class="p1">— Cover! — Вторил мне сам Алексей. Его невольный напарник — раненый в ногу гранатомётчик так же приготовился.
Ухнуло раз, застучали снаружи куски кирпича, короткая задержка, второй взрыв. Посланные напарником заряды взрывались где-то за зданиями.
— Follow me! Вперёд!
Дыру унтер пробил знатную! Да и не дыра то — стена исчезла. А за ней и без нас уже враг постарался — пристройка со стороны улицы развалена и раскидана мелкими обломками. Или танки или артиллерия. Благо поднятая взрывами пылевая завеса плотная оказалась, да и враг не сразу понял, что это мы контратакуем, а не какой-то их обстрел такое сделал.
Я, никем не остановленный шел впереди группы через пролом. Рядом с перекошенным не то от ярости, не то от страха лицом бежал парень из добровольцев. Кирпичи и обломки бетона под ногами чудесным образом и не ощущались как преграда, волна атакующих хлынула на улицу. И уже здесь мы закричали. Все!
— УРА-А-А! — Гулко, с тяжелейшей угрозой в крике тянули русские ополченцы.
— HORRAY! — С задержкой вторили им малочисленные добровольцы и затесавшиеся в наши ряды нацгвардейцы, черт его знает, откуда взявшиеся.
— Zabic wroga! — Одиноко, но так яростно крикнула девица, что шла следом, что ей кто-то вторил из ополченцев:
— УБЕЙ! УРА-А-А!
Нас не ждали. Не блеснул под пасмурным небом металл штыков, не сошлись лавины пехоты на поле, не было никакой романтики и благородства. Случились внезапность, коварство, жестокость. Военная хитрость проигрывающих этот бой. На короткий миг, на пару секунд, крик атакующих выбил из-под ног врага землю. Вышиб мимолётную уверенность в окончании боя. В их победе.
— YANKEEEES! — Пронеслось над улицей, и я с удовольствием произвёл первый выстрел. Испуганный пехотинец канадцев, а это были менно они — кленовый лист на шевроне однозначно говорит о принадлежности, крикнул и упал, получив дыру в пол лица. Не самая многочисленная, разношерстная группа атакующих врезалась в нестройные ряды врагов.
Штыки, выстрелы, удары. Всё шло в дело против британских ублюдков. Превосходство в автоматическом оружии врага не помогло в ближнем бою, где свои и чужие смешались. И нам, отчасти повезло. Морпеховские пулемёты и миномёты молчали, на головы врага не сыпался свинец, кроме того, что принесли мы. Огнемётный танк и его не сильно многочисленное прикрытие медленно ползли вперёд, преодолевая огненный коридор, что сами же и организовали. Дома по обочинам горели… Врагу бежать некуда, а мы закрываем единственный безопасный выход. Апокалиптично смотрящийся антураж и событие…
Расчистив путь ближе к машине наш отряд редел, как редели и вражеские ряды.
— Бутылки! Bottles! Flame on! Go! NOW! — Увлекаться схваткой с пехотой для нас означало смерть. Мы их просто разделили, шокировали, но их не мало. Впрочем, со стороны разбитого дома, где были позиции Шпильмана, выскочило несколько ополченцев, поддержавших нашу контратаку. Бить надо танк! Кто-то услышал меня, и вот мелькнула одна, другая, третья бутылка, сверкнул огонь, и машина, объятая жарким пламенем, стала замедляться…
Позади же, на мосту и за ним, не оказалось новых танков, но сквозь облако дыма вышли бронетранспортёры. Они тонули во всполохах попаданий пуль, Люда стреляла, очистила мост, перекрыла его завесой, но остановить броню было выше её сил. Одну машину достали бронебойщики, та крутнулась на месте, подставив корму и борт, слышал, как бамкают ПТРы. Молодцы мужики, выжили, выполнили возложенную на них задачу! Но этого очень мало! Я опасался такого больше всего. Сейчас пропадут с улицы живые англичане с канадцами, ставшие нам щитом, и тогда конец. Перебьют из пулемётов…
Но именно потому и призвал в бой нашу кавалерию! Знал, что могут так поступить англичане. Знал! Из-за склада ответом на мои мысли донеслись гулкие выстрелы автоматической пушки. От бронированных машин врага полетели искры и куски металла. 23 миллиметра это не пуля из ружья, это уже снаряд. Теперь БТРы можно списать…
Вокруг образовалось серьезное пустое пространство, русская штыковая в исполнении не молодых, но опытных солдат всё же смяла врагов, окончательно расчистив пространство улицы. Всё, дальше некуда, пора сворачиваться.
— Лёша! ДАВАЙ! — Круус, не отходивший от меня ни на шаг, оперативно выполнил приказ. Через несколько секунд отправил по дуге в корму ближайшего танка кумулятивную гранату. Исхитрился с такого короткого расстояния запустить заряд по крутой траектории, но в медленный, короткий полёт. И так удачно, что хотелось танцевать! Удар сверху по крыше МТО остановил танк моментально. Диким зверем взвыл катастрофически повреждённый двигатель, а пламя от бутылок жадно облизывало уже башню. Пора уходить!
— ОТХОДИМ!
Глава 21
A la guerre comme a la guerre
Обратно к пролому возвращаться не стали, только пару вестовых отправили к Людмиле с приказом отходить. Враг не бросил попыток атаковать мост, БТРы пошли вперёд, а нашему броневику Такера пришлось отойти под огнём — с вражеского берега вновь били гранатомёты. Но задачу они выполнили, и уцелели даже. Сами мы ушли по авеню прочь от моста, обойдя подбитый танк. Перестреляли начавших выбираться из него канадцев, кто-то из ополченцев исхитрился, не забираясь на танк закинуть в открытый люк бутылку. Второй Эксельсиор горел, воткнувшись ковшом в угол здания на южной стороне перекрёстка Мичиган-авеню и Гурон стрит. И застрял хорошо — большую часть дороги на юг перекрыл. Башня танка повёрнута вбок, люки приоткрыты, оттуда валит дым, и скачут весёлые языки пламени. Как и из окон домов над ним, где прежде сидели засадные пулемёты…
Эффективность англичан и канадцев была велика. Как и их напористость и бесстрашие. Они если и откатывались в этом бою, то на очень короткий срок. Из раза в раз возвращались с новыми силами, коих, кажется, в запасах безмерно много. Как они вообще прорвались через морпехов у Ромулуса? Неужели меж нами и границей никого серьезного, способного остановить, или хотя бы задержать врага не осталось? Мы не в десяти километрах от пограничья… И такой размах всего за два дня… Неужели никто не справился с задачей защищать свою страну?
Стрельба, взрывы, крики вокруг, на соседних улицах, на севере, юге и востоке от моста, отвечала на мой вопрос. Враг слишком хорош, а нас слишком мало. Да, мы нанесли ущерб. Задержали, и, что-то подсказывает, лучше других коллег задержали. Но где наши обещанные подкрепления? Думаю, закрался просчёт командования в вопросе темпах продвижения врага. Как тут подготовишься, если прут буром и с потерями не считаются? Мало времени было, и теперь мало нас осталось…
Мысленно выругался. Ну,
