тобой работали лучшие конструктора разума... - сочувственно сказал мужчина. - Я постарался привлечь самых надёжных и опытных людей из спецслужб... Это те люди, которым я бы доверил себя.
- Да, но... как? - не мог понять Эрик, и я тоже не могла, хоть это происходило и не со мной. Наверно, будь это моя память, я бы вообще уже начала причислять себя к полоумным. -Как я мог просто не иметь доступа к своей же памяти? Я ведь маг, неужели я не мог почувствовать, что что-то не так со мной?
Ратмир немного подумал над ответом, а потом спросил:
- Не против, если я закурю?
Мы не были против, и он достал пачку сигарет, вытащил одну и закурил. По салону пошёл сладковатый дым с ароматом шоколада.
- Я не специалист, не могу объяснить хорошо... - опуская стекло и выдыхая дым в окно, сказал мужчина. - Это как Лестница Пенроуза... Бесконечная, невозможная лестница, по которой куда бы ни шёл, возвращаешься туда, откуда начал путь... Тоже самое и выстроили констуктора разума, только в сознании, в памяти, вернее... Всё, что знал Эрик о своём прошлом напоминало эту лестницу - он мог бродить по переулкам памяти сколько угодно и не нашёл бы нестыковки. Он не понял бы, что каких-то вещей просто не может быть... Например, родители. У Эрика были родители? - спросил он у Эрика.
- Были, - ответил он, задумчиво глядя куда-то сквозь стекло. - Они любили меня, у меня выдалось прекрасное детство, родители были прекрасными людьми, и я встречался с ними раз в две недели, по воскресеньям...
- Да, это и есть то, о чём я говорю, - затягиваясь, кивнул мужчина. - Ты не встречался с ними ни разу, и их не существует. Это цикл... Ты помнишь, что сегодня воскресенье и знаешь, что в прошлое ты виделся с родителями... Проходит неделя, но твои мысли относительно этого события остаются прежними... Неплохая ловушка для памяти. Ведь никто в здравом уме не занимается излишним самокопанием... Эрик же был в здравом уме и его жизнь шла прекрасно... Ты виделся с родителями на той неделе - это всё, этого вполне достаточно, чтобы верить и знать, что у тебя есть семья.
Это поразило меня сильно. Ведь так можно что угодно вбить в голову любому человеку! Ужас какой-то... Страшный человек этот Ратмир, что проделал всё это с Эриком и страшный человек Константин, раз вообще подписал подобный договор, выходом из ловушки которого было лишь подобное решение.
Дальше мы ехали молча, и я мысленно умоляла Ратмира просто довезти нас до нашего города и оказаться нормальным человеком... Ну, хотя бы относительно нормальным - не предателем.
Вроде бы всё шло хорошо, и через несколько часов молчаливой поездки, во время которой Эрик держал меня за руку, мы оказались в родном городе. это не дало мне должного облегчения, и моим спутникам явно тоже.
Теперь я была уверена, что Ратмир не просто так помог нам - у него была ещё какая-то цель, о которой он пока не говорил.
Мужчина припарковал машину возле какого-то дома. Видимо, здесь проживал Эрик.
Никто не спешил расходиться.
Голос первым подал Эрик:
- Они не отстанут, да? - спросил он тихо и хрипло.
- Да, - подтвердил Ратмир. - Это их долг и обязанность - убить тебя... Теперь ещё и дело принципа, я думаю...
- То есть - всё это бессмысленно, и мне в любом случае крышка? - уточнил он.
У меня внутри всё похолодело от его слов и от этого вопроса, заданного так просто, словно он говорил о погоде. Напряжённо я ждала ответа от Ратмира, жалея, что не видно его глаз.
- Есть один способ... - начал мужчина, обернувшись к нам. - Нужно поговорить с тем, кто спонсирует эту организацию... То есть, с настоящим её владельцем...
- Дай угадаю, - хмуро отозвалась я. - Его никогда никто не видел?
- Ну почему же, - пожал плечами Эрик. - Кто-то его определённо видел. Если только он не человек-невидимка.
Я хмыкнула скептически, показывая, что не смешно. Эрик безразлично пожал плечами в ответ, намекая, что он не очень-то и старался остроумничать.
Ратмир ответил по существу, выудив из кармана телефон и показав нам фотографию мужчины средних лет, сидящего на инвалидной коляске.
- Это он? - спросила я, и тут же подумала, что задала ужасно глупый вопрос, но, как оказалось, вовсе нет.
- Этот человек - его отец, - ответил Ратмир. - Он умер лет семь назад, но до этого, двадцать четыре года назад, он потерял способность ходить... Когда-то он был полковником спецслужб, знал многое, что другим недоступно, а потом так вышло, что стал инвалидом. И не на войне, а в мирное время в родном городке...
- Он пожелал эвтаназию? - догадался Эрик.
- Не совсем. Сперва - да. Его воля оказалась сломлена, и он мечтал о смерти. Но потом понял, что таких, как он, великое множество по всему миру. Люди вынуждены жить, не решаясь самостоятельно уйти из этого мира. Страхи и стереотипы, навешанные людям с детства, не позволяют им этого. И он решил помочь всем им. Поначалу действовал крайне скрытно, почти тайно... и безвозмездно. Но потом его сыну не хватало денег на обучение верховой езде, которой тот грезил, и отец решился начать свой бизнес... Он создал кампанию с нуля, а потом, спустя годы, она перешла его сыну по наследству... - Ратмир убрал телефон у нас из-под носов, и я смекнула, что про этого военного мы больше не услышим. - Егор, его сын, не хотел вообще продолжать дело отца. Да, в своё время тот нашёл цель в жизни и не стал играть со смертью, но Егор понимал, что существуй аналог этой кампании в то время, отца бы давно не было в живых...
- То есть, он против эвтаназии? - пытался поскорей добраться до сути Эрик.
- Да. Но кампанию он не развалит - это детище его отца...
- Допустим, мы отыщем Егора, но что дальше? Чем он поможет? Отзовёт всех своих агентов?
- Не совсем отзовёт... - попытался подобрать более точные слова Ратмир. - Видишь ли... С ним можно сотрудничать, и тогда про Константина забудут... Всё могло бы быть проще, но... понимаешь, Константин попал в не самое спокойное время для "лучшего пути"... Как раз бесследно пропал один из предыдущих
