открыла школу для обучения самозащите эльфиек. У неё много идей как под одеждой спрятать оружие, которое не так просто найти при обыске, - пояснил он, справляясь со шнуровкой.
Я так заслушалась, что не заметила, как он ловко избавил меня от одежды. Провёл по коже, обводя пальцами ключицы. Вздрогнула, но не отстранилась, понимая, что он не делает ничего из того, чего не делала бы я. Очертил грудь и тут нащупал шрам между рёбрами.
- Откуда это? – спросил он и сам догадался: - Олаф? Верно? Он об этом сокрушался?
- Не хочу сейчас об этом, - тряхнула головой, не желая вспоминать о нём в этот момент.
- Почему ты его оставила?
Да, я могла бы убрать следы на теле у целителя, но не хотела.
- Чтобы всегда помнить, что предать могут даже близкие друзья. Те, кому доверяешь и веришь.
- Помнить это удел всех правителей, - понимающе вздохнул Ясарат. – Отец с детства учил, что полагаться можно лишь на свою семью, родную кровь. А доверять лишь той женщине, из рук которой готов принять хоть яд. До встречи с тобой я этого не понимал.
- А я не поняла, зачем доверять той, кто может отравить?! – обескураженно произнесла я.
- Он имел в виду другое. Просто однажды встречаешь особую женщину, которой готов верить безоговорочно. И даже если она протянет тебе яд, выпьешь его, потому что без неё всё равно не жить.
Как у них всё сложно в Игенборге! У нас в степи просто: за попытку отравить – смерть или изгнание, как с бывшей женой отца Изольдой. Но чтобы яд добровольно пить зная, что тебя твой любимый хочет убить… Нет, не слышала я о таком. Или я что-то не так поняла?!
- Надеюсь, это было образное выражение, - медленно произнесла я, переваривая сказанное и честно призналась: - потому что, если ты протянешь мне яд, я его точно пить не стану!
Будь мы хоть трижды истинной парой, я в отместку скорее ему этот яд залью! От мысли, что ещё и сблизиться толком не успели, а уже способы умерщвления друг друга обсуждаем, я невольно поёжилась.
Ясарата же рассмешило моё озабоченное выражение лица, и он поцеловал меня в кончик носа, уверив:
- Конечно же в переносном смысле! Давай в воду, пока не озябла.
И опустился передо мной на корточки, помогая снять обувь, а потом и стягивая штаны, вместе с бельём. Мне только переступить оставалось. Опять он меня обескуражил и выбил из колеи. Даже не тем, что я перед ним нагой оказалась, а тем, что разул!
У нас это имеет сакральный смысл. По обычаю женщина после свадьбы супруга разувает. Это показывает её покорность перед мужем, готовность подчиняться и угождать. Я воин и перед супругом не стала бы склоняться как обычная женщина, но даже будучи в статусе наследницы не требовала бы этого для себя от мужа. Мужчину это унизит. Разве что только Эрик в такой ситуации свёл бы всё к шутке, гримасничая и забавляясь. Но это Эрик, мы друзья с детства.
Ясарат же проделал всё так легко, словно его это ничуть не ущемляет. Он же из Игенборга! Там у каждого мужчины гордость впереди него идёт. Удивил. С себя он тоже скинул обувь и брюки и, оставшись в одном нижнем белье, подхватил меня на руки и шагнул вместе со мной в воду.
У меня голова пошла кругом. Скажи кто ещё день назад, что мы будем с ним вместе ванну принимать, я бы первая в глаз дала! Но вот лежу в его объятиях и даже не знаю как реагировать. В прикосновениях Ясарата чувствуется забота, а не голодное желание огладить и пощупать женское тело. Это подкупало, и я решила отпустить ситуацию, перестав анализировать его поступки и ждать подвох.
Откинула голову на мужскую грудь, наслаждаясь ароматом добавленных в воду масел и тем, как в горячей воде расслабляются мускулы. Как же хорошо после стольких дней пути оказаться дома!
Немного полежав со мной без движения, Ясарат взял подготовленную ткань и, вылив на неё жидкое мыло, провёл по плечам, груди. Кажется, он решил серьёзно подойти к вопросу моего купания.
- У вас в каждом шатре подведена вода? – спросил у меня.
Ага, заметил!
- Практически в каждом не только вода, но и канализация, если становимся на долгую стоянку. У магов процедура подвода труб давно отработана, только плати за зарядку кристаллов для напора воды. Я знаю, многие думают, что раз мы не строим дома, а ведём кочевой образ жизни, то и удобств у нас никаких нет.
Канализация вообще обязательна. Я гордилась тем, что в наших поселениях нет зловонных запахов и не встретишь поблизости неприятных сюрпризов.
- Я раньше как-то не задумывался об этом, - признался Ясарат. – Слышал, что степняки не сильно рвутся посещать общественные бани Игенборга, но в народе это относили к тому, что с вашим кочевым образом жизни вы привыкли редко купаться.
- О нет, купаться мы любим, - рассмеялась я. – Раньше за хорошие места близ источников между разрозненными племенами и сражения были. Объединение, принятие единых законов и правил для всех пошло нашему народу на пользу, способствуя развитию.
Как и сотрудничество с хинтами, но на этом я не стала акцентировать внимание. Хинты в нашу жизнь принесли много полезных в быту новшеств.
Ох! У меня перехватило дыхание, когда Ясарат провёл круговым движением по животу, рождая неизведанные чувства. Вроде и ниже не спускался, но внутри всё затрепетало.
Пока мы разговаривали, он продолжал неспешно намыливать меня и отвлёкшись, я упустила где его руки. Как он там сказал: «Как ещё ты сможешь понять, нравятся тебе мои прикосновения или нет»? Отторжения они точно не вызывали.
Пусть это был первый мужчина, который вот так касался меня, но его близость казалась естественной, словно мы уже не первый год женаты и сотни раз были вместе. С Ясаратом было удивительно легко.
- Тебе помыть волосы? – спросил он.
- Давай.
- Тогда закрывай глаза.
Он зачерпнул кувшином воды и вылил мне на голову. Судя по звукам,
