контрразведчиков, что они столь качественно, изобретательно и жестко выполнили ее задание. И как вишенка на торте стала массированная акция в подконтрольных нам средствах массовой информации, где с разной степенью тональности смаковалась история обнаглевшего от безнаказанности, глубоко безнравственного французского офицера и несчастного купца, пожертвовавшего огромные суммы на нужды фронта, обезумевшего от предательства близкого человека. Тут же, как бы между прочим стала вбрасываться информация, что французы, не смотря на просьбы нашей Ставки, переходят к пассивной обороне, что позволяет германцам снимать с западного фронта крупные соединения и перебрасывать их на восток, против русских армий. И всем становилось понятно, что союзники, то и не союзники вовсе, тут наших женщин портят, на фронте помогают германцам лить русскую кровь, и исподволь стала мелькать мысль, а за кого мы собственно то воюем? На средства массовой информации, где были проведены таки информационные вбросы было несколько попыток наездов на самых разных уровнях, но отпор был жесткий. Где был задействован админресурс, пришел окрик с самого верха, а где пришли просто бить морды и калечить персонал изданий и самих журналистов, авторов материалов, неизвестные защитники не церемонились, валили наглухо и заваленные трупами морги стали очень хорошей демонстрацией серьезности намерений. Ну а главное — дела по убитым нападавшим на журналистов закрывались с издевательской формулировкой «самоубийство», и только самый тупой не понимал, что замешана большая политика и одна из сторон церемониться не будет. А кто эта сторона, прилетевшая на боевой летающей машине и в открытую говорящая о неправильности вступления России в войну, знали многие, только вслух не говорили, учитывая к кому этот кто-то постоянно ездил в Аничков дворец, как к себе домой.
Ох Мария Федоровна, как же они с Катькой Артемьевой то спелись, и та ей чуть ли не по учебнику диктует правила ведения информационных войн.
А ведь уже, через подставных лиц, открыты акционерные общества по изданию модного женского журнала с очень высоким качеством полиграфии, и, что самое необычное для этого времени, полным ходом шла организация гражданского радиовещания. Деньги выделены и под руководством все того же инженера Шухова началось строительство ажурной цельнометаллической 160-ти метровой башни, которая и в нашем мире потом получила название Шуховской.
Ну а мы готовились воевать. Еще днем для улучшения логистики и уменьшения времени на переброску войск, пришлось задействовать второй резервный пространственно-временной маяк и под охраной его перевезти поближе к зоне боевых действий. Точку выбрали между Гостыней и Кутно, куда сразу через портал перебросили группу Великого под охраной целого эскадрона из кавалерийского полка Келлера. Технари из отдельного взвода технической разведки, стараясь не привлекать внимания своими немного нестандартными немецкими грузовиками образца 1939-го года, рассредоточились и сразу начали пассивно сканировать эфир, нанося на электронные карты любые техногенные источники радиоизлучения в выделенной зоне ответственности, а когда чуть стемнело в воздух подняли уже мультироторные и обычные легкие беспилотники и стали активно работать непосредственно по линии фронта и близким тылам противника. Здесь же приземлили оба «Орлана», которые еще с утра с одной дозаправкой нарезали круги и над нашими позициями, и уходили вглубь захваченной германцами территории, выявляя позиции артиллерии, путей доставки, мест выгрузки и складирования боеприпасов, точек дислокации штабов и площадок приема пиши.
К ночи во все полки передней линии 1-й и 2-й русских армий были направлены делегаты с мощными цифровыми радиостанциями и с совмещенными с ними электронными планшетами для приема и передачи видео и фото информации.
Даня Великий развернулся на всю катушку, и согласовав со штабом, разделил свое подразделение на шесть мобильных отрядов. Первые четыре — на грузовиках в сопровождении келлеровских кавалеристов выдвинулись к переднему краю в основном в полосе 2-й армии генерала Шейдемана и южного фланга 1-й армии Реннекампфа, где 14 ноября как раз ожидался основной удар в стык между частями 2-го и 5-го Сибирских корпусов. В основной состав четырех групп Великого входили операторы мультироторных и легких дронов, и в задачу входила тактическая разведка и корректировка огня артиллерии по заявкам с нашего штаба, со штаба армии и от связных делегатов в штабах дивизий и полков. Пятый отряд — операторы «Орланов» — тут конечно и артиллерийская корректировка, но больше, конечно, оперативно-тактическая разведка на глубину до ста-ста пятидесяти километров. Был у них еще один беспилотник, ударный, несущий неплохую бомбовую нагрузку, но ему нужны была качественная бетонная ВПП для взлета, а не как «Орлан», запускаемый с «резинки», поэтому было принято волевое решение — нам и штурмовиков Ил-2 и Пе-2 капитана Архипова за глаза хватит.
Шестая группа, это собственно типичная радиоразведка и средства подавления радиосвязи у противника, организованная на двух машинах с разнесенными антеннами, чтоб можно было определять точное местоположение источников сигнала. Для нас сейчас это было очень важно. Германия, которая перед Первой Мировой войной, в принципе сидела уже в режиме санкций, в первую очередь была ограничена в меди, которая использовалась и в производстве латунных гильз, и в проводах телефонной и телеграфной связи, поэтому мудрые немцы, предвидя все это, разумно сделали ставку на радиотелеграфные системы, и такие аппараты у них стояли на уровне штаба дивизии и выше, а в некоторых случаях радиосвязью обеспечивались и кавалерийские части, и даже отдельные полки. Им хорошо, а нам еще лучше. В условиях наступления, активного маневрирования и постоянного обмена донесениями, благодаря радиоразведке, мы обладали картой, на которой с высокой точностью были нанесены все германские штабы от дивизии и выше, причем их расположение, с привязкой к местности дополнительно уточнялось визуальным осмотром с помощью «Орланов».
Когда стемнело, включили портал по маяку в машине Дани Великого и в мир 1914-го года стала с пандуса спускаться длинна вереница грузовых автомобилей, тянущих за собой зачехленные гаубицы. За ними шли многочисленные машины с боеприпасами, а так как стрелять предполагалось много, очень много, то через полчаса еще раз открыв портал, по пандусу просто спустили огромное количество грузовых прицепов и платформ до верха забитые ящиками со снарядами.
Длинная колонна грузовиков отойдя от точки выхода, начала разделяться на шесть батарей, каждая из которых в сопровождении своих проводников и охраны, стала выдвигаться на прописанные планом позиции. Тут мы тоже решили не жадничать и вытащили все основные запасы. В свое время с баз хранения трофейного вооружения Вермахта в 1942-м году мы умыкнули крупную партию артиллерии, причем там как раз хозяйственные немцы собрали именно гаубицы М-30, одни из самых удачных и надежных артиллерийских систем Второй Мировой войны. Там же разжились огромным количеством боеприпасов. Часть конечно отдали
