В Калифорнии виргинские дубы оставались зелеными даже зимой, правда, листва по сравнению с более теплыми временами года заметно редела. И солнечные лучи, добираясь сквозь крону до травы, создавали на ней замысловатую мозаику из света и тени, которая на этот раз вдруг тронула его душу, захватила воображение. Эдом почувствовал, что находится на грани удивительного открытия.
А потом посмотрел на массивные ветви над головой, и настроение его переменилось. Сознание затуманил страх: в этот самый момент одна из ветвей могла треснуть, упасть и раздавить его в лепешку. А землетрясение просто могло свалить на него дуб.
Эдом метнулся к лестнице, которая вела в его квартиру.
Глава 50
Проведя среду туристом, в четверг Младший начал подыскивать себе квартиру. Несмотря на богатство, он не собирался надолго задерживаться в отеле: цены кусались.
И выяснил, что снять в Сан-Франциско квартиру далеко не просто. Первый день принес скромные результаты: ему лишь стало ясно, что даже за маленькую квартирку придется платить больше, чем он предполагал.
Вечер четверга, третий в отеле, он провел в том же баре, вновь поужинав телятиной. Развлекал гостей тот же пианист в смокинге.
На этот раз Младший был начеку. И внимательно следил за всеми, кто подходил к пианино, независимо от того, бросали они деньги в аквариум или нет.
Заиграв «Кто-то поглядывает на меня», пианист, похоже, не откликался на чью-то просьбу, потому что к нему давно уже никто не подходил. То есть эта мелодия входила в его постоянный репертуар.
Напряжение разом покинуло Младшего. Он даже подивился тому, что эта песня вызывала у него тревогу.
Так что до конца обеда все его мысли сосредоточились на будущем, прошлое ушло, казалось бы, навсегда. Но…
Младший наслаждался послеобеденной порцией коньяка, когда пианист взял тайм-аут. Зал наполнял едва слышный гул разговоров за столиками. И когда за стойкой зазвонил телефон, Младший услышал звонок.
Необычного тона, похожий на тот, что воскресным вечером зазвенел в крошечном кабинете в доме Ванадия: И Младшего мгновенно перенесло в то место и время.
«Ансафон».
Перед его мысленным взором с удивительной четкостью возник автоответчик. Любопытное устройство. «Ансафон» стоял на обшарпанном письменном столе.
В реальности — обычный бытовой прибор, облегчающий жизнь, создающий дополнительные удобства, но в памяти Младшего безобидный пластмассовый корпус обрел зловещие черты, словно в него вмонтировали готовую взорваться атомную бомбу.
Он выслушал тогда сообщение, но подумал, что оно никоим боком с ним не связано. И вот тут интуиция подсказала ему, что сообщение, возможно, для него более важное, чем даже звонок Наоми из могилы, которым она хотела дать знать детективу, что Младший виновен в ее смерти.
В тот вечер, с трупом Ванадия в «Студебекере» и трупом Виктории, дожидающимся, пока дом превратится в погребальный костер, у Младшего было столько хлопот, что он просто не мог осознать значимости сообщения. А теперь оно не давалось ему, прячась в темных закоулках подсознания.
Цезарь Зедд учит, что каждый эпизод нашей жизни, пусть самый маленький и незначительный, остается в памяти, даже самые бессмысленные разговоры с тупицами, с которыми иной раз приходится иметь дело. Этой проблеме он посвятил одну из своих книг, где указал, что мы не обязаны страдать в обществе зануд и дураков и должны как можно скорее избавляться от них, а также предложил сотни способов, с помощью которых их можно выдавить из нашей жизни.
Хотя Зедд рекомендовал жить будущим, он отдавал себе отчет в том, что у человека может появиться крайняя необходимость досконально вспомнить прошлое. И для того, чтобы вырвать воспоминания из упрямого подсознания, не желающего с ними расставаться, он предлагал встать под холодный душ, приложив к гениталиям лед, пока требуемые факты не всплывут на поверхность или переохлаждение не вызовет потерю сознания.
В элегантном баре роскошного отеля пришлось применить на практике другую методику доктора Зедда и выпить еще одну порцию коньяка, чтобы выцарапать из подсознания имя человека, который звонил Ванадию. Он сказал: «Это Макс».
Теперь сообщение… Что-то о больнице. Кто-то умер. От кровоизлияния в мозг.
Пока Младший пытался восстановить в памяти телефонное сообщение, вернулся пианист. И сразу заиграл мелодию песни «Битлз» «Я хочу держать тебя за руку». Медленная музыка вполне могла заменить снотворное. Вторжение британского попа Младший воспринял как знак того, что пора уходить.
Поднявшись в свой номер, раскрыл записную книжку Ванадия, которую так и не уничтожил. Нашел Макса. Макса Беллини. Проживающего в Сан-Франциско.
Это ему определенно не нравилось. Он-то думал, что все связанное с Ванадием осталось в прошлом. И вдруг появляется ниточка, ведущая в Сан-Франциско, где Младший.собирался строить свое будущее.
Под адресом значились два телефонных номера. Первый с пометкой «раб.». Второй — «дом.».
Младший глянул на часы. Почти девять.
Тем не менее Младший решил набрать рабочий номер, в надежде, что механический секретарь сообщит рабочие часы фирмы, в которой работает Беллини. А если бы ему удалось узнать и название фирмы, он бы понял, чем тот занимается. Прежде чем звонить Беллини домой, Младшему хотелось выяснить об этом человеке как можно больше.
Трубку сняли после третьего звонка. Грубый мужской голос ответил:
— Убийства.
На мгновение Младший подумал, что ему высказано обвинение.
— Алле? — Мужчина на другом конце провода проявлял нетерпение.
— Кто… кто это? — пожелал знать Младший.
— УПСФ, Отдел по расследованию убийств.
— Извините. Ошибся номером.
Он положил трубку и отдернул руку от телефона, словно обжегся.
УПСФ. Управление полиции Сан-Франциско.
По всему выходило, что Беллини, как и Ванадий, детектив, расследующий убийства. И звонить ему домой — идея не из лучших.
Теперь пропали последние сомнения в том, что жизненно важно слово в слово вспомнить сообщение, оставленное Беллини коллеге из Орегона. Но память никак не хотела ему помогать.
Каждый вечер, расстилая кровать, горничная клала на подушку завернутый в фольгу мятный леденец и наполняла ведерко со льдом. Скривившись, процедура предстояла неприятная, Младший отнес ведерко в ванную.
Разделся, включил холодную воду, встал под душ. Постоял, надеясь, что шок будет достаточно силен, чтобы растормошить подсознание. Надежда не оправдалась.
С неохотой, но убежденный в том, что рекомендации учителя обязательно дадут нужный результат, Младший зачерпнул из ведерка горсть ледяных кубиков и прижал их к самому теплому и дорогому местечку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
