постоять за себя… Слишком много «никогда».
Он присел рядом с Нино и сестра сразу шепнула ему на ухо:
- Генеральская дочь в княгини метит. И Хатуне нашей она, похоже, нравится. Точно женят тебя!
- Не дождешься, - шепнул ей в ответ Давид. – Скорее ты отправишься в холодную крепость к седовласому джигиту из древнего рода.
- Прекрати! – Нино вскинула на него большие испуганные глаза. – Ты специально пугаешь меня!
- Уверен, что старая Кэто уже занимается поиском мужа для тебя. – Давид шутливо поиграл бровями. – Среди своих ровесников. В этом возрасте мужчины уже полны мудрости, как правило, богаты и опытны… Тебе повезло.
- Ах ты… – возмущенно выдохнула Нино, но ее глаза тут же хитро блеснули. – Ну, ничего, посмотрим, как ты запоешь, когда все наши родственники станут настаивать на твоей женитьбе на незаконнорожденной дочери графа Загорского! Как только он найдет ее, девица станет самой желанной невестой в обществе!
- Ты это о чем? – князь медленно повернулся к сестре. – Какая еще незаконнорожденная?!
- А это ты у бабули спроси! – Нино поднялась и подошла к Софье. – Пойдем в нашу оранжерею. Там расцвел очень необычный цветок!
Давид провел девушек хмурым взглядом, а потом посмотрел на госпожу Хатуну. И что же вы затеяли, старые интриганки?
Глава 59
Домой я вернулась в приподнятом настроении, несмотря на некоторые не особо приятные для меня моменты нашего с госпожой Эристави разговора. Чем быстрее я приму правила этого мира, тем легче мне будет в будущем. А вот такие друзья, как бабушка князя, точно не помешают. К ней можно будет обратиться за помощью. Все-таки мы связаны одной тайной и одним миром.
- Еленочка Федоровна, я уж заждался…
Я повернулась на тоскливый Прошкин голос и увидела мальчишку, который сидел на старой бочке у забора.
- Случилось чего? – я моментально насторожилась. У нас постоянно что-то происходило, поэтому нужно было быть готовой ко всему.
- Нет. Мы ведь к дому Жлобиных собирались, - напомнил мне Прошка. – Чтоб узнать о Минодорке-то… Поди, ее уж замуж отдали и перекрестились, что кормить больше не придется… И жалко мне ее чево-то…
Точно! Как я могла забыть! Нужно пойти к Минодоре и разведать обстановку.
- Стемнеет и пойдем. Не по свету же нам идти, - я поманила его к себе. – Клиенты были?
- Были, - важно ответил мальчишка, подходя ко мне. – Тимофей Яковлевич пару бород поправил, а остальным сказал, чтобы завтра приходили. У Стрижа они красоту наводить хотят, хоть кол им на голове теши!
- Это правильно. Нечего браться за то, чего не умеешь, - похвалила я их за рассудительность. – Беги в парикмахерскую, если кто явится, позовешь.
Сама же я отправилась на кухню заниматься монардой.
Когда на московские улицы опустились вечерние сумерки, мы с Прохором отправились к дому купца Жлобина. Подкравшись к окну Минодоры, я приказала ему стоять на шухере, а сама полезла вверх, к открытым створкам.
Если честно, я ожидала увидеть все что угодно. Начиная от убитой горем подруги до какой-нибудь няньки, приставленной к ней, но точно не такого…
Минодора сидела за туалетным столиком, расчесывала волосы и мечтательно смотрела куда-то в потолок. На ее пухлых щечках играл румянец, грудь высоко вздымалась, и все говорило о том, что девушка приятно взволнована. Неужели Павлуша все-таки к душе пришелся?
- Минодора! – позвала я ее, вцепившись в подоконник. – Это я, Елена!
Затуманившийся от мечтаний взгляд девушки сфокусировался на мне. Она вскочила со стула и бросилась к окну.
- Елена! Как хорошо, что ты пришла!
- У тебя все в порядке? – спросила я, но могла бы и не спрашивать:. у горюющих о своей доле девиц таких счастливых лиц не бывает.
- Ты не представляешь, что произошло! – горячо зашептала она, одной рукой втаскивая меня в комнату. – Господь обратил внимание на мои мольбы! Пожалел рабу свою Минодорушку!
- Ты это о чем? – я потерла плечо, которое чуть не вылетело из сустава. Дури и силушки у Минодоры было хоть отбавляй.
- Помнишь сыщика, которого князь увез? – девушка покраснела.
- Жариков? – уточнила я. – И что?
- Влюблен он в меня. А я словно бы и сама воспылала взаимностью… - она смущенно подняла глаза. – Руки моей просил… Поцелуями соблазнял. Ой, подстрелил лебедь белую!
- Вот так дела… - сказать, что я удивилась, значит, ничего не сказать. – Когда он влюбиться успел?
- Наверное, когда я его кулаком приложила, – Минодора кокетливо взмахнула ресницами. – У меня ведь рука тяжелая… Может, мозги-то ему и повернуло к любви. Тут главное, в какое место попасть. Вот я и попала… В любовное.
Сначала я немного напряглась, ведь этот человек разыскивал меня. Но потом мне в голову пришла мысль, что ведь не зря люди говорят, что: «Держи друзей близко, а врагов еще ближе».
В нашем времени это выражение немного переиначили, и Махмуд иногда повторял его как тост:
«Дэржи друзэй близко, врагов эщё ближе, а жэнщину вообще из-под надзора нэ выпускай!»
- Я рада за тебя, но что скажет твой отец? – мне было тяжело представить, как отреагирует купец на такого претендента на руку его горячо любимой дочери.
- А я положусь на мужское плечо. Пускай докажет, что я по зубам ему, - вдруг заявила Минодора, горделиво поведя белым плечом. – Мужик, он ведь с характером должен быть. Зачем мне кисель, ежели я сама волю имею?
И возразить же нечего!
- А как же украшения твои? – напомнила я подруге, на что она ответила:
- Пускай шкатулка пока у тебя побудет. Мало ли, куда жизнь повернет.
Да уж, жизнь была действительно штукой непредсказуемой, что она мне и доказала в который раз. Прямо на следующий день.
Машутка проснулась с кашлем и температурой. Она была вялой, ее щечки горели и, оставив ее на Прасковью, мы с Акулиной пошли на рынок за редькой. С медом она прекрасно помогает при кашле. Еще я собиралась зайти в аптеку, чтобы Никита Мартынович дал мне какое-нибудь средство от жара.
Пока Акулина выбирала редьку на овощных рядах, я подошла к лавке молочника. Горячее молоко с кусочком масла тоже могло помочь при кашле.
- Это Стриж! Она! Слышали, какие разговоры о ней
