Не выходя из тени и оставаясь в двух шагах от Бонни, Джон осторожно встал. Дождавшись, когда тот спустился в покачивающуюся на волнах шлюпку, Джон бросился на него сзади, обхватил руками и отвел пистолет в сторону и вниз. Пистолет выстрелил, и Джон почувствовал, что пуля попала ему в ногу. Боль была нестерпимой. Как же с раненой ногой он сможет бороться с Бонни? Тогда он без колебаний использовал единственно оставшуюся у него возможность – изо всех сил сжав Бонни, он вместе с ним прыгнул в воду. Последнее, что Джон услышал, было его собственное имя, которое выкрикнула Хоуп.
Под тяжестью одежды противники сразу же пошли ко дну. Когда вода сомкнулась над ними, Джона охватил нечеловеческий ужас, ему непреодолимо захотелось разжать объятия и попытаться выбраться на поверхность, но он только крепче вцепился в Бонни. Тот же, сопротивляясь изо всех сил, колотил Джона по ногам и пытался вцепиться в волосы. Один из ударов каблуком пришелся по раненой ноге, и от невероятной боли Джон на мгновение ослабил хватку. Воспользовавшись этим, Бонни вывернулся и стал выныривать. В отчаянном рывке, замедленном массой воды, Джон догнал Бонни, и на этот раз руки юноши сомкнулись на горле Чарльза. Бонни пытался вывернуться, но Джон не отпускал его. Тогда Бонни начал бить его коленями в живот и пах, а когда и это не помогло, стал давить большими пальцами на глаза, но Джон не сдавался.
Сквозь пелену боли, окутавшей сознание, Джон смутно почувствовал, что их подхватило мощное течение и быстро уносит от корабля. У него перед глазами вспыхивали яркие искры, а легкие горели от недостатка кислорода, однако руки не разжимались, а все сильнее сдавливали горло Бонни. Джон знал, что силы оставляют его, но думал только об одном – нельзя допустить, чтобы этот человек мог снова обидеть Хоуп. Джон понимал, что его собственная смерть близка, но страх смерти пропал, и его охватило ликование, когда он почувствовал, что сопротивление Бонни ослабло, а затем он содрогнулся в последней конвульсии и обмяк. И тогда удивительный покой снизошел на Джона. Юноша открыл рот, чтобы глотнуть воздуха, но в его легкие хлынула вода. Последней его мыслью была мысль о Хоуп.
Течение медленно кружило этих двоих, слившихся в смертельном объятии, и уносило все дальше и дальше.
Котти быстро спустился по лестнице и спрыгнул в шлюпку, опасно качнувшуюся от его прыжка, но он удержался на ногах и принял в объятия рыдающую Хоуп.
– Ты в порядке, любовь моя? – Он нежно провел по ее волосам. – Если бы с тобой что-нибудь случилось!.. Я был таким дураком, и я…
Хоуп всхлипнула от обиды. Те слова, которые ей так хотелось услышать от Котти, наконец произнесены. Но в такое неподходящее время и в таком неподходящем месте!
– Я в порядке, – ответила она, – но Джон вместе с Бонни прыгнул за борт. О Котти, он ведь не умеет плавать!
– О Боже, ты права! – Котти, прищурившись, вглядывался в темноту, но вода была абсолютно спокойной – ни Джона, ни Бонни. – Не знаю, удастся ли отыскать его в такой темноте, но я должен попытаться. – Торопливо сбросив одежду, Котти нырнул и поплыл.
Хоуп обернулась к Стюарту, который к этому времени уже спустился в шлюпку и молча глядел на нее.
– Ты ведь любишь Котти? – Это был скорее не вопрос, а утверждение.
– Сейчас не время для объяснений, – с досадой ответила она, – нужно найти Джона, иначе он утонет. А я должна узнать, что с Чарити.
– Джон? – переспросил он безучастно. – Ты говоришь об этом черном парне?
– Он рискнул жизнью, спасая меня. Разве ты не слышал, о чем мы говорили? Джон не умеет плавать!
– Да… конечно, я сделаю все, что в моих силах.
Стюарт без промедления скинул одежду и обувь и нырнул вслед за Котти.
Лодка снова закачалась, и, обернувшись, Хоуп увидела спустившегося с судна Хью Марстона.
– Мисс Блэксток, – отвесил он легкий поклон. – Что здесь происходит? Где Котти и Уильямс?
Она коротко рассказала ему о случившемся.
– Сомневаюсь, что им удастся кого-нибудь найти. – Он безнадежно оглядел простиравшуюся вокруг черную воду. – Я бы присоединился к ним, но, как и ваш друг Джон, не умею плавать.
В течение некоторого времени до Хоуп и Хью доносились голоса Котти и Стюарта и всплески воды. Минут через десять Котти подплыл к лодке и, тяжело дыша, ухватился за борт.
– Хоуп, думаю, нам не удастся найти его, – сказал он, стуча зубами, – слишком темно.
– Но ты же не перестанешь искать, нет?
– Нет, пока нет. – И он снова уплыл.
– Господин Марстон, я поднимусь на палубу, – объявила она, проводив Котти взглядом.
Взобравшись по лестнице, она попросила позвать капитана Бостуика и, когда тот появился, мрачный и сердитый, потребовала спустить шлюпку и отправить людей на поиски Джона.
– Этот Джон, он ведь черный, да?
– Разве это имеет значение? Он человек и рисковал жизнью ради меня, зная, что не умеет плавать!
– У меня нет лишних людей, – небрежно бросил капитан. – Из-за всей этой суматохи моя команда и так достаточно взбудоражена. Кроме того, это бесполезно. Они оба уже давно мертвы, не сомневайтесь, госпожа Блэксток.
– Тогда не затруднит ли вас дать мне несколько одеял? – смиренно попросила Хоуп.
– Ну что ж, я прикажу юнге найти для вас пару.
– Благодарю вас, капитан, за великодушие, – с презрением сказала Хоуп, – а пока юнга будет этим заниматься, я пойду вниз и выпущу из заточения сестру.
– Что произошло? Почему вы бросили меня здесь одну так надолго? – набросилась на сестру Чарити, едва та открыла дверь каюты.
– Многое произошло, Чарити. – Критически оглядев сестру, Хоуп решила, что та уже в полном порядке. – У меня не было времени прийти за тобой, к тому же здесь тебе было безопаснее. – И она рассказала обо всем, что случилось.
– Значит, Чарльз мертв?
– Видимо, да. И Джон тоже. А теперь пойдем со мной.
На палубе возле лестницы лежали два старых одеяла. Взяв их, Хоуп вместе с Чарити спустилась в лодку. Как только они оказалась в шлюпке, подплыл Котти, и Хью, протянув руку, втащил его на борт.
– Безнадежно!.. Никаких признаков ни одного из них. Мы должны смириться с тем, что они оба погибли. У Джона не было шансов выжить – ведь он не умел плавать. Я уверен, что он забрал с собой на дно и Бонни.
С Котти стекала вода, он дрожал от холода, и Хоуп протянула ему одно из одеял.
– Что-нибудь нашли? – спросил Котти у подплывшего к борту шлюпки Стюарта.
– Абсолютно ничего.
– Забирайтесь в лодку, Стюарт, и разотритесь. Мы сделали все, что могли.
Отдав второе одеяло поднявшемуся в шлюпку Стюарту, Хоуп отвернулась и с бесконечной печалью стала всматриваться в темноту. Глаза ее жгли непролившиеся слезы.
