Ричард усмехнулся, но повиновался и надел реликвию как полагается.
— Господи, если бы я знал, что буду лично собирать своего короля на бой ратный, — запричитал хемел, и его маленькие открытые ноздри наполнились слизью.
— Вот только без этого! — брезгливо отодвинулся от него Зорен.
Ричард приблизился к отряду и остановился перед шеренгой. Воины приготовились слушать указания командира.
— Нам нужно будет быстро проникнуть сквозь границу, — громко сказал принц. — Действие Призмы Рубикона слишком сильно! Килхи не смогут долго держать вход открытым. Мы должны атаковать вон там. — Принц показал рукой туда, куда бросил камешек. — На том направлении сосредоточены основные силы темных. Но одной схваткой тут не обойтись. Оправившись от неожиданности, враги бросят туда подкрепление, поэтому ты, Зорен, построй людей «башней», таким образом, чтобы первый отряд нападал толпой, потом врассыпную — и отступал, а следующий уже шел рядом, затем тоже врассыпную и так далее. Дразните их, провоцируйте, обманывайте! Мирен! Пусть килхи следят за тем, чтобы материя контура не сомкнулась до тех пор, пока весь отряд не окажется внутри. Интересно, сколько времени они смогут держать эти проходы открытыми?
— Недолго, — раздался гулкий голос.
Впервые за все время принц услышал голос килха. Из-за одинаковых лиц подданных Арианны было трудно понять, кто из них говорит, но Ричард быстро понял, чей это голос, когда один из килхов стал распространять в его сторону волны, похожие на северное сияние.
— При полном напряжении сил мы сможем держать отверстие в контуре несколько минут, — сказал килх. — Призма слишком сильна, мы никогда не вступали с ней в противоборство. Возможно, наши усилия будут стоить многим жизни.
— Мы можем поискать другой вариант, — предложил Ричард.
— Других вариантов нет! — громко сказал килх, просияв яркой вспышкой. — Мы готовы ко всему. Умереть во славу добра — это не участь, а счастье!
— Благодарю. — Ричард кивнул, приложив руку к груди. — Итак, Зорен, Фландер и Мирен остаются здесь с кинокефалами руководить башельерами, а Крис, Саймон, Роан, Элиот, Бриан, Кай, Тиан и десяток килхов идут со мной. Мы зайдем с другой стороны, вторгнемся внутрь, и часть людей с другого фланга сразу придет вам на помощь. Всем понятны задачи? — Ричард обежал взглядом людей и понял, что повторять ему ничего не придется. — С богом!
Принц приказал Зорену начать вторжение через двадцать минут. Столько же времени он рассчитывал потратить на то, чтобы обойти Камелот и оказаться на противоположной от места нападения его отряда стороне.
Без коней передвигаться было трудновато. В доспехах особенно не побегаешь. Килхам было легче, их доспехи были невесомы, не говоря уже о том, что они умели летать. Рядом с ними принц чувствовал себя черепахой, которую взяла на прогулку стая бабочек, но Ричард старался отвлечься от своих чисто человеческих ощущений и сосредоточиться на внутреннем источнике сил, которые готовы были вырваться из его груди искрящимся потоком.
Наконец они прибыли на место. Город по-прежнему дышал безмятежностью, так что со стороны, на фоне этой идиллической картины, действия рыцарей выглядели весьма странно.
Ричард стал ждать. Через некоторое время перед глазами стали мелькать еле заметные светлые точки. Принц поморгал, но точки не исчезали.
— Кажется, началось, — тихо произнес Кристофер, и Ричард понял, что ему не мерещится.
Точек становилось все больше.
— Рано. — Ричард придержал за локоть приготовившегося к атаке Саймона.
Подвижных частичек стало так много, что вскоре они превратили образ города в декоративную картинку, сложенную из них, как из песка. Немного позже этот песок стало уносить в разные стороны, как будто ветер сдувал его с листа бумаги, открывая изображение, спрятанное под ним.
— Ты был прав, — сказал Крис. — Теперь уже отступать поздно.
— Рано, — опять ответил принц, не сводя глаз с города.
Под действием открываемых килхами проходов город начал меняться. Под ярким, красочным слоем мирного бытия проступали полуразрушенные, местами закопченные башни, замки с пустыми глазницами окон, безлюдные площади, витые дороги, поросшие растениями висячих садов, за которыми давно никто не ухаживал. Город пребывал в запустении, но не утратил своего величия в ожидании истинного хозяина.
Вскоре реальную картину уже было нетрудно различить. Стало видно, что отряд атакует с другой стороны, не щадя сил, чтобы облегчить задачу принца.
Ричард был готов командовать наступлением.
— Помогите разомкнуть контур, пока мы будем входить, — попросил принц килхов.
Килхи собрались вместе и взмыли в воздух, разгораясь огненными шарами. Они объединились в единый светящийся сгусток, который, приблизившись к контуру, стал вращаться рядом с ним, выжигая смыкающуюся материю. Затем в сгустке стала возникать дыра. Сначала она была не больше монеты, но вскоре увеличилась до размера окна.
— Пора! — скомандовал Ричард и ринулся к границе.
Рыцари мигом последовали за ним.
* * *
Принц почувствовал, что перешел границу.
И все было не так, как час назад, когда он заглянул за тонкую грань защиты, построенной Призмой. Все было гораздо хуже. Ричард боялся даже подумать о том, что Даркан вновь переиграл его, предвидя, как он поступит, боялся, что обрек своих верных друзей на гибель, приняв неправильное решение.
В момент вторжения принцу показалось, что его тело само разложилось на мелкие частички, превратив его в песчаную скульптуру. Прыжок, который Ричард выполнил за секунду, растянулся для него долгим полетом над бездной, которую он, собственно, под собой и увидел. Изрыгающая языки пламени пучина, уходящая трещиной в глубь земли, тянула принца к себе изо всех сил, всасывая его потоком раскаленного воздуха. Ричард видел перед собой край этого адского обрыва, и вот-вот должен был коснуться его. Но ему казалось, что не хватит какого-нибудь десятка сантиметров, чтобы нога почувствовала твердь земли, и он сорвется вниз глыбой цветного песка, которой он себя сейчас ощущал…
Ричард сжал зубы и что есть силы мысленно толкал свое непослушное тело вперед, стараясь не поддаваться страхам. Он почувствовал, как наконец одна его нога обрела опору. Затем вторая. Тут же ему показалось, что его толкнул в спину порыв урагана. Лицо обжег горячий ветер. Он споткнулся и упал ничком, ударившись ладонями и правой скулой о землю. Почва была горячей, пальцы ощущали мелкий пепел, пахнущий горелым торфом. Принц всем телом почувствовал, что земля под ним еле заметно проседает. Он перекатился несколько раз и вскочил на ноги. В том месте, где он только что лежал, раздался шум, и довольно приличный пласт земли просел и сполз в огненную яму, вздымая в воздух россыпи искр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
