Элизу уже было не остановить.
– Вы пытаетесь наказать меня за то, что я отвергла ваше сватовство. Я понимаю. Но, наказывая меня, приговаривая меня таким образом, обретете ли вы удовлетворение, которого ищете?
– Дело… дело не в наказании! – взорвался он. – Да, я имею полное право разгневаться, но дело совершенно не в этом. Вы толкуете мои побуждения превратно! Какая наглость с вашей стороны – выдвигать подобные обвинения!
– Однажды вы осудили меня за недостаток силы духа. Теперь, похоже, вас не устраивает, что у меня ее в избытке, – продолжила Элиза. – Похоже, что бы я ни делала, ублажить вас мне не удастся.
Он скрипнул зубами:
– Наследство было оставлено вам моей семьей на условиях, которые вы бесстыдно попрали – до такой степени, что меня удивляет, как вы набрались дерзости явиться сюда!
– И каким образом я их попрала?
– Всеми доступными вам способами, Элиза. Вы флиртовали с каждым неженатым джентльменом в Лондоне. На втором периоде траура посещали самые непристойные лондонские притоны. Танцевали с Мелвиллом, когда еще носили черные одежды.
Последнее обвинение застало Элизу врасплох.
– Кто вам об этом рассказал? – потребовала она ответа.
– Смотрю, вы не отрицаете, – с горечью откликнулся Сомерсет. – Кое-кто вас видел, Элиза, впрочем в тот момент вас это ни черта не волновало. Ведь я вас предупреждал! Невозможно всюду разгуливать не разлей вода с каким-то мужчиной и ждать при этом, что люди не распустят языки. Ваша репутация темнела день ото дня, но вы были слишком заняты, чтобы это заметить, вы сохли по Мелвиллу!
– А я вас предупреждала, – сказала Элиза, – что не стану молчать, если вы попытаетесь отобрать у меня состояние. Думаете, люди не распустят языки, когда услышат, какую аферу замыслили Селуины, милорд?
Сомерсет внезапно присмирел, взглянул на собеседницу.
– Кто вам поверит? – тихо сказал он. – Элиза, вы сами выставили на всеобщее обозрение доказательство вашей интрижки с Мелвиллом. Оно висит в Сомерсет-хаусе. Да, авторство анонимно, но тайна сохранится недолго, попомните мои слова. Мельница слухов уже завертелась, и, как только правда выйдет наружу, любое ваше обвинение в адрес леди Селуин свет воспримет всего лишь как злобную выходку.
– Почему вы так жестоки? – прошептала Элиза, не отводя от него глаз.
– Вопреки тому, что вы обо мне думаете, Элиза, я сделал это не в наказание за отказ, – тяжело произнес Сомерсет. – Ваше поведение уже возымело очень серьезные последствия для моей семьи. Для меня.
– Какие последствия?
Сомерсет помолчал. Судя по выражению его глаз, он старался подобрать правильные слова, словно понимал, что причинит Элизе боль, и даже сейчас хотел бы этого избежать. Она догадалась, что именно он скажет, еще до того, как он открыл рот.
– Миледи, я сделал предложение руки и сердца. Но родители моей избранницы не хотят его принимать, поскольку вы унизили имя Сомерсетов. Они беспокоятся, куда вы можете завести нашу семью. И у них есть на то все основания.
– Вы собрались жениться? – спросила Элиза, на мгновение забыв дышать. – Прошло всего три недели!
– Я должен на ком-то жениться, Элиза, – сказал Сомерсет, беспомощно разводя руками. – И если не на вас, то… Она добрая и милая, я к ней весьма расположен. Но ее родители не согласятся, пока я не разберусь с вашим поведением.
– Кто она?
Он снова помешкал. Элиза нахмурилась.
– Я все равно рано или поздно узнаю, – сказала она. – Неужели вы надеетесь сохранить это в тайне?
– Милорд?
Элиза обернулась на звук негромкого, робкого голоса.
И внезапно с ужасом поняла, кто вкушает сейчас завтрак в доме Сомерсета.
– Мисс Винкворт! – вздрогнул Сомерсет.
– Я невольно вас услышала, – тихо произнесла мисс Винкворт.
Она заглядывала в библиотеку, держась одной рукой за створку двери.
– Шла через прихожую, а вы так громко разговаривали. Доброе утро, леди Сомерсет. Мне очень нравится ваше платье.
– Спасибо, – машинально откликнулась Элиза.
Никогда раньше она не слышала, чтобы эта девица произносила столько слов подряд.
– Бегите быстренько обратно в столовую. Я скоро вернусь, – велел ей Сомерсет, словно обращаясь к маленькому ребенку.
Мисс Винкворт замешкалась, переводя взгляд с графини на графа и обратно.
– Возвращайтесь поскорее, – шепнула она. – Матушка вот-вот примется бранить мою осанку, я в этом уверена.
Она улыбнулась, показав ямочки, и послушно ретировалась. Сомерсет растаял.
Элиза воззрилась на него, открыв рот.
– Вы женитесь на мисс Винкворт? – спросила она, слишком ошеломленная, чтобы огорчиться. – Как это возможно?
– Это стало возможно благодаря вам. Мы все познакомились с Винквортами на вашем званом ужине… – объяснил Сомерсет, похоже мучительно понимая, насколько неловко звучит такое начало. – Потом моя сестра пригласила их на бал Энни, там мы немного поговорили, на той же неделе в «Олмаксе» я пригласил ее на танец, и поскольку вы… поскольку мы… Мы с ней узнали друг друга поближе.
Итак, самые что ни на есть традиционные ухаживания. Как он когда-то ухаживал за Элизой. Вот только…
– Оливер, она так юна, – выдохнула Элиза.
Сомерсет покраснел.
– Она мудра не по годам, – парировал он. – Знает, чего хочет, и… Я уже ее очень высоко ценю… а любовь придет со временем.
Похоже, пристрастие к юным и робким барышням – фамильная черта. Сходство Сомерсета с покойным дядей представилось Элизе очевидным сейчас, когда он стоял в собственном доме, парадно одетый к званому завтраку.
Но разум Элизы, ненадолго притихший, снова взбодрился.
– И миссис Винкворт заявила, что они не могут принять предложение, пока вы не разберетесь со мной? – задумчиво произнесла она. – Неудивительно, ведь она меня ненавидит.
– Нет, они беспокоятся за дочь, – возразил граф.
– Позвольте мне вас заверить, что это не так, – откликнулась Элиза с горьким смешком. – Вы самая заманчивая добыча в Англии. Миссис Винкворт ни в коем случае не отвергнет ваше сватовство! Она дергает вас за ниточки, чтобы вашими руками отомстить мне за то, что я отказалась написать рекомендательные письма.
– Отомстить? – фыркнул Сомерсет. – Вы говорите о ней как о какой-то злодейке из дешевой пьесы!
– Ей хватило злодейства, – парировала Элиза, – по меньшей мере на то, чтобы замыслить союз между Уинни и лордом Арденом.
– Арденом? – разинул рот Сомерсет. – Я уверен, она не рассчитывала…
– Еще как рассчитывала, – перебила Элиза. – Она целенаправленно попросила меня о рекомендации, учитывая, что Арден в родстве с вашим семейством. А когда я предположила, что такой союз был бы несправедлив по отношению к ее дочери, она впала в превеликое негодование.
– Но Арден… Уверен, даже миссис Винкворт не… – сказал Сомерсет, но имя этой дамы он произнес таким тоном, что его мнение о ней стало очевидным.
– Она вполне на это способна, – отрезала Элиза. – Станете отрицать, что она весьма ретиво охотится
