маячки с некоторыми дополнительными функциями, но их ни за что не заметишь, если не знаешь, куда смотреть. Но если знать и посмотреть прямо, их видно.
Одна присоска дернулась… будто ловя звуки нашего дыхания.
Марнет зло сузила глаза.
А у меня в голове вспыхнула догадка. Скорее даже понимание. И кое-какой план действий сформировался.
Краткий миг сомнений… Пора начинать доверять себе. В крайнем случае, Крис меня потом убьет.
Но сейчас…
Я прижала к губам Марнет ладонь, а сама громко проговорила:
– Пошли. Ее здесь нет. Видимо, вышла куда-то и забыла запереть дверь.
Марнет промычала что-то… будем считать, согласное. И не особенно сопротивлялась, когда я выдворила нас в коридор.
Измененное зрение оставила. Мало ли, вдруг здесь тоже подслушивают?
Но «присосок» вроде не было видно.
– Уверена, что это создатель листовок? – сразу принялась выяснять главное я.
– Чары в комнате реагируют на звуки, – пояснила Марнет, ну да, я тоже это заметила. – Только на звуки.
– Зачем кому-то подслушивать твою соседку? – А вот это было просто любопытно.
– У нее любовь с преподавателем. Только не говори никому.
Ну, судя по «ушкам», это уже не совсем тайна. Впрочем, есть шанс сначала отвлечь эту пакость, а потом разоблачить ее.
– След силы приведет нас к тому, кто сотворил чары… – осторожно заметила я.
– А я о чем? – встрепенулась Марнет. – Почему ты помешала мне…
– Потому что сначала я хочу использовать чары, листовки и того, кто их создает. У меня есть план, но нужна твоя помощь.
Марнет настороженно прищурилась.
– А в этом плане есть момент, где я заставляю эту гадину сожрать ее художества?
Нет, ей точно надо больше времени проводить в школе госпожи Эстрейм. Ну кто так выражается?
Однако пока там появляется в основном один Итван. Надо бы этим заняться.
– В нем есть публичное разоблачение. Пойдет?
– Какая ты все-таки скучная, – простонала моя если не подруга, то хорошая приятельница.
– Так ты в деле? – вцепилась в нее я.
– Ага. Думаю, мы заслужили небольшое развлечение после зачета.
* * *
Чем больше людей узнает историю о том, как Риграф Гридон хитростью втянул маму и дедушку в клятвы, тем в большей безопасности они будут.
Я не успевала обсудить придуманный ход с Крисом.
Что ж, видимо, пришло время принимать решения самостоятельно.
Марнет не подвела и организовала посиделки в комнате соседки. Я привела туда Тарию. И за чаем с пирожными рассказала им свою историю. Конечно, на самом деле она больше предназначалась для подслушивающего, кем бы он ни был.
Сработало!
Следующим утром студенты не столько думали о зачете, который должен был начаться уже вот-вот, сколько обсуждали написанное в листовках. Мой рассказ, конечно, приукрасили. Например, там говорилось, что никто не верит в злые намерения Бернара Шадроя, а Риграф Гридон прямым текстом назывался убийцей.
Ну и плевать.
Я устала поступать всегда правильно.
Крис, который (так уж получилось) тоже узнал о моей авантюре из этих листовок, не ругал, не осуждал, лишь кивнул в ответ на мое объяснение и попросил показать ему подслушивающие чары.
Он же проследил их и вроде бы кого-то нашел. Но нам мстительно не сказал, кого именно, пообещав потом показательное разоблачение. Сначала предстояло все еще раз перепроверить.
Разочарованные и сгорающие от нетерпения, мы отправились на зачет.
В практической части Марнет предсказуемо оказалась лучшей, но и я осталась довольна собой.
Правда, еще кое-что пошло не по плану: в момент появления листовок у ректора как раз находился дознаватель. Тот самый, которому, как считал Криштан, можно доверять. Студенческие «сплетни» его заинтересовали, он прочел выпуск и вгрызся в старую историю. Эльрим покидал с твердым намерением разобраться в ней. Хорошо, что я к тому времени зачет сдала, иначе завалила бы его от нервов.
И Криштан куда-то подевался!
Я его не нашла.
Небо, что я наделала?!
Примерно с таким настроением вернулась в комнату… чтобы обнаружить там Эльку.
– Ты здесь откуда?!
Опять.
Не то чтобы я не рада, хотя… не рада. Не до нее сейчас.
– У меня сохранился ключ. – Она продемонстрировала мне камень. – Как зачет?
– Сдала.
– Поздравляю. Ты всегда была умной.
Застыла короткая пауза, во время которой мы растерянно рассматривали друг друга. Вроде бы прежняя Элька вернулась, но я понятия не имела, что ей теперь сказать.
Она же скользнула взглядом по импровизированной гостиной и, конечно, заметила то, чего раньше здесь не было. Ящик с землей, на бортик которого как раз выбрался скрытник. Когда не демонстрировал прекрасные цветы, он выглядел поистине пугающе. Буро-зеленое кожистое растение с многочисленными «лапками». Если не знать, что такая форма и защита в виде смыкающихся зеленых листьев позволяют ему спокойно жить под землей, лишь иногда выбираясь на поверхность.
– Это вообще законно? – Элька опасливо отодвинулась подальше от дома нового друга Тарии.
– Если сдашь его, ночью он прокрадется в твою комнату и сожрет тебя, – пригрозила я. – И никто не станет его останавливать.
Вряд ли ей известно, что скрытник – создание не хищное. Этого на всем курсе, кроме Тарии, никто не знал.
– Не сдам, – потрясла головой Элька.
– Что ты здесь делаешь?
В глаза бросилось, что сейчас она выглядела уже не такой бледной, какой была, когда я только нашла ее здесь.
– Хотела спросить… Правда, что твои родители или, может, бабушка с дедушкой были хранителями и где-то у нас дома есть источник?
Какой интересный вопрос… Главное, своевременный.
– Я не была с ними знакома, как ты помнишь, – соврала я, и внутри ничего не дрогнуло.
– Да, прости. – Элька обхватила себя руками за плечи. – Просто дома происходит что-то странное. Я боюсь. – И торопливо поправилась: – Может, конечно, я накрутила себя и ничего там нет, но…
– Что именно случилось?
Я уселась на сложенные в форме дивана подушки и поманила ее за собой.
Как бы я к ней ни относилась, несмотря на все ошибки, это была все та же Элька. И она до сих пор имела для меня какое-то значение. Так всегда будет.
– Мой жених. Помнишь, я рассказывала, что родители уже нашли мне нового? – Она впилась в меня взглядом, требуя полного внимания. – Так вот. Кажется, я вовсе не нужна ему. Да не закатывай глаза, Ви! Сейчас речь не о моем уязвленном самолюбии!
– А о чем? – Едкие нотки удалось скрыть с трудом.
Старая знакомая Элька проявила просто чудеса терпения, пустившись в объяснения:
– Анхельм Шульберг… его так зовут. – Она-то считала, что мы не знакомы. – Так вот, он странный. Когда нас представили, он вел себя не очень приятно, но предсказуемо. Сказал, что может
