Читаем без скачивания Валлия (СИ) - Лебедева Василина

– Я у тебя не спрашиваю: где ты ходишь, с кем общаешься, где и с кем пропадаешь по вечерам, а может и по ночам! Вот и ты не имеешь права у меня что-либо спрашивать!

Он больно схватил меня за плечи, притянул к себе, но я упрямо вскинула голову, воинственно посмотрела в его глаза.

– Ошибаешься, дорогая! Ты моя жена и обязана мне отвечать! – прошипел он, наклонившись ко мне. Я уже поняла, что он давит на меня силой альфы, но это только ещё больше разозлило меня и внутренне сконцентрировавшись, словно отбросила это давление и даже стало легче дышать, а он, отшатнувшись, отпустил мои плечи с широко раскрытыми глазами посмотрел на меня.

– Не смей на меня воздействовать! Я не твоя вещь, не приблудная собака, чтобы со мной так обращаться! И я буду общаться с тем, с кем мне захочется и гулять там, где мне хочется! – я сознательно внутренне распаляла себя. Хотя боялась так, что даже поджилки тряслись, но знала, что стоит мне сейчас отступить – это будет конец! Он потом вообще с моим мнением и желаниями считаться не будет.

Стоя напротив меня, нависая и давя на меня, Максим дышал так, что грудь тяжело вздымалась, ещё немного и сорвёт крышку как у закипевшей скороварки. Прикрыв глаза, тяжело выдохнул, потом посмотрел на меня с таким бешенством, что моё чувство самосохранения едва не шлёпнулось в обморок от неразумности хозяйки, развернулся и вышел, хлопнув дверью.

Оставшись в спальне, тяжело дыша, услышав, как хлопнула вторая дверь, решила, что он ушёл из номера, но проверять не стала. На трясущихся ногах прошла в душевую, закрылась и уже там смогла спокойно выдохнуть, чуть ли не рассмеявшись истерично. Сама не ожидала, что смогу так противостоять ему! Проведя в ду́ше уйму времени, в большей части банально приходя в себя после нервной встряски, тихонько выглянула. В спальне никого не было, дверь была так же закрыта. Облегчённо выдохнув, накинула халат и вышла в гостиную – пусто. Уже спокойнее открыла дверь в кабинет и от неожиданности замерла, потому что в кресле сидел Максим с бокалом в руке, а на столе стояла початая бутылка спиртного. Подняв на меня тяжелый взгляд, хмуро поинтересовался:

– Поболтать пришла или так, мимо пробегала?

Молча прикрыв дверь, ушла в спальню. Забралась в кровать, легла и настороженно прислушивалась, но было тихо, словно его и не было в номере. Повернувшись на бок, вспомнила, что договорилась завтра о встрече с А́ндресом, улыбнулась. Надо выспаться, я завтра наконец-то увижу Токио! Попрошу его показать самые интересные места. Так размышляя о предстоящей встрече и прикидывая, что надеть, я незаметно для себя уснула.

Пробуждение моё было странным: сквозь сон почувствовала, что кровать рядом со мной прогнулась и на меня словно кто-то смотрит. Настороженно открыла глаза и натолкнулась на тяжёлый взгляд сидящего рядом Максима. «Мать моя женщина! Да он же пьян!»

Понимая, что мне ни в коем случае нельзя сейчас делать резких движений и явно показывать испуг, прижала покрывало к груди и начала потихоньку отодвигаться от него. Максим хмуро, не двигаясь, следил за мной до тех пор, пока я не отползла на расстояние вытянутой руки, и только после этого откинув уголок покрывала, ловко схватил меня за щиколотку и притянул обратно.

– Куда же ты, дорогая? – чуть наклонив голову, посмотрел на меня, пыхнув алкогольными парами, – Кстати, в чём ты спишь? – схватив покрывало, откинул в сторону и осмотрел меня, – Хм, мило. Мило, но скучно!

Стараясь не дёрнуться под его взглядом, лежала и напряжённо следила за ним.

– Тут недавно горничная заглядывала, вещи постиранные принесла. И знаешь, среди них я нашёл прелюбопытный комплектик, – Максим, не отводя взгляда от моего лица, поднял вторую руку, на которую я до этого не обратила внимания и сейчас заметила, что он держит за лямки мой бюстгальтер, а из зажатого кулака проглядывает край моих трусиков.

Этот комплект выбрала Марта: тёмно-синее кружево с серебристой отделкой, совершенно ничего не скрывало, только в особо пикантных местах, вышивка была плотнее. Очень красивый комплект и оказался очень удобным, поэтому я его и надела в дорогу, а сегодня днём, как раз кинула в корзину с вещами, которые должны были постирать. Сглотнув, посмотрела на Максима. Он скользнул взглядом по моим ногам, и медленно провёл ладонью от лодыжек вверх к коленям, сжав одно из них, вновь посмотрел мне в глаза:

– Может, примеришь? Должен же я увидеть, на что моя милая жёнушка потратила деньги? – отпустив колено, не отрывая взгляда от моего лица, провёл ладонью выше, до бедра и остановился у края коротких шортиков, – Или ты не планировала мне его демонстрировать? А, Лия? Тогда для кого ты выбирала? Кому хотела его показать? Отвечай! – он сжал моё бедро так, что я закусила губу, чтобы не вскрикнуть.

– Никому, – выдохнула, глядя ему в глаза.

Стоило ему ослабить хватку, как я рванула в сторону, совершенно не думая, куда же побегу. У меня бы получилось, но я запуталась в покрывале, и Максим успел схватить меня за лодыжки и рванул обратно так, что я плюхнулась на живот. Перевернув меня, он мгновенно навис сверху.

– Не смей отталкивать меня! – резко наклонившись, смял мои губы в жёстком поцелуе, яростно толкаясь в рот языком, целовал настойчиво, захватывал, подавлял. Я поняла: ещё несколько мгновений и я начну задыхаться, но он словно почувствовав это, резко отстранился.

Обхватив моё лицо ладонью, всматривался в мои глаза, словно искал ответ на свой не заданный вопрос. Медленно перевёл взгляд на мои губы, которые я разомкнула и после поцелуя дышала прерывисто, но не только я, он сам дышал так, словно пробежал марафон, и мне приходилось сдерживаться, чтобы не скривиться от исходящего от него запаха перегара.

Не отнимая руки, провёл подушечкой большого пальца по ним, сглотнул. Я настороженно следила за его глазами, потому что в них что-то неуловимо изменилось: пропала искра гнева, появилось нечто такое, что я не могла разобрать, даже мимика лица изменилась.

– Лия. Девочка моя, – прошептал и опять наклонился, а я замерла в ожидании повторения, яростного, захватнического, но неожиданно, он мягко коснулся языком моих губ, провёл по ним, словно пробуя на вкус, втянул нижнюю губу в рот, выпустил, чтобы мягко проникнуть внутрь, ласково касаясь языка.

Все его действия были настолько нежные, аккуратные, что я не заметила, как сама стала отвечать, слегка поглаживая его язык своим. Застонав, он оторвался от моих губ и стал осыпать короткими поцелуями моё лицо, обхватив его ладонями, спустился к уху, втянул в рот мочку, пососал. Добившись от меня хриплого выдоха, начал поцелуями осыпать шею, спускаясь ниже.

Перенеся свой вес на одну руку, второй обхватил полушарие груди, мягко сжимая, пальцем постепенно стягивая край майки вниз. Я уже сама потерялась в ощущениях, сама готова была поддаться ему навстречу, даже вцепилась руками в простыню, чтобы неосознанно не схватиться за плечи Максима.

В тот момент, когда он практически освободил от ткани мою грудь, а его губы были в опасной близости от моего соска, я мотнула головой пытаясь прийти в себя, немного, но помогло. Разжав кулаки, попыталась оттолкнуть Максима, потому что не должно это случиться так: он пьян и возможно даже не вспомнит завтра, что случилось ночью.

С затуманенным сознанием он даже не поймёт, что причиняет мне боль, а то, что она будет, в этом я не сомневалась! И даже если я вынесу её, перетерплю и даже слова ему потом не скажу, то как я буду чувствовать себя сама? Как собака, которую хозяин наказал за непослушание, а стоило ему её приласкать, так она, поскуливая, виляя хвостом, потянулась ему навстречу! Эти мысли, молнией пронзившие мой разум, отрезвили, придали сил, и я уже настойчивее упёрлась в его плечи.

– Максим, отпусти, – прошептала, тяжело дыша.

– Нет, – он рыкнул, приподняв голову, посмотрел на меня взглядом, лишённым ясности и потершись пахом о моё тело прикрыв глаза, глухо застонал.

– Лия, – процедил сквозь зубы, вжав меня в матрас. Опять склонился, намереваясь поцеловать, но я не далась: со всей силы упёрлась ладонями в его грудь: