Она стояла у рояля в облике Шери и удивлённо, чуть настороженно смотрела на меня.
Первым чувством было ошеломительное, сбивающее с ног облегчение.
Я не сошёл с ума. И не придумал себе ничего.
И она не умерла во Впадине. Она здесь, сейчас.
Хотелось обнять её. Растечься у её ног розовым киселём. Сделать всё на этом свете, чтобы она взглянула на меня с одобрением.
Это то, что парность делает с драконами.
Мерзко.
Я обуздал эти порывы, шагнул к ней и сказал так холодно и спокойно, как только мог:
— Ну здравствуй, Алиссия.
46
Алиссия Майлифф
*
Я стояла и гипнотизировала злым взглядом дверь.
Точнее, табличку на двери.
К сожалению, надпись “Кафедра менталистики, факультет примитивной магии. Профессор Марджана Лофф” исчезать никуда не собиралась.
И да, по всему выходило, что в эту дверь я действительно собираюсь постучаться.
Как я дошла до такого? Вопрос интересный. Сама бы не поверила, если бы мне кто сказал. Но жизнь порой вносит свои коррективы, глядя на наши наивные “никогда” с полной насмешки улыбкой.
Именно так произошло и в данном случае.
На самом деле, беды, как говорится, ничто не предвещало. Последние пару месяцев я по большей части провела, свернувшись в тугой пернатый клубок, сонливый и немного капризный. Думаю, это норма для ожидающих пополнения в семействе фомор… или это только я такая. Но, в любом случае, я валялась у себя на чердаке и изображала ленивую гадюку. И обличье человеческое натягивала только для того, чтобы спеть на площади пару песен и добрать недостающей энергии.
Ради своего ребёнка я позволила себе быть беспечной и праздной. Но знала, что там, вне моей комнаты, вовсю кипит жизнь.
Косатка добилась для нашего Мория Бакарийского аудиенции с премьер-министром, по итогам которой он смог официально стать нашим инвестором. Бэн запатентовал свой прототип усложнённой музыкальной шкатулки, которая может передавать музыку на расстоянии и пополнять коллекцию мелодий. Дядино дело резко пошло в гору, и он вызвал Вилни, чтобы тот помогал ему…
Ну, а тётя Ленна связала чехольчик. Для моего змеёныша. Чтобы у него не мёрз хвост, пока он не научится превращаться в человека.
Конечно, это несколько меркнет на фоне великих свершений остальных домочадцев. Особенно учитывая тот факт, что селенити вообще-то не мёрзнут. Но, если честно, я почему-то разревелась при виде этого чехольчика: так это было мило.
Как видите, дела мои в смысле контроля над эмоциями были вот прямо очень не очень.
Впрочем, всё изменилось одним сонным утром, когда я почувствовала, что пришло время моему малышу развиваться дальше в энергетическом коконе. На удивление, всё прошло легко и безболезненно: уже через полчаса я лежала, свернувшись вокруг сияющего яйца, внутри которого смутно угадывались контуры будущего селенити.
Семья восприняла новость хорошо. Честно говоря, я опасалась другой реакции: всё же, для нормальных людей некоторые особенности анатомии селенити должны быть весьма… неоднозначными. Но, как оказалось, они вполне готовы к подобному повороту событий.
Я же поняла, что сонливость немного отпускает, эмоции мои приходят в относительную норму, а человеческий облик больше не доставляет особенных неудобств. Так что с большим энтузиазмом восприняла предложение тёти Ленны отметить “первое рождение” малыша в семейном кругу.
И только вечером, когда все собрались за столом, я поняла по витающей над столом атмосфере, что мне предстоит серьёзный разговор.
На удивление, начала его тётя Ленна.
— Милая, — сказала она. — Я не хотела тебя волновать раньше — слишком уж уязвимой ты была. Но сейчас хочу рассказать чудесную новость: леди Элизавет отлучена от столицы.
— Что?! — поразилась я. — Но как?! Она ведь обладает такой властью…
— Власть всегда временна, милая, — мягко сказала тётя Ленна. — Любая, по правде, но особенно — власть любовницы. Да и гадкая подлость по-гадкому возвращается, рано или поздно. Это закон жизни и её правда. Уж не знаю, на чём именно премьер подловил свою красавицу. Но ходят слухи, что был он в ярости и кричал так, что стены дрожали. Понятное дело, что за закрытую дверь это не выносили: она — мать его ребёнка, как ни крути. Но ты понимаешь и сама, я думаю: слуги знают всё. И слышат всё… Так или иначе, но после того разговора Элизавет была отправлена в одно из островных поместий, лишена большей части содержания и права перемещаться по стране. Её делом нынче заведует управляющий, но и он не имеет права видеться с опальной хозяйкой чаще раза в месяц. Вот такой вот итог. И да, многие ставленники Элизавет были уволены, а сиреневое поместье нынче выставлено на продажу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я медленно покачала головой.
— Даже не знаю, что сказать…
— В первую очередь это знак, что сменилась эпоха, — добавила тётя. — И власти этой вульгарной особы в столице пришёл конец. А значит, ты больше можешь не оглядываться постоянно за спину, Лисси. И жить спокойней.
— Опять же, времена меняются, — подал голос дядя Джума. — Наш господин Морий знает своё дело. И очень похоже на то, что эта его идея с фоморьим государством и фоморьим посольством сработает. Тогда за спиной каждого из вас будет стоять совсем другая, могущественная сила... Я считаю, что нынче фомору можно будет жить открыто. Получать образование, занимать должности и так далее. Скоро все это поймут, так что тебе нужно успеть запрыгнуть на этот поезд.
Я так расстроилась, что даже вилку отложила.
— Дядя, ну неужели ты не понимаешь! Я не могу просто пойти и учиться, не могу стать полноценной частью общества, не могу заявить всем, что я — селенити!
— Почему? — пожал плечами он. — Недавно ректор ВАВЛа усыновил селенити, так что прецедент есть. По крайней мере, я поговорил с госпожой Лираной, и она заверила, что всё это вполне реально.
Я устало покачала головой:
— Ты что, не понимаешь? Не мне, с моей биографией, выходить под яркий свет. Секреты Гильдии…
— Я тебе и не предлагаю их выдавать, — отрезал дядя. — Но это всё ведь можно повернуть и иначе! Что нам мешало, например, в своё время найти и усыновить фомора-полукровку, как это сделал ректор? А откуда ты взялась… Ну мало ли, какая молодка призвала из Бездны селенити себе на беду? Совершенно не обязательно связывать это всё с Гильдией. Опять же, я уверен, что у тебя не потребуют превращаться слишком часто. Неужто ты не сможешь скрыть подлинный цвет своих перьев?
— Дядя, даже если так, то риск слишком велик!
— Раньше я так и сказал бы, — вздохнул Джума. — Но теперь, когда на нашей стороне Морий… сейчас или никогда, Лисси. И тебе следует знать: я уже поспрашивал людей, которые знают людей… в общем, я договорился о факультативных занятиях для тебя. У Марджаны Лофф.
— Что?!
Если честно, то в голосе моём зазвучали змеиные присвисты.
— Не спеши злиться, — сказал дядя строго. — Это для твоей пользы.
— Для моей пользы?! — взвилась я. — Я не вижу в этом ничего полезного!
— Если успокоишься и подумаешь, то увидишь, — вдруг подал голос Вилни, до того молчавший. — Серьёзно, Лис. Прекрати злиться и подумай.
— О чём тут думать? — окрысилась я. — И чему, по-вашему, меня должна научить Марджана Лофф? Она в ваших глазах настолько лучше меня? Так я сомневаюсь, что она вообще умеет петь!
— Лис, ну ты же не истеричка, — поморщился Вилни. — Так откуда это всё?
Я прикусила губу и пристыженно опустила глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Откуда, откуда… Может, если бы мне всегда не ставили эту Марджану в пример… может, если бы она не оказалась фоморой — истинной парой дракона…
Завидую ли я? Да, разумеется. И признаю это. Но учиться у Марджаны Лофф…
— Никто не говорит, что она лучше тебя, милая, — заметила тётя Ленна мягко.
