он располагал.
Этого ему никто рассказать не мог и в книгах не было — точнее, рассказывали-писали много, всяк на свой лад, но, поди догадайся, где истина. Коли уж Дороги выглядят совершенно не так, как их описывали, всему остальному тоже особой веры нет…
Вот оно, то спиленное дерево, из которого люди Вингельта делали оружие. Вот и желтоватые холмы меж деревьями показались, вот и обширная поляна, вот и небольшое, почти круглое озерцо с темной спокойной водой, вернувшее ему человеческий облик… Тропинка ведет влево, за холм…
И вот он впереди, аккуратный домик в два этажа, каменный, с высокой узкой крышей, крытой коричневой черепицей. Крыльцо с не особенно и вычурными перилами, по обе стороны от него большие клумбы с таларскими цветами выглядят столь же ухоженными, как в прошлый раз… Дверного молотка, он прекрасно помнил, нет.
Спрыгнув с седла, Сварог привязал поводья Горлорга к перилам справа, ничуть не боясь, что конь сорвется с привязи и убежит. Демон наставлял: коли уж ты однажды въехал на дороги верхом на Горлорге, он от тебя уже ни на шаг не отойдет…
Потянув на себя бесшумную дверь, Сварог, как и в прошлый раз, без церемоний вошел в небольшую прихожую, до потолка отделанную резными панелями из темного дерева. Но на сей раз вешалка, рядок медных крючков на темной доске, пуста, бадагара Стахора с белым пером на ней нет… значит, и хозяина нет дома? А вот за приоткрытой дверью кухни слышатся легкие шаги и позвякивание металлической посуды. Ну, хозяйка, по крайней мере, дома, что даже упрощает дело…
Он постоял немного, готовя себя не к самому благородному делу, слушая, как позвякивает посуда и Эгле мурлычет под нос какую-то незнакомую песенку. Потом громко откашлялся, позвал:
— Хозяйка, к вам гости!
Он грустно ухмыльнулся, когда произошло примерно то, чего он и ожидал: королева в изгнании выскочила из кухни, сжимая в правой руке скрамасакс, а в левой — внушительный пистолет под названием «утиная лапа»: пятиствольник, способный неслабо стегнуть веером картечи по целой шайке незваных налетчиков. Правда, на этот раз ее грозный вид чуточку портила одежда: она не в мужском охотничьем костюме, а в простом домашнем платье из бело-желтой полосатой ткани, напоминавшей махровое полотенце. В прошлый раз как-то серьезнее выглядела…
— Не надо в меня стрелять, это ведь все равно бесполезно, — сказал Сварог. — И я один, честное слово.
Чуточку расслабившись и опустив оружие, она все же глянула поверх плеча Сварога, прислушалась. И уже не выглядела так настороженно.
Улыбаясь с самым простецким видом (и загоняя подальше нечто напоминавшее угрызения совести), Сварог самым безмятежным тоном произнес:
— Мне, правда, чертовски любопытно, почему вы, увидев меня, точнее, даже не зная, что это именно я, всегда выскакиваете с этими дурацкими причиндалами. Неужели здесь бродят простые, обыкновенные разбойники, от которых можно отбиться ножом и пистолетом? Но почему тогда дверь у вас никогда не заперта, и не видно ни замка, ни засова? Нелогично как-то…
— Привычка, — сказала Эгле словно бы с некоторым смущением. — Никаких разбойников тут нет, просто после всего пережитого… Были основания, чтобы такая привычка появилась…
— Понятно, — сказал Сварог. — Может, теперь уберете весь этот арсенал? Я просто-напросто хотел поговорить с вашим супругом… Я могу пройти, или вы запрещаете?
Она досадливо поджала губы:
— А вы надоедливы… — и еще раз бдительно прислушалась к окружающей тишине, потом все же отступила, открыв дверь на всю ширину, положила оружие на столик у входа. — Заходите уж, от вас, я подозреваю, все равно не отделаешься…
— Честно говоря, да, — сказал Сварог, входя в знакомую кухню, где на плите побулькивали две кастрюли и приятно попахивало мясной похлебкой со специями. — Когда я считаю, что у меня неотложные дела…
— Муж должен вернуться примерно через час, — сказала Эгле. — И у меня есть сильные подозрения, что вы сейчас рассядетесь и скажете, что будете его ждать…
— Примерно так, — сказал Сварог. — Но поскольку это ваш дом и вы здесь хозяйка, я не намерен наглеть. Могу подождать снаружи… На крылечке сидеть можно или и это вас будет раздражать?
— Сидите уж здесь… — сказала она таким тоном, словно примирилась с неизбежным. — Не устраивайте комедии… Мне проявить гостеприимство, предлагать угощение или обойдетесь?
— Да обойдусь, — сказал Сварог. — Курить разрешите?
— Курите.
Повернувшись к нему спиной, Эгле занялась кастрюлями — сдвинула обе к краю плиты, отчего там, где они стояли, обнаружились два раскаленных круга, точнее, две спирали… «Да ведь у нее тут электрическая плита, — подумал Сварог. — Значит, и лампы — электрические. Какой-нибудь генератор, конечно — что-то нигде здесь не видно столбов с проводами. Интересно, кто им обеспечивает подобные мелкие бытовые удобства? Наверняка Вингельт?»
Эгле повернула какие-то ручки, и обе спирали погасли. Усевшись напротив Сварога, она протянула:
— В толк не возьму, отчего вы к нам прицепились…
«Значит, думаешь, что я ничего такого о вас не знаю», — мысленно прокомментировал Сварог, а вслух отметил:
— Как сказал бы любой на моем месте — чертова служба, сударыня…
— Ах да… — улыбнулась она иронично. — Вы же теперь еще и парочку секретных служб возглавляете… Там… — она указала пальцем в потолок. — Мы что, у вас на прицеле?
С самым невинным взором Сварог спросил:
— А что, есть что-то, из-за чего вас следует взять на прицел? Я еще не успел освоиться в этих службах, честно говоря…
Она все-таки легонько вильнула взглядом: все же не прожженная авантюристка, не тот человеческий тип. Знает: это «что-то» есть. Вряд ли шашни Стахора с Брашеро были для нее секретом, в ее досье написано, что Стахор в ней всегда видел помощницу и всегда советовался о делах — умна, энергична, может дать толковый совет… Видно, что ей неловко чуточку притворяться ягненочком невинным…
В этом простеньком платьице, с русыми волосами, собранными на затылке в небрежный узел, посреди домашних хлопот, она выглядела такой домашней и милой, что угрызения совести вновь осмелились легонечко напомнить о себе, но Сварог на них сурово цыкнул, и они юркнули куда-то в дальний угол.
— Как вы сюда попали? — спросила Эгле вряд ли подозрительно, просто с извечным женским любопытством. — Снова Лесная Дева?
— Ну да, — сказал Сварог. — Мы с ней старые добрые знакомые, так уж получилось… К тому же она мне очень благодарна за Багряную Звезду… А вы с ней знакомы?
— Не довелось, — сказала Эгле, прищурилась. — Она, конечно, не знает, что ей следовало бы быть благодарной и кое-кому еще…
— Я ей об этом непременно скажу, когда увидимся в следующий раз, — сказал Сварог.
— Интересно, у вас и
