Как-то так, наверное.
— Да, пожалуй.
Вообще-то верно, такая тактика смысла не лишена, сейчас все живое темноты боится и прячется в крепких местах. Если взять, к примеру, брошенную на ферме пожарку, да на ней… С другой стороны можно попасть в засаду и с крупнокалиберным пулеметом, и с РПГ, а в море стрелять некому. Там разве что сам утонешь.
— Вим когда ожидается?
— Завтра, наверное. Он в Амстердаме, охраняет тех, кто из порта всякое имущество вывозит.
— А ты почему не там? — немного удивился я.
— Так вышло, — ответил он расплывчато. — Обычно мы вместе, в группе.
Поболтали еще немного ни о чем, потом меня озадачило еще одним вопросом, который я немедленно и задал:
— Я вот что никак не могу понять, здесь, в стране, власть единая или все анклавы сами по себе?
— Где как, — ответил Бастиан. — Те города, что попали в зону ответственности военного командования — объединились, хоть и по факту, не официально. Остальные существуют сами по себе, некоторые теперь начали искать протекции. — после паузы он добавил: — Мы очень маленькая страна, локтями толкаемся, трудно разделиться по-настоящему, места не хватит.
Ты же сам все видишь.
— Верно, вижу, — согласился я.
Это точно, тесновато здесь, не уединишься. Все людские анклавы будут сталкиваться друг с другом так или иначе, не выйдет отделиться. Здесь даже главные трассы города не всегда огибают, места не хватает для объездов. Больше такого нигде и не видел, наверное.
Интересно, как у нас? Чего-чего, а пространства у нас хватает. Ума вот не всегда и благоразумия, а пространства как в космосе.
— Баст, еще вопрос… А какая-то дальняя радиосвязь существует? Были же раньше всякие радиолюбители, которые со всем миром болтали, они еще существуют? Или всех съели?
Баст молча показал пальцем на обернувшегося к нам молодого парня в прямоугольных очках в черной пластиковой оправе, с бритой головой и обильным пирсингом.
— Нужна связь? — сразу спросил парень.
— Еще как! — ответил я, ничуть не преуменьшая. — С Москвой связаться можно?
— Можно хоть с Африкой, лишь бы там был такой же как я, любитель посидеть у радио, -
ответил он и, вытащив и сумки блокнот с карандашом, придвинул мне по стойке. — Напиши все что можно, где искать, кого искать, где жили раньше, куда могли уехать, какие центры спасения могли оказаться рядом, имена, описание — все, в общем. Как можно больше информации.
— Ты это серьезно? — уточнил я.
— Вполне, — ответил парень. — Почти в каждом анклаве есть радио, это уже проверенно. А я этим зарабатываю на жизнь. Найду информацию о семье — с тебя двести гильдеров, установлю с ними связь — пятьсот. Годится?
— Согласен, — не тратя времени на обдумывание, ответил я. — Как дальше действовать?
— Ну… — задумался парень, — … я завтра в час дня сюда обедать приду, вот и ты заходи.
Начну с самого утра, какую-то информацию уже буду иметь к тому времени. Наверное.
Меня Корне зовут, кстати.
— Андрей, — протянул я руку.
На том и договорились.
16 июня, четверг, утро. Мюйден, окрестности Амстердама
С утра на лодку приехал, как и обещал, толстяк-механик. Приехал на велосипеде, к которому сзади была прицеплена самодельная тележка, прародителем которой явно послужила садовая тачка. Едва поздоровавшись и не тратя времени на пустые разговоры, механик полез к лодочному дизелю. В воздухе запахло соляркой.
Чтобы не предаваться разлагающей праздности, взялся за чистку и осмотр трофейного оружия. Длинноствольный револьвер оказался почти что новым, но довольно сильно загаженным. И ствол засвинцован, и барабан спереди в плотном нагаре — плохо ухаживали за оружием, лениво.
Ствол, чтобы лишний раз не драть щетками, даже бронзовыми, взялся лечить "охотничьим" способом: вскипятил чайник и пролил несколько литров крутого кипятка через его канал. Коэффициенты расширения у стали и свинца разные, после такого нагрева они начинают расслаиваться и чистить становится очень легко. Как и вышло. Потом долго тер барабан с помощью бронзовой и нейлоновой щетки, добившись почти зеркального блеска. Вычистил, смазал и решил, что надо найти возможность пострелять, проверить в деле. И интересно, и знать надо, что сыну дарить собрался.
Пистолет, до которого пока руки не дотягивались, тоже заинтересовал. Я такой как раз в порту Антверпена разглядывал, он еще тогда меня заинтересовал: браунинг, с затвором из светлой нержавейки и черной пластиковой рамкой, с надписью сбоку "Pro-9".
Шестнадцатизарядный, удобный, легкий, да еще и со сменным задником рукоятки, который нашелся в одном из подсумков у Гаши, и с которым можно было подогнать оружие под руку.
— Вот так, жене подарок будет, — сказал я, с удовлетворением разглядывая подсвеченный с помощью фонарика и изогнутой стекляшки канал ствола. — Новьё, в самый раз. И игрушка красивая, и магазинов аж четыре, то есть достаточно.
Тигр, явно скучая, наблюдал за моими манипуляциями с оружием, выражением на морде:
"И не такое видал". Да уж, наверное, кот на все насмотреться успел, с нами путешествуя… "с нами"… теперь уже со мной, одним. Не получилось "с нами".
Пора, кстати, едой запасаться, резервы к концу подходят. Но с этим в Мюйдене проблем тоже не предвидится, с этим порядок. Что еще нужно? Что я точно забуду сделать, чтобы потом ругаться матом и проклинать себя за недогадливость? У меня впереди долгий переход, в магазинчик не сбегаешь…
Ждать этих? Плюнуть и рвануть самому, раз судьба такую добротную машину подарила?
Хотя опять же дороги пугают. Что там у нас по карте?
Не поленился, полез в сумки, нашел европейский атлас, взялся листать. Ну, Германию, предположим, проеду, дорожная сеть обширная, можно любую проблему обогнуть, да и в горную часть страны заезжать не надо, что радует. Дальше… дальше Польша. От Берлина на
Познань, оттуда на Варшаву и белорусский Брест. Не так уж далеко, можно за сутки проскочить. Или две ночи. Ну, три.
Прибалтика отпадает сразу, даже представлять не хочу, что там может происходить. Место такое, не очень хорошее, и не потому что там злодеи, а потому, что там ничего нет. Ни промышленности толком не осталось, ни сельского хозяйства, ни даже рыболовства, все съела "евроинтеграция", оставив вместо производства и заводов все больше долги и "кредитные истории", и остатки живых могут сцепиться за остатки скудных ресурсов. А это значит, что дороги могут быть очень опасными. В Белоруссии должно быть проще, как мне кажется, там все же порядок был какой-то.
Белоруссия… Брест, потом на Минск и Оршу. И оттуда прямым ходом на Москву. А что, реально выглядит, даже один доеду. Если доеду. Мне бы бэтээр какой, тогда бы точно доехал. Сюда ведь от Испании доехали, в том, что случилось, уже сами виноваты, влезли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
