он до сих пор существует? — спросила Ксения. — Стиратель должен был прочитать и развоплотить его за десяток хрононов.
— Это Стиратель? — тихо спросил Матиас. — Георг?
— По большому счёту не важно, они все одно и то же…
Ксения подошла к Стирателю. Осторожно и брезгливо коснулась его лица. Поморщилась и ущипнула. С удивлением произнесла:
— Сейчас он почти беззащитен… Что происходит?
Горчаков падал во тьму.
«Это конец» — подумал он очень спокойно. «Эта тварь меня сотрёт. Развоплотит. Может быть, появится Ксения и его уничтожит. Может быть, прилетят Ракс. Может быть, Ауран шваркнут по Лисс чем-то таким ужасным, что Стиратели никогда не выйдут в реальность. Но мне конец».
Мысль была удивительно спокойная. Смерть походила на погружение в бесконечную тьму червоточины. Горчаков попытался вспомнить, как всё это было — и ощутил себя на броне «Твена», смотрящим в ничто.
Ощущение вновь было удивительно реальным. Он потянулся в глубины памяти — и оказался на выпускном космошколы. Ряд молодых курсантов, юношей и девушек, горящие от возбуждения и восторга лица, уставные короткие и не слишком уставные длинные стрижки, Матиас, гордо стоящий первым в ряду, не сводящая с него взгляд девушка, как же её звали, ну да, Алёна… Сам Горчаков стоял шестым, результат более чем достойный, учитывая пару ляпов на выпускных…
Он вдруг ощутил кого-то рядом. Кого-то, кого не было и не могло там быть. Пристально следящего за ним.
Это было неприятно.
И Валентин перенёсся дальше, в самое детство, они играли в прятки, Валька спрятался в шкафу, место такое простое, что никто даже не подумал там искать. Простые решения самые лучшие, сейчас Горчаков это понимал, а тогда скорее почувствовал. Он ёрзал на коробках, рядом пахли кожей мамины сапоги, что-то мешало усесться поудобнее и следить через щелочку в двери за поисками — Валька пощупал рукой и обнаружил здоровенный пакет с конфетами, которые злой стоматолог ему запретил. Ага, так вот куда родители его припрятали! Валька проковырял пальцем дыру в пакете и потянул конфету за бумажный фантик. Интересно, что попадётся…
«Как ты это делаешь?»
Тот, что был рядом, по-прежнему оставался рядом. Бесплотной тенью, напряжённой и злой. Вальке стало страшно.
От этого не спрятаться…
«Ты хочешь конфету?» — подумал маленький Валя Горчаков.
«Откуда ты берёшь информацию, изначально её не было в твоей памяти. Как ты это делаешь?»
Маленький Валя метнулся вперёд — сквозь пролетающие годы. Бесплотная тень неслась рядом.
«Как ты это делаешь?»
Он снова стоял на броне «Твена» глядя в ничто, которое было всем. Пальцы на руках холодели.
«Я почувствовал это здесь» — ответил командир Горчаков преследовавшему его Стирателю. «Это пустота между мирами, это ничто… и всё одновременно».
«Как?» — жадно спросила тень. «Мне… это… надо…»
«Зачем?» — спросил Горчаков. Спросил со злостью и яростью, потому что он снова был командиром земного корвета, а не ребёнком или наивным курсантом.
«Мне… нам… надо…»
Не было интонаций, но он вдруг ощутил глухую беспросветную тоску.
«Я… мы… покажем…»
И он рухнул сквозь тьму.
То, что преследовало его, теперь увлекало Валентина в глубины собственной памяти.
Теперь Горчаков стал тенью за чужим плечом.
Он стоял на вершине холма. Его тело было нечеловеческим, слишком большим и сильным, рот походил на пасть, между пальцами рук струились электрические разряды.
Перед ним стояли коленопреклоненные существа. Похожие на людей, но изящнее в сложении, с кожей цвета меди и белыми волосами. Обнаженные и напуганные. Точно такие же существа, но в громоздких броневых костюмах, с каким-то оружием в руках, кольцом окружили пленников.
Нет, не пленников, жертв…
«Нет!» — закричал Горчаков.
«Это лишь память» — пронеслось в его голове. И снова без всяких интонаций Горчаков ощутил жадное предвкушение Стирателя. «Одно из немногих, которое удалось восстановить во всей полноте… ощути его… пойми нас… проникнись…»
Одно из существ медленно поползло к ногам Стирателя. Рыдая, но не смея противться.
«Я научу!» — выкрикнул Горчаков. «Иди за мной!»
Он готов был на всё, лишь бы не пережить то, что ему хотели показать.
Медленно и неохотно Стиратель ослабил хватку. Они вновь оказались на броне «Твена», несущегося сквозь изнанку мироздания.
«Смотри моими глазами» — прошептал Горчаков. «Просто смотри!»
Стиратель рухнул в него, ворвался, подмял под себя.
И воспоминания сотен Стирателей закрутились вокруг бесконечным кошмаром из крови, огня и боли.
Горчаков закричал.
— Не знаю, что происходит, — повторила Ксения. — Сейчас я могу разрушить всю симуляцию… но… что-то происходит. Он разговаривает с ним? Или он борется?
Она беспомощно посмотрела на Матиаса и спросила:
— Как он может бороться?
Матиас не знал. Он лишь видел, как сузились в точку, меньшую чем след от булавочного укола, зрачки командира.
— Держись, Валька, — он положил руку ему на плечо. — Держись!
К ним подошла Мэйли, не отрывающая взгляда от Стирателя. Взяла командира за руку. Сказала:
— Не понимаю, что вы делаете, командир Горчаков, но продолжайте.
— Они зло, — сказал Криди, ходя кругами вокруг Стирателя и явно с трудом удерживаясь от того, чтобы не впиться в него клыками. — Не сдавайтесь, чтобы вы там ни придумали…
Он сел у ног Горчакова, упершись ему в ногу мускулистым телом.
Подошла Анге — высокая, стройная, обманчиво хрупкая. Тоже опустила руку на плечо Горчакова.
— Мне будет крайне приятно оказать моральную поддержку! — с воодушевлением сказал Уолр, протискиваясь между Анге и Матиасом. — Это какой-то ритуал, или обмен энергиями, или просто символический жест?
— Символический жест, — отрезал Матиас.
— Очень люблю символические жесты, — удовлетворённо произнёс Уолр. — Лючия, девочка! Символические жесты нельзя совершать наполовину!
Лючия неуверенно подошла к ним, не отрывая взгляда от Стирателя.
— Возьми командира за какую-нибудь часть тела, — дружелюбно предложил крот. — Да хоть бы и за задницу, в конце концов — это виртуальная задница!
Лючия окинула его мрачным взглядом и упёрлась рукой в спину Горчакова, словно не давая тому опрокинуться.
— Я могу атаковать… — прошептала Ксения. — Я же могу сейчас атаковать, они отвлечены! Что мне делать! Ну хоть кто-то скажите, время уходит! Сейчас я слишком Ракс… мне нужен приказ!
Ян открыл рот.
Криди уставился на него.
Ян заколебался.
Адиан молча подошла к командиру и бесцеремонно положила ладонь тому на ягодицу. Кивнула Яну.
Тот помедлил секунду, но тоже подошёл и опустил руку рядом с ладонью Лючии.
— Ксения! — позвал Уолр. — Насколько я понимаю людей, мы оказываем символическую поддержку нашему командиру, которая ритуально наполняет его энергией! Давайте, давайте, присоединяйтесь! Всё меньше мест, куда вы можете прикоснуться, избегая конфуза!
Мир Стирателей был адом.
Когда про это говорила Ксения,
