Читаем без скачивания Кровавый круг - Михаил Март

— Тихо, мальчик, не суетись.

В ту же секунду в купе, где ехал Умар, раздался слабый зуммер и вспыхнула красная лампочка точно на таком же пульте. Умар сбросил ноги на пол. Он давно уже не спал раздетым и в любую секунду был готов к работе.

Тем временем Вика взяла верх над ситуацией и окончательно обуздала строптивого корреспондента.

— Ты забыл о бомбе в самолете, желторотик? Так вот, мы без подстраховки даже на трамваях не катаемся. Мой палец лежит на второй кнопке. Если я ее нажму, то три средних вагона взлетят в воздух. А значит, и остальные. Нас лучше не беспокоить по пустякам. Но тебя я пожалею. Такой путь проделал, и все впустую.

— Ты не меня пожалеешь. Сотня заложников с рейса 14-69 сидят в клетке под пристальным взглядом фанатика из ФСБ, который утверждает, что никакого угона не существовало в природе. Ты человек или зверь? Ты способна на благородство? Всевышний тебя уберег от кровопролития. Бомба не взорвалась в самолете благодаря семнадцатилетней девчушке. Так доведи дело до конца. Верни людей к нормальной жизни. Ты же и есть главный зачинщик. Не бери второй раз тот же грех на душу.

Вика прищурила глаза, долго о чем-то думала, потом кивнула.

— Ладно, парень. Заключим джентльменское соглашение. Я даю тебе интервью-признание, но с условием, что ты сходишь с поезда на первом же полустанке вместе со своей оравой и никто никогда не узнает, в каком поезде мы с тобой разговаривали.

Горохов с готовностью вытащил из сумки видеокамеру. И начал устанавливать ее на штатив.

— Согласен. Вы прелесть, мадам! Что касается возмездия, то тут у нас господин Трифонов — большой спец. Далее будешь воевать с ним. Я отойду в сторону, но мне нужна правда.

Красный огонек камеры включился, пленка пошла. Вика держалась спокойно, с достоинством.

— Никто так и не догадался, что мы не террористы, а жертвы. — Ее голос звучал ровно, а речь была убедительной. — Главный виновник событий, известный в Питере предприниматель, монополист ювелирной торговли, улыбчивый меценат Мирон Егорович Шатырин. Он буквально задавил моего мужа. Григорий Чайка мешал ему на рынке лишь тем, что был честен с партнерами, пользовался авторитетом и не признавал дешевых подделок. Сожалею, но Шатырин победил. Вмешались криминальные авторитеты. Мало того что он присвоил себе незаконным образом все наши ювелирные изделия, которыми торгует из-под полы на всей территории России, но он и составил коварный план угона самолета, дав нам шанс исчезнуть из страны раз и навсегда. Но кто тогда мог подумать, что этот безжалостный подлец подложит бомбу в самолет, чтобы истребить сотню людей из-за нескольких опасных свидетелей?! — На глазах Вики появились слезы.

Горохов слушал ее с открытым ртом. Он видел отчаяние несчастного, обманутого человека, полного раскаяния и сожалений. Но он понимал, что перед ним сидит гениальная актриса, по которой должны рыдать все первоклассные театры страны.

Запись длилась более получаса. Ошарашенный репортер покидал купе с поклонами и благодарностями, на что Вика сказала:

— Исчезни раз и навсегда. И не забудь погасить свет, я спать хочу.

Он все сделал, как она просила. Полный впечатлений, Дима возвращался в свое купе, ничего не видя перед собой.

Когда он вышел в полутемный тамбур четвертого вагона, стоявшая возле дверей тень спросила:

— Извини, приятель, огоньку не найдется?

— Конечно.

Горохов достал спички и подошел к темному силуэту в углу тамбура.

— Спасибо. Век не забуду.

Вдруг в лицо ему хлынул холодный промозглый воздух ночи. Ветер сорвал с его головы кепку. Он обеими руками вцепился в сумку с камерой — единственное свое достояние. Стук колес усилился. Сильные руки подхватили его, и он вылетел в дверной проем навстречу косому ливню. Полет фантазии сменился тяжелым падением на шпалы.

Умар закрыл дверь на ключ, выбросил сигарету и вернулся в свое купе.

Первая ночь в поезде прошла очень беспокойно. Сергей проснулся в три часа и не обнаружил в купе своего напарника. Поиски ни к чему не привели, и он вынужден был разбудить Олега Виноградова. Искать продолжали вместе. Опыт оперативника сказался на результатах. В одном из тамбуров Олег обнаружил клок ткани, прицепившийся к острому углу входной двери. Бороздин опознал лоскут от куртки Горохова. В противоположном углу нашли кепку, сорванную ветром с головы Дмитрия.

Они тут же направились к начальнику поезда и соединились по рации с ближайшей станцией. Несколько железнодорожников организовали группу и отправились на поиски.

К утру парня нашли. К счастью, он остался жив. Перелом правой руки в двух местах, выбитое плечо, сотрясение мозга, повреждение коленной чашечки. Еще он сильно простыл. Его растерли спиртом, дали сто граммов выпить, упаковали в гипс и хотели отправить в больницу. Ничего не получилось. Горохов требовал связи с Петербургом и добился своего.

Главный редактор «Колокола» был разбужен в шесть утра и очень долго ничего не мог понять, пока не сообразил, кто с ним разговаривает. Когда до него дошло, он открыл рот и не закрывал его в течение пятнадцати минут. Главный требовал срочного возвращения Горохова в Питер. События нарастали как снежный ком. Через два дня назначена пресс-конференция с участием зарубежных средств массовой информации. Все материалы, собранные невероятными усилиями команды Горохова, будут обнародованы. На пресс-конференции выступит Екатерина Китаева, ждут приезда из Североморска адмирала Кротова Андрея Яковлевича, а также намечено выступление командира экипажа рейса 14-69 Туманова, который на данный момент находится в пригороде Питера и раньше времени выходить на публику не желает.

Газета по-прежнему испытывает давление со стороны спецслужб. Приехал генерал ФСБ из Москвы, пытается замять дело. Именно по этой причине не установлены день и место проведения пресс-конференции. И еще. Прокуратура закрыла дела, заведенные на Горохова, и его персону сняли с федерального розыска.

Дмитрий сказал, что он срочно вылетает в Питер. Телеграмму даст прямо с самолета. Его должны встречать по меньшей мере десятка три репортеров с фото- и кинокамерами. Иначе его перехватят чекисты. Он везет ценный материал: интервью летчика, посадившего самолет в ущелье, и еще одной дамочки, которая откроет глаза всем нам неожиданным заявлением. Камера, к сожалению, разбилась, но кассета цела.

После разговора с Санкт-Петербургом Горохов попросил железнодорожников соединиться с поездом и сообщить, что с ним все в порядке, но дальнейшее путешествие на восток с его участием невозможно.

Олег принял сообщение от начальника поезда. По обоюдному решению Сергей и Олег решили объединиться и действовать в одной упряжке. Два старых сослуживца сумели найти общий язык.

По прибытии поезда в Красноярск его уже ждали. Следственная бригада полковника Трифонова наблюдала за составом со стороны. Теперь у них появился новый сотрудник, капитан Телечкин из Главного управления Красноярского РУБОП, который был проинструктирован по полной программе и в качестве пассажира сел на дальневосточный экспресс. Трифонову выделили специальную машину, оборудованную радиосвязью, и он мог в любой момент передавать и получать сообщения с экспресса. Лишняя головная боль для начальника поезда, но мера необходимая. Машина Трифонова двигалась параллельно по шоссе к востоку с некоторым опережением.

Однако никто не обратил внимания на пожилую женщину, ходившую вдоль перрона, предлагающую пассажирам отварную картошку с луком и солеными огурцами. Проводники третьего и пятнадцатого вагонов получили от неприметной старушки по конверту и чаевые. Один предназначался пассажиру из четвертого купе, второй для пассажира из шестого купе.

Когда поезд покинул Красноярск и набрал необходимую скорость, Вика получила новое письмо из рук проводника.

Она вскрыла его и прочитала: «Приношу вам свои соболезнования в связи с безвременной кончиной вашего горячо любимого мужа. Без него вам будет сложнее отыскать клад. Но что делать. Ваша доля увеличивается, а соответственно возрастают трудности.

Теперь о деле. Вы доезжаете до конечной станции. Во Владивостоке отправитесь на Морской вокзал. В левом крыле здания есть автоматическая камера хранения. Ячейка номер 1477, код 2222. Там получите последние инструкции, если, конечно, доберетесь до края света живой.

А дальше все будет зависеть от ваших незаурядных способностей, изворотливости ума и, разумеется, удачи».

Из письма Вика поняла только то, что они едут во Владивосток. Теперь настало время заняться Умаром. Этот человек, по ассоциациям великой авантюристки, представлял из себя перечницу. Если пользоваться ею с осторожностью, можно получить хороший вкус. Но если переперчить, то пища в рот не полезет. Язык и горло обжечь можно.

Эдуард Чайка предпочитал вообще не выходить из купе. Когда проводник принес письмо, ему показалось, что его раздели догола. Как ни скрывайся, как ни прячься, но тебя видят, о тебе знают и используют.