— фаворитки супруга пчелиной матки, но судя по выражению их лиц, особый статус пчёлкам совсем не в радость.
— И как часто здесь бывают вечеринки? — решив сменить тему, интересуется Кая.
— Это вторая за время моего нахождения в Улье, — огорчено вздыхает Сари.
— Давно ты здесь?
— Почти год, — Сарима подносит к губам неполную ложечку наркотика и слизывает половину, блаженно прикрывая веки.
— Мы все попали сюда практически в одно время, — снова подаёт голос баронесса Мелина, перехватывая у подружки вазочку с порошком. Сексапильная бразильянка самая крупная из девушек, но толстой ее назвать язык не повернется. Яркая, знойная, с крутыми бедрами и пышной грудью, обтянутой красным в тон помаде платьем. — Из сторожил я знаю только трех.
— Науми? — Кая называет одну из предполагаемой троицы.
— Да, — поджав губы, кивает дочь обанкротившегося шведского графа.
— Лучше не упоминать имя этой дьяволицы, иначе явится по твою душу, — включается в беседу бутанская княжна с раскосыми глазами. Как и Дао она обладает чётко-выраженными азиатскими чертами, но более яркими, чем у тайки. Черт, как же сложно сразу запомнить столько имен.
— Не пугай нашу тихоню, Янгани, — со смехом обращается к подруге главная болтушка Сарима. — Науми далеко до дьяволицы, но, поговаривают, что она балуется Вуду.
— Не удивлюсь, — иронично подхватывает Кая. С тихоней они, конечно, сильно погорячились. — Она неприятная и дико высокомерная.
— А я о чем говорю, — Янгани зловеще улыбается. — Бута она точно приколдовала.
— А старшего батлера здесь нет? — вопрос вырывается прежде, чем Кая успевает его осмыслить.
— Нет, — с сожалением разводит руками Сарима. — Мы бы все хотели, чтобы он тут был, но увы. Это же не обычный девичник, а вечеринка без запретов, — подхватив протянутый официантом бокал, девушка окидывает парня плотоядным взглядом. — Все эти накаченные красавчики — наше основное блюдо. Выбирай любого и делай с ним все, что нельзя делать в Улье.
— Серьезно? — недоверчиво уточняет Кая, провожая взглядом мускулистый зад официанта.
Ничего себе новости. А вечеринка набирает обороты.
— Представляешь, чтобы мы сделали с батлером, загляни он к нам на огонек? — поиграв бровями, Янгани засовывает в рот ложечку с порошком.
Между делом заметила, что вазочка с наркотиком успела побывать в руках у каждой из девушек, и эффект не заставил себя долго ждать. Красивые и такие разные лица соблазнительниц раскраснелись, глаза возбужденно засверкали, зрачки расширились, как спелые черешни, речь стала тягучей, дыхание участилось, жесты приобрели плавность.
— Он бы от нас живым не ушел, — хрипловато смеется Сарима. — Какая дьявольская жестокость — дразнить и не давать.
— Сложно не согласиться, — понимающе хмыкает Кая, вспоминая, сколько раз Бут отвергал ее поползновения. Судя по всему, с другими пчелками он был так же непреклонен, и это ощутимо тешит уязвлённое самолюбие.
— Запретный плод всегда самый сладкий, — философски изрекает Дао. — Но рано или поздно кто-нибудь его надкусит. Любую крепость можно разрушить. Как говорит восточная мудрость: «Искушение сдаться будет особенно сильным незадолго до победы». Надо только поймать момент.
— Ты такая фантазерка, Дао, — скептически бросает полька Юдит. — Мы быстрее умрем, чем дождемся подходящего момента.
— Я не собираюсь умирать, — протестует Дао, кошачьим жестом поправляя короткую стрижку.
— Давайте, хотя бы сегодня не будем о смерти, — восклицает бразильянка. — Мы празднуем и долой все дерьмовые мысли, — подняв свой бокал Мелина предлагает тост. — Да здравствует жизнь, пчелки!
— И жаркий секс, — смеется Сарима, поддерживая подругу. Странно слышать подобные слова от мусульманки, но, видимо, в Улье вопрос религии и традиций отпадает сам собой. — Не знаю, как вам, а мне срочно нужен огромный белый член, — опустошив бокал, смело добавляет катарская принцесса.
Кая удивленно выгибает бровь, но благоразумно воздерживается от комментариев. Разговоры девушек резко переходят на сексуальную тему и обсуждение всех находящихся в поле зрения мужчин. Их откровенность раньше могла бы ее шокировать, но сейчас ничего подобного нет. Не так часто девчонкам удается вырваться из своих золотых клеток и насладиться иллюзорной свободой. Когда каждый день может оказаться последним, глупо отказывать себе в удовольствии.
И все же Кая чувствует себя неловко, взглянув на творящийся беспредел в импровизированной кабине космического корабля, где двое атлетически сложенных парней удовлетворяют пожелания стройной блондинки в малиновом платье, задранном до талии. Прыгая на коленях одного, девушка самозабвенно заглатывает у другого. Троица двигается в унисон и явно получает огромное удовольствие от происходящего.
На соседних диванах оргия из двух трутней и трех пчелок только набирает обороты, но уже понятно, чем все это безобразие закончится. Кая никогда не считала себя ханжой, но на настоящей секс-вечеринке оказалась впервые. В вип-клубах для своих, где ей довелось побывать, для уединения возбужденных посетителей имелись отдельные кабинки и комнаты. Прилюдно никто не трахался, чтобы случайно не попасть в заголовки желтой прессы.
Последняя мысль заставляет Каю поднять голову вверх, чтобы убедиться в своих подозрениях. Так и есть. Глазки камер сложно отличить от мерцающих звезд, но если присмотреться, то их можно заметить. А это значит, за ними наблюдают, и возможно, транслируют за бешеные деньги в теневую сеть. Даркнет — скопище извращенцев всех мастей, и Улей наверняка поимеет миллионы на оргии с участием аристократок. Где еще увидишь вчерашних светских львиц, отсасывающих у накаченных парней, одетых в кожу и ремни?
— О, Аллах, этот викинг точно мой, — с придыханием шепчет Сарима, чем резко привлекает внимание Каи.
Она бы очень хотела, чтобы «викинг» оказался не тем, на кого подумалось в первую очередь, но ее надежды не оправдались.
К их дивану вальяжной неторопливой походкой приближается Эйнар. Такой же, каким она его запомнила в их последнюю встречу. Босые ступни, кожаные штаны, узкие бедра, сильные крепкие ноги, забитый татуировками божественно твердый пресс и мощные плечи, бугрящиеся мускулами. На Каю Эйнар демонстративно не смотрит, на губах растекается обольстительная улыбка, раздевающий взгляд прикован к ее заметно оживившимся соседкам. Сари и Янгани, две смуглые яркие красавицы, (остальные девушки уже определились с выбором самца на вечер и заняты непосредственным процессом спаривания) с не меньшей жадностью следят за каждым движением шведа, возбужденно ерзая на своих местах и похотливо кусая губы.
— Думаешь, его хватит на двоих? — не сводя с Эйнара знойного взгляда, спрашивает Янгани у катарской принцессы.
— Я первая его увидела, — возмущенно шипит Сарима.
Кая потихоньку закипает, сверлящим взором впившись в мужественное лицо своего вынужденного любовника. Он специально ее игнорирует? И это после всего, что произошло? Мог хотя бы извиниться. И поздороваться. Мудак. И эти шлюхи тоже хороши. Сняли чадру и готовы пуститься во все тяжкие, увидев первого попавшегося брутального самца.
— Иди ко мне, красавчик, — протянув руку, Сарима ловит
