ничего необычного. Куда, скажите на милость, могла уйти Лина?
52
Эрика бежит по лесу. Грудь сдавливает так, что тяжело дышать, а останавливаться нельзя. «Лина! – кричит она, хотя голос едва слушается. – Где ты, Лина?»
Ветка царапает щеку, но Эрика мчится вперед. В первый час поисков она думала: дочка найдется в любую секунду, просто спряталась в каком-нибудь непривычном месте, где они забыли проверить, – заползла в кухонный шкафчик или притаилась за картонными коробками в кладовке. Но теперь становится ясно, что этот шанс остался позади.
Эрика сосредоточенно осматривается вокруг в сумеречном свете. Тяжелые тучи погрузили Юсшер в темноту, и дождь затрудняет видимость до предела.
Она достает телефон, чтобы проверить, не пропустила ли звонок, но никто не звонил. Единственное ее желание сейчас – найти свою дочь, прижать к себе и слушать, как звучит ее голос.
Когда Эрика представляет себе Лину, будто иголки вонзаются в тело. На пляже ее нет, а вдруг дочка спустилась к мосткам и ее смыло волной? Или несчастный случай, у нее травма и она лежит где-нибудь, не в состоянии сдвинуться с места?
В отчаянии мать оглядывается по сторонам. Лина может сейчас находиться где угодно. Возможно, дочь никогда больше не вернется домой.
Эрика с силой мотает головой, и мокрые волосы бьют по лицу. «Хватит, – взывает она к самой себе. – С Линой все в порядке, мы найдем ее».
Она видит, как к ней приближается автомобиль, и спешит ему навстречу. Со стороны шоссе Эстра Кюствэген подъезжает их синяя семейная «Тойота». Размахивая руками, словно безумная, Эрика выбегает на дорогу.
Когда Мартин заключает ее в объятия, кажется, будто внутри взрывается бомба. Эрика запыхалась, у нее подкашиваются ноги.
Мартин поддерживает и крепко обнимает жену.
– Моя хорошая, – успокаивает он, – все образуется. Мы найдем ее.
Она всхлипывает, уткнувшись ему в плечо. Слезы, которые Эрика так долго сдерживала, внезапно хлынули из глаз.
– Я не знаю, что мне делать, – захлебывается Эрика. – Это я виновата. Не надо было оставлять Лину.
Мартин гладит ее теплыми ладонями по мокрой спине. Он всегда умел успокоить.
– Ничьей вины в этом нет, – говорит муж уверенным голосом.
Когда Эрика, подняв лицо, смотрит на Мартина, в душе снова начинает теплиться надежда. «Мартин здесь, рядом, – думает она, – и он найдет Лину».
Муж аккуратно проводит пальцем по ее щеке.
– У тебя кровь, – мягким голосом замечает он. – И ты промокла насквозь. Пойдем, я отвезу тебя в отель – переоденешься.
Эрика кивает в ответ. Она так долго бродила по одним и тем же местам, что перестала понимать, где находится.
– Там полиция. Может быть, им что-нибудь известно.
– Да, – откликается Мартин, открывая для нее дверь машины. – Будем надеяться.
53
Эви подходит к той части побережья, где берег возвышается над морем. Здесь, на зеленых холмах, которые относятся к территории лесопарка, многие выгуливают собак. Эти холмы ниже скал, расположенных к югу от деревни, но среди них тоже есть опасные, заросшие кустарником обрывы, и, оступившись, легко сорваться вниз. Вдоль кромки воды внизу разбросаны большие камни, из-за неровного рельефа и рытвин здесь трудно ориентироваться.
Сердце колотится, когда Эви забирается на камень, лежащий на берегу. Еще один утонувший здесь ребенок – самый страшный кошмар для нее. С тех пор, как с Матсом случилось несчастье, все свое время Эви посвятила тому, чтобы сделать Юсшер безопаснее. Она никому не желает пережить то, что пережила сама.
Эви тяжело вздыхает. Они несколько раз прочесали залив, обыскали яркие пляжные кабинки для переодевания и исследовали каждый метр песчаной косы – все безрезультатно. Эви считала, что Лина может найтись в любую секунду, но сейчас надежда начала угасать.
Она с трудом взбирается еще на один камень. Льет такой дождь, что Эви еле держится на ногах. Как бы ни тернист был этот участок берега, что-то манит ее вперед. Она чувствует, что на правильном пути.
Эви раздумывает, не позвать ли Юнаса, чтобы он позвонил в отель и рассказал о детском велосипеде, но тогда ей придется возвращаться. Нет, раз уж она зашла так далеко, нужно идти вперед.
Камни под ногами скользят от дождя, временами до нее докатываются набегающие с моря волны, но Эви так промокла, что ей уже все равно. Единственное, чего она боится, – это потерять равновесие. Если упадет, то, скорее всего, уже не поднимется.
Внезапно Эви что-то замечает. У глинистого склона одного из выдающихся в море холмов лежит светлый комочек. Первые пару секунд Эви забывает о необходимости дышать, потом кричит.
– Лина! Ау? Это ты? – орет она что есть мочи, но комочек не движется.
Эви выпрямляется, чтобы позвать Юнаса, и не видит его. Вот проклятье! Все-таки надо было предупредить, куда она пошла.
Тяжело дыша, Эви ускоряет шаг. Когда она с трудом взбирается по камням, резкая боль пронизывает спину. В небе рокочет тревожный гул, из-за горизонта доносятся раскаты грома. Комочек лежит по-прежнему неподвижно, но по мере приближения в Эви растет уверенность, что это – маленькое детское тельце.
«Только бы Лина была жива, – повторяет про себя Эви. – Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы девочка была жива».
54
Подъезжая, Мартин с Эрикой замечают у отеля две машины полиции; в воздухе висит напряжение. Народ стоит небольшими группками и тихо переговаривается.
Полицейский в мятом коричневом костюме разговаривает по телефону и одновременно чертит линии на большой карте.
Завидев Мартина и Эрику, Мона бросается к ним и обнимает обоих. Ее кудрявые волосы распрямились от дождя, с глаз потекла косметика.
– По-прежнему ничего не нашли, – с грустью говорит она, показывая на мужчину в костюме. – Он делит Юсшер на сектора для поиска, чтобы мы могли начать прочесывать территорию живой цепью.
– Много народа собралось, – кивает Мартин.
– Да, все, кто может, стремятся помочь, и, кстати, очень многие уже ведут поиски в окрестностях. Мариан и Дорис ходят по домам, а клуб рукоделия обзванивает всех с просьбой обыскать свои сады и сараи, а потом подходить сюда.
Эрика глубоко тронута. Ей хочется показать, как она благодарна за всю помощь, которую им оказывают, но сил едва хватает на то, чтобы держаться на ногах. Мартин кладет руку ей на плечо, и она с облегчением падает в его объятия.
– Все образуется, – шепчет он на ухо жене. – Не переживай. Я бьюсь об заклад, что Лина где-нибудь спряталась и выскочит сейчас как ни в чем не бывало. – Потом обращается к Моне: – Эрике надо переодеться, она уже
