заканчивается…
— Ты все-таки уезжаешь. С ним. — сипло рассмеялся Кирилл мне на ухо, когда мы прощались в аэропорту, — Вот такой плевок судьбы! Но я конкретно облажался. Спорить не буду.
Немая пауза.
Мы стояли, судорожно сжимая друг друга в объятиях, не замечая никого вокруг, будто весь мир скукожился до размеров булавки.
— Ты ведь мне доверяешь? — я сплела наши пальцы, позволяя Кириллу почувствовать, что на безымянном гордо возвышается символ нерушимости нашего союза, — Каких-то две недели… — зажмурившись, я задержала дыхание, прижимаясь щекой к его щеке.
— Каких-то… — Кирилл зло рассмеялся, и я ощутила, как в моей руке дрожит его большая горячая ладонь, — Это был лучший месяц в моей жизни. Лебедева, ты — единственный человек, которого я до трясучки боюсь потерять, но, сука, снова теряю… Ну, что мне сделать, чтобы ты осталась? Поклясться на крови?
— Не нужно никаких клятв, Кирилл…. — я запустила пальцы в его короткие жесткие волосы, слегка оттягивая их у корней, — Я хочу отвлечься и спокойно все обдумать. Да и давно мечтала поработать с детьми.
— Есть вероятность, что ты от меня откажешься? — стиснув мои щеки ладонями, негромко спросил он.
Некоторое время я потрясенно обдумывала его слова.
— Откажусь? — наконец, недоверчиво покачала головой, — Я буду выбирать тебя, не взирая ни на что, Воронов! Разве ты еще не понял?
— Тогда зачем уезжаешь?
— Мне нужно время, Кирилл… — я отвела взгляд, — Смириться…
Что не я подарю тебе первенца.
Это. Так. Больно.
— Алин, на рейс опаздываем… — гулким эхом от барабанных перепонок отскочил обеспокоенный голос Безрукова.
Не произнося больше ни слова, любимый мужчина лишь крепче прижал меня к груди, нежно заправляя за ухо выбившийся локон. Я знала, уже пора, однако никак не могла разорвать наших объятий, ведь мы с Кириллом — неделимое.
Как же так?
Горячая слезинка все-таки скатилась по моей щеке, и он ловко сцеловал ее своими теплыми мягкими губами.
Обернувшись перед тем, как окончательно затеряться в толпе, я обнаружила, что Кирилл так и не сдвинулся с места, провожая нас с Безруковым ничего не выражающим взглядом.
Глава 50
POV Кирилл
Артем с Пашей о чем-то негромко базарили, потягивая «Johnnie Walker», а я, запрокинув голову, бездумно пялился в черный подсвеченный неоном потолок бара «Темная ночь».
После аэропорта невыносимо было ехать одному в нашу новую квартиру. Душа болела. Её прощальный взгляд никак не выходил у меня из головы. И дружок Безруков, как обычно, поджав хвост, вынюхивал что-то около ее юбки. Мудак.
Расклад, хоть в петлю лезь.
Как я вообще сдержался и позволил Алине поехать с ним вместо того, чтобы запачкать его кровью терминалы Домодедово? Вопрос.
Возможно, потому что я хотел видеть мою Лебедеву счастливой. Это была задача номер один. И, если поездка в Сочи поможет ей со всем этим справиться, я должен был наступить на горло собственной безумной ревности, проглотив раздирающую обиду и злость.
В конце концов, пора бы уже свыкнуться с мыслью, что ручной щенок Безруков не представляет опасности. Тем более, я был благодарен белобрысому за то, что он не оставил мою Лебедеву в трудный момент и помог ей с переездом в Москву.
Да, я отпустил Алину.
Но только лишь потому, что собирался все исправить.
Доказать ей, что она — весь мой гребанный мир.
Не просто вернуть, а вновь завоевать её доверие и любовь.
Убедить — рядом с ней настоящий мужчина.
Я собирался бороться, черт возьми, и знал, что не имею права снова ее потерять…
Днем я случайно стал свидетелем их разговора с Лизой. Я не слышал, о чем они говорили, но язык тела Алины позволил мне сделать определённые выводы. Ну, а когда моя бывшая, сверкая пятками, вылетела из ресторана, сомнений не осталось.
Такая хрупкая и решительная.
Алина боролась за нас.
Стояла с гордо поднятой головой, посреди всей этой гнетущей атмосферы, стараясь не показывать, как ей нелегко.
Но я-то знал.
И мне было так за нее больно.
Сердце разрывалось на части, ведь все это происходило по моей вине.
В кровь выбросилось столько адреналина, что все нервные окончания разом зашипели. Захотелось украсть Лебедеву, и спрятать от всего мира.
«Знаешь ведь, какая я жадная…» — вспомнились вдруг сказанные ей в ту нашу особенную ночь слова, — «Никому тебя не отдам, Воронов, и ты, пожалуйста, меня не отдавай…».
Не отдам, Сокровище. Даже не надейся.
А когда Алина разговаривала с управляющей, было очевидно, что она еле сдерживает слезы. Я вдруг понял, что завалить ее цветами, которые завянут через неделю — так себе идея. Нужно было срочно придумать что-то еще…
И тогда я вспомнил про автомобиль. Увы, у меня не всегда получалось отвозить и встречать Алину, а о поездках в ночное время на такси даже думать не хотелось, не говоря уже о метро в час-пик.
Я намеревался подарить ей эту тачку на Новый год вместе с сертификатом в автошколу. Подумал, после увольнения из ресторана у нее как раз появится свободное время посещать курсы.
Не факт, что из моей Лебедевой выйдет Шумахер, но почему бы и нет? Лишним такой навык точно не будет. А на время учебы, собирался взять ей водителя из наших проверенных людей.
Но когда я увидел, как Алине тяжело справляться со всем происходящим, пусть даже она и старалась «держать лицо», отстаивая нас, я не удержался и позвонил в автосалон. Желание порадовать ее вынудило меня совершить этот иррациональный поступок. Сделать хоть что-то, чтобы отвлечь мою девочку от печальных мыслей.
Хотя в глубине души я понимал, что эту ночь мы проведем порознь.
И осознание этого разрывало меня на куски. Хорошо, разговор с отцом немного привел в чувства — я заехал к нему ненадолго перед баром.
Разумеется, вчера вечером он заметил, что мы внезапно покинули его праздник. И, конечно, сразу обо всем догадался. Потому что батя знал.
Я обо всем рассказал им с Артемом еще в ту ночь, когда мы сидели около камина, а уже после, поговорив по душам, выплеснули негативную энергию в тире.
Родственники, к слову, не подвели.
Батя несмотря на то, что его предполагаемого первенца носила не Алина, попросил меня сделать выбор сердцем. Ну, а так как мое сердце сделало свой выбор еще пять лет назад, все было очевидно.
Отец только посоветовал нам с Лебедевой не тянуть с детьми. По его мнению, лишь тогда Алина сможет окончательно отпустить эту непростую ситуацию, сосредоточившись на воспитании нашего ребенка.
Разумеется, они с Темычем
