— Прежде я их убью, — сказал Куан.
Вики ахнула:
— Но он же не причинит нам зла, мисс Бронте?
— Он не может! — объявил Берти.
Однако Куан был обречен умереть за свои преступления, сдастся он или нет. Ему было нечего терять. К тому же гордость не позволит ему капитулировать, и он утопит нас вместе с собой, лишь бы поквитаться со своими врагами.
Корабль, на котором стоял мистер Слейд, двинулся к нашему. Внезапно громовой грохот сотряс мое существо, оглушил мои уши, и я ощутила едко-кислый запах пороха. Вики и Берти закричали, припали ко мне. Пол под нами ходил ходуном при каждом выстреле. Куан дал залп из своих пушек. Дым клубился перед кораблем мистера Слейда, где на палубе суетились солдаты. Я слышала их крики, залпы заполняли ночь. Я потеряла из виду мистера Слейда, затерявшегося в этом хаосе. На втором военном корабле люди выбирались из-под упавшей мачты. Искры вылетали из ружей, пули ударяли в наше судно, и я оттащила детей от окошка как могла дальше. В на миг наступившей тишине я услышала, как Куан крикнул:
— Приведите заложников на палубу!
Если для меня была минута действовать, она настала сейчас. Я больше не могла ожидать конца сражения в тщетной надежде, что Провидение обережет нас. Нашим спасителям самим угрожала гибель. Да и Куан успеет убить нас прежде, чем они поднимутся на судно. Полная решимости избегнуть его рук, я схватила планку, которую спрятала под матрасом. Просунув ее между дверью и рамой, я надавила. Вновь загремели ружейные и пушечные выстрелы. Кто-то торопливо сбегал к нам по лестнице.
— Они идут! Скорее! — кричал Берти.
— Мисс Бронте, — молила Вики.
Но как я ни напрягала силы, дверь не поддавалась. Кто-то отпирал замок. Я отскочила, все еще сжимая планку, пряча детей позади себя. Дверь распахнулась, и в каюту вбежал китайский моряк. Лицо его было свирепым, в руке он держал пистолет. Вики и Берти вскрикнули. Подчинясь внезапно пробудившемуся первобытному инстинкту, я замахнулась и ударила его планкой наотмашь по лицу. Я почувствовала, как сминается плоть, как ломаются кости. Из носа у него хлынула кровь, глаза закатились, и он рухнул на пол.
Никогда еще я никого не сбивала с ног, но у меня не было времени поражаться своему поступку, потому что на пороге появился Ник. Немой и невыразимо опасный, он двинулся на нас, перешагнув через недвижимого китайца. Я замахнулась планкой, но он ухватил ее, вырвал из моих рук и отбросил. Он уже почти схватил меня, но внезапно на него кинулся Берти. Мальчик молотил Ника кулачками, вопя во всю силу своих легких. Когда Ник попытался оттолкнуть его, Берги вонзил зубы ему в икру. Ник взвыл — первый звук, который он издал при мне. Он ударил Берти, потянул его за волосы, но Берти в ответ только глухо рычал и висел на нем, точно собака, грызущая кость. Они вместе упали на пол. Вики схватила планку и принялась бить Ника по голове, пока наконец он не затих. Берти вскочил на ноги, вытирая кровь с губ. Он и Вики испустили торжествующее «ура!». Ни один король среди их предков, вероятно, никогда не повергал врага столь доблестно.
— Нам надо торопиться, — сказала я, увлекая их к двери.
Я подобрала пистолет поверженного китайца. Оружие могло пригодиться, хотя я ни разу в жизни не стреляла и держала тяжелый пистолет очень неуклюже. Я осторожно опустила его в карман, опасаясь ненароком ранить себя, и торопливо повела детей по пустому коридору, затем вверх по лестнице. Сквозь открытый люк я слышала стрельбу. Дорогу нам озарял красно-оранжевый свет огня; пока мы карабкались наверх, нас встретили стоны людей, сраженных пулями. На верхних ступеньках мы остановились и посмотрели в люк.
На палубе в лужах крови валялись тела, а еще живые моряки заряжали пушки или, пригнувшись у борта, стреляли из ружей. Наше судно сотрясалось каждый раз, когда пушки под палубой давали залп. В отдалении виднелся военный корабль, охваченный пламенем. Клубы дыма заволакивали штормовое небо. Я не знала, корабль ли это мистера Слейда. И отогнала жуткую мысль, что он погиб в попытке спасти нас. То, что военные корабли не уничтожили наше судно, объяснялось лишь страхом за детей. Я не видела ни Куана, ни Хитчмена, ни Тин-наня, но это не означало, что они убиты. Моей единственной надеждой было ускользнуть с Вики и Берти из их рук. Но как? Пока я отчаянно оглядывалась по сторонам, я увидела бредущего по палубе Тин-наня. Он заметил нас, и его глаза наполнились кровожадным бешенством.
— Это ты виновата! — закричал он, тыча в меня пальцем. — Мы все умрем из-за тебя!
Он кинулся к нам. Вики и Берти закричали, прижимаясь ко мне. Вдруг Тин-нань вскрикнул, его подбросило, и бешенство на его лице сменилось удивлением. Кровь хлынула из раны на шее, куда поразила его пуля. Он упал и замер в неподвижности. У меня защемило сердце от жалости к юноше, чью жизнь погубило зло его отца.
Град пуль застучал в стенку каюты очень близко от нас. Если увести детей с судна я не могла, необходимо было найти для них укрытие. Взявшись за руки, мы прошмыгнули мимо каюты, пока пули покрывали оспинами ее стенку. Палуба всколыхнулась под ударом волны, мы заскользили по окровавленным доскам. К счастью, команда сосредоточилась на ответных залпах, и нас никто не заметил. Я увлекла детей в дверь какой-то каюты, в полутьму, заполненную бочонками, свертками канатов и тому подобным. Шум сражения был тут приглушен, и до меня донеслись голоса из соседнего помещения, дверь которого была приотворена. Внутри спорили Куан и Хитчмен. Я повернулась, чтобы увести детей, но увидела на палубе снаружи Ника, пригнувшегося под пулями. Какая жалость, что удары Вики его не убили! Голова у него была вся в ссадинах и крови, глаза высматривали нас. В ловушке между ним и Куаном мы спрятались за бочонками.
Хитчмен сказал:
— Вы должны взглянуть правде в глаза, Куан. Все кончено.
— Не кончено, пока я так не решу, — последовал холодный, твердый ответ Куана.
— Половина нашей команды перебита, — возразил Хитчмен. В его голосе я уловила панику и настойчивость. — Остальным долго не продержаться против военных кораблей.
— Справедливость на нашей стороне, — сказал Куан с хладнокровием, наводившим жуть при таких обстоятельствах. — Мы победим.
Хитчмен невесело усмехнулся:
— Без сомнения, наши противники думают то же самое, но о себе. И они куда лучше экипированы, чем мы.
— Пока я жив, я не уступлю! — Лицо Куана горело свирепой решимостью.
Он все еще цеплялся за надежду изгнать Британию из Китая и остановить торговлю опиумом. Но Хитчмен сказал:
— Ваши планы рухнули. Я считаю, мы должны отдать детей и сдаться.
— Ты с ума сошел? — Куан неверяще уставился на Хитчмена. — Если мы сдадимся им, нас казнят.
— Если мы сдадимся, то по крайней мере сегодня не умрем, — сказал Хитчмен, и я поняла, что он никогда по-настоящему не поддерживал замысел Куана, а его преданность быстро иссякала.
— Мы проживем ровно столько, сколько потребуется, чтобы доставить нас к виселице, — сказал Куан.
— Однажды мне повезло, и я избежал смерти, хотя никакой надежды словно бы не оставалось, — сказал Хитчмен. — И готов побиться об заклад, что мне опять повезет.
Перестрелка не стихала, но теперь казалось, что выстрелов в наше судно было много больше, чем ответных.
— Тебе повезло только потому, что в Китае тебя спас я, — резко и непоколебимо сказал Куан. — Мы должны стоять вместе.
— Мне очень жаль, — сказал Хитчмен, — но здесь наши пути расходятся. Я намерен выдать детей и эту Бронте, выговорив снисхождение.
Когда он повернулся к двери, дети и я съежились за бочонками. Мне не верилось, что он нас выручит; а если нас найдет Куан, он нас ни за что не отпустит.
Куан встал перед Хитчменом.
— Я тебе запрещаю! — Взбешенный, что Хитчмен вышел из повиновения, он закричал: — Ты обязан мне жизнью и не предашь меня теперь!
— Мой долг я выплатил с лихвой, — сказал Хитчмен. — Посторонись!
Но тут к ним торопливо вошел Ник и настойчиво сказал неестественно гортанным голосом:
— Женщина и дети… пропали!
Куан и Хитчмен растерянно обернулись к нему. Я схватила детей за руки и кинулась бежать. На пути к двери я наткнулась на какой-то предмет, который опрокинулся, громко лязгнув. Я услышал возглас Хитчмена:
— Да вот же они!
Мы бежали по палубе, слыша позади их тяжелый топот. Мы лавировали между мертвыми телами, поравнялись с солдатами, заряжавшими пушку.
— Хватайте их! — крикнул Куан.
Китайские моряки присоединились к погоне. Вики всхлипывала от страха. Берти весело вопил, будто мы играли в салочки. Судно качалось, мы выписывали зигзаги среди летящих пуль. Оказавшись на корме, мы бросились вокруг каюты. Навстречу нам бежали Хитчмен и Ник. Очутившись в ловушке, запыхавшись, мы попятились к борту. Сражение, грохот выстрелов куда-то отодвинулись, когда я оказалась лицом к лицу с Куаном.
