нужно мужчине, любить, когда есть на то желание, получать что захочешь! Поистине славная жизнь! Меня следует повесить за это и, конечно, за проделку с вами!
– Вы… презренный мерзавец! О-о! Лорд Камерон никогда не раздевался догола, даже когда занимался любовью, – вы боялись, что я узнаю, отыщу какие-нибудь мелкие приметы…
– Да, это было трудно, – небрежно бросил он. – Труднее всего. Я ведь не мог овладеть вами в темноте – при ваших-то страхах, дорогая. Вот почему пират не очень-то трогал вас.
– Нет, он приставал ко мне!
Он пожал плечами:
– Лорду Камерону не хотелось думать, что его жена может упасть в объятия другого.
– Я знать не знала, что я чья-то жена! – возмутилась Скай. – Не сваливайте все на меня!
Рок наклонился еще ниже, глаза его все так же блестели.
– Я могу делать что хочу, миледи. Не забывайте – я пират, – усмехнулся он.
Она решительно тряхнула головой:
– Вы никогда больше не овладеете мной!
– Вы по-прежнему моя жена.
– Я отказываюсь от этого брака!
– Это не так просто.
– Ей-богу, сэр, если вы еще раз тронете меня, это будет изнасилованием!
– Ах, дорогая супруга, вы многое забыли! – пробормотал он. – Ястреб уже брал вас силой – почему бы не сделать это еще разок? А лорд Камерон наверняка рассчитается со своей женой, задаст ей трепку. Но есть еще кое-что поважнее – ваш отец. Вы прежде намеревались продать вашу… э-э, добродетель или то, что от нее осталось, чтобы разыскать его…
– Ох! – Она снова завертелась. Ее юбка окончательно задралась, и она оказалась голой до талии.
– Не надо усложнять, дорогая, – насмешливо заметил он. – Как мне поступить: сначала поколотить вас, а уж потом заняться с вами любовью, простите, я хотел сказать, овладеть вами силой? Или наоборот? Предполагается, что я найду вашего отца в обмен на ваше обещание добровольно и пылко отдаться мне.
– Кто-нибудь непременно проткнет вас насквозь! – объявила Скай.
– Неужели? Скажите, а что же случилось с бурей внутри вас? С теми нежностями, которые вы позволяли Ястребу в темноте? С той правдой о ваших страхах, которую вы в лесу нашептывали лорду Камерону? Как быть, леди, со сладостной сценой соблазнения, которую вы разыграли? Вы сказали пирату, что любите своего мужа. Как быть с этими словами?
Сердце ее тяжело колотилось, готовое выскочить из груди.
– Ложь, сэр. Ложь! – сухо сказала она. – Способ для одного человека избавиться от другого, вот и все.
Он покачал головой. Больше он не смеялся: лицо стало напряженным и серьезным, глаза потемнели как дым.
– Значит, вас не волнует ни один из этих людей, миледи?
– Очень даже волнуют! Я хочу, чтобы их повесили – и одного, и другого!
Его ноги напряглись, рот сурово сжался, и на мгновение Скай всерьез испугалась. А вдруг он сейчас сыграет роль пирата и перережет ей горло? Или исполнит роль оскорбленного мужа и убьет ее на месте? Она ненавидит его, презирает за все, что он с ней сделал!
Но она вместе с тем влюблена в этого человека. Она любит его за нежность, заботу, вспыхивающий серебром взгляд и его удивительную смелость при любых обстоятельствах. Она любит его всей душой, с ним она пребывает в раю, будь то на острове, под пологом леса или на мягком матраце и шелковых простынях. Его повесят, а она не перенесет этого… Она в изнеможении закрыла глаза.
Неожиданно он выпустил ее и поднялся на ноги, а потом не слишком нежно поднял с песка.
– Я полюбил вас, – тихо сказал он ей.
– Любовь! – воскликнула она. – Да что вы знаете о любви!
– Я готов был несколько раз отдать за вас жизнь.
– Вы рискуете своей жизнью всякий раз, когда отправляетесь в плавание! – возразила она. – Рискуете головой, едва ступите на берег Нью-Провиденса!
– А как насчет вашего отца? – коротко спросил он.
– Что вы имеете в виду?
– Вы хотели, чтобы я нашел его.
– Да, и все еще жду, что вы это сделаете.
– При некоторых условиях… Что, если я сумею оправдаться перед вами, миледи?
– Не понимаю, о чем вы говорите.
– Если я смогу объяснить свои действия?
– Вам никогда не удастся объяснить их. И в конце концов вас повесят, я знаю. Как лорда Камерона или еще кого-то.
– Ей-богу, миледи, когда-нибудь вы раскаетесь в своих словах, – рассердился он. – А теперь вернемся к насущным делам. Пирату проще разыскивать вашего отца, посему я остаюсь пиратом. Можете занимать мою каюту, миледи, но наша договоренность остается в силе. Когда ваш отец будет найден и освобожден, вы придете ко мне с улыбкой, распустив волосы по плечам и сбросив одежду.
– Негодяй!
– Мы договорились?
– Я вас ненавижу!
– Можете ненавидеть, любить – как вам угодно. Пока меня не повесят, мадам, вы моя!
Внезапный щелчок взведенного курка заставил их обоих подскочить. Скай тихо ахнула.
Капитан Логан с двумя приспешниками стоял перед ними.
– Позволю себе не согласиться с тобой, Ястреб! – заявил он. – Я намерен взять ее. Леди будет моей.
В тот же миг Рок заслонил Скай собой, внимательно следя за Логаном: пистолет его был нацелен прямо на него.
Шпага и нож Рока валялись в песке. Пистолеты его утонули, порох намок. Он был абсолютно безоружен.
– Отойди от леди, Ястреб!
Стоя за ним, Скай задрожала. Помощи ждать неоткуда! Сила была за Логаном, и он это знал. Он был одет в малиновый бархатный камзол и высокие черные сапоги, шляпу его украшало эффектное перо. Губы его кривила злая усмешка, он скреб подбородок крюком, который заменял ему руку.
Он убьет Ястреба, в отчаянии подумала Скай. С величайшим удовольствием убьет, возможно, распорет его снизу доверху этим самым крюком – в отместку за мастерское владение Ястребом шпагой.
Молодые оруженосцы Логана носили короткие панталоны, из-под которых торчали босые ноги, и грубые холщовые рубахи. Оба улыбались, довольные столкновением.
