Конечно же, отказаться от дружбы мы не можем, — улыбнулся Дедемай. — Да и зачем нам это делать, если можно дружить.
— Вы можете жить и без нашей дружбы, если не станете откровенными врагами, мы вас трогать не станем. Как жили, так и живите дальше! Но дружба будет полезной для всех нас. Друзей никогда не бывает много.
— Это верно, так что будем друзьями, — согласился Дедемай и, бросив проницательный взгляд на Росса, добавил: — Никогда ещё у меня не было в друзьях Сына Богини.
— Теперь такой есть.
Дедемай пригласил побывать у него в гостях. Росс засомневался:
— Мост почти уже готов, мы уже готовимся выступать в путь…
Но всё же принял приглашение. Взял с собой четырёх дружинников, они понесли две рыбы, тут же выгнав их из реки. Две другие, подаренные раньше, несли сызранцы.
Жил Дедемай в неплохо сохранившемся четырёхэтажном доме. В нём имелось несколько комнат со стеллажами книг. Росс полистал некоторые из них, дольше других «777 чудес Самарской Ойкумены». Пожалел, что не может прочитать её. Впрочем, решил поискать позже в московской библиотеке или спросить о ней Ведуна в Лунном котле.
У Дедемая была большая семья, восемь детей. И за исключением самого маленького, годовалого, все — грамотные.
Росс порадовался за них, похвалил и заметил, что нужно учить и остальных. А в идеале должны быть грамотными все.
Староста показал мастерские, в которых изготавливалась даже мебель, весьма разнообразная. Росс заметил, что у мастеров преимущественно металлические инструменты. Поинтересовался, откуда?
Дедемай ответил, что у них имеется кузня, а металл находят в развалинах и перерабатывают.
— Вы умеете плавить любой металл? — поинтересовался Росс, помня, что в Москве это является немалой проблемой.
— Нет, не любой, но немалую часть его, — ответил староста. — Ещё мой отец нашёл в книгах средство повышения температуры плавления металла с помощью мехов.
— Молодцы, — похвалил Росс, — скажу своим мастерам, чтобы тоже изготовили такие же.
Внимательно осмотрел кузню, плавильную печь, инструменты и особенно внимательно меха. Про себя Великий князь отметил: государство обязано помогать всем видам производства, промыслов, всякому предпринимательству. Именно в этом коренится богатство страны. Об этом ему говорили, в числе прочего, в Лунном котле…
Задерживаться в гостях не стал, хотя Дедемай настаивал: мол, через четыре дня «солнцестояние», пройдут гулянья.
Росс сразу вспомнилось из знаний, вложенных ему в память в Лунном котле: 21 июня — День летнего солнцестояния, самый длинный день в году с самой короткой ночью. Последние дни солнце словно застывало в зените, и довольно надолго, а затем неспешно направлялось к горизонту. Многие народы выделяли этот день из прочих — как торжество природы, как праздник лета, — проводили обряды и ритуалы, которые, как считалось, определяли жизнь человека на весь будущий год. Когда-то он совпадал с днём Ивана Купала, а позже произошло небольшое расхождение.
Немного удивился, что традиция отмечать День летнего солнцестояния сохранилась по сей день.
Извинился перед Дедемаем, пообещал, что на обратном пути непременно заглянет в гости.
+ + +
Бункер весь зарос растительностью, с ней пришлось серьёзно побороться. Ключ находился под гнездом ос, Росс его достал, использовав приём невидимки, произведя внушение, что его нет, здесь пустое место, только воздух. Одна оса задела его своим крылом, ничего не поняла и продолжила заниматься ремонтом гнезда.
Внутри пришлось проводить длительную очистку — помещения заполонили массы различных насекомых, которые воспользовались отсутствием людей и заселили пустые комнаты. Россу с Всеславом помогали солдаты. В бане плесени оказалось совсем немного. Юноша удивился, а затем вспомнил, как он сильно озлился и стегнул её своей волей. Несомненно, сие подействовало. Тогда он обошёл все помещения, рассылая вокруг волны ужаса, отгоняя как можно дальше всех тех, кто жил в вентиляции, мусоропроводе и всяческих пустотах.
Затем только Росс пригласил Веду в дом, посмотреть, где он родился и жил до встречи с ней. Она осмотрела всё с явным интересом.
Когда они оказались около закрытой двери, Веда спросила:
— А что за ней?
— Коридоры и помещения. Там когда-то жили люди. Так рассказывал отец… — он неожиданно замолк, прочитав на табличке «Жилой сектор».
— Что это ты замолчал?
— Раньше эти буквы мне казались набором непонятных знаков, а вот сейчас я внезапно впервые их прочёл. Это жилой сектор. Отец несколько раз водил меня туда, показывал. Странно, но там всякой непрошеной нечисти гораздо меньше. Когда-то там жили люди.
— И что с ними стало?
— Не знаю, — пожал плечами Росс.
— А можно посмотреть?
— Конечно, только нужно взять на всякий случай оружие.
Юноша сходил и принёс два копья и короткую саблю. Её с одним из копий, полегче, вручил жене. У него самого постоянно на поясе висел его нож.
Перед тем, как открыть дверь, он послал за неё предельно сильный сигнал страха. Мысленно представил длинные пустые коридоры и прогнал по ним волну страха. Затем отодвинул засов и потянул на себя дверь.
Изнутри пахнуло запахом подземелья, тяжёлого и холодного. С потолков лился белесо матовый свет.
Они спустились по длинной лестнице вниз. Далее Росс повёл Веду по гулким коридорам, показал некоторые комнаты. В одной из них пришлось копьями останавливать многоножку.
— Видишь, сюда лучше не заглядывать. Они все такие.
Кровать, шкаф, стол с посудой, а рядом стулья. Один опрокинут.
В стороне валялся одинокий ботинок с истлевшими шнурками. Они рассыпались при попытке его поднять.
Дошли до перекрёстка. Росс объяснил:
— Это первый из пересекающих основной коридор, он поуже предыдущего. За ним другой, пошире, а далее снова такой же, у которого мы находимся.
— И в каждом коридоре комнаты?
Росс кивнул.
— Да, много же людей здесь жило.
Дошли до следующего коридора. Веда решила:
— Давай свернём направо.
—
