Туннель впереди сделался шире и превратился в пещеру. Похоже, она образовалась после того, как существо, прорывшее туннель, несколько раз повернулось на месте, устраивая себе лежбище. Весь пол, насколько Рилд мог его видеть, был изъеден воронками, и сильно пахло кислотой.
Спустя мгновение он добрался до конца спуска и увидел, что догадка его была верна. В дальнем конце пещеры находился огромный пурпурный червь, даже более огромный, чем Рилд ожидал, — шагов, пожалуй, тридцать в длину. Он свернулся кольцами, словно змея, поднял голову и широко разинул пасть, с зубов размером с добрые кинжалы капала кислота. Халисстра стояла прямо перед ним, спиной к Рилду, с поющим мечом в руке, уставившись на чудовище. Чарующее заклинание, которое она пела, похоже, действовало. Монстр покачивался в такт мелодии, взгляд его крохотных глазок был застывшим и остекленелым. Рилда захлестнула волна восхищения. Халисстра — настоящее воплощение истинной женщины-дроу: сильная, бесстрашная, умеющая справиться с любой опасностью.
Боясь нарушить ее магию, Рилд замер у подножия спуска. Ему удалось проделать это совершенно бесшумно, но, шагнув в пещеру, он встал на изъеденный кислотой камушек, рассыпавшийся у него под ногой, и оступился. Нога его соскользнула в лужицу свежей кислоты, — к счастью, кожаный ботинок защитил его, но тихий всплеск дал понять Халисстре, что она больше не одна в пещере. Голова ее чуть повернулась — ровно настолько, чтобы увидеть, кто там, — и на лице ее отразилось изумление. Все это время она продолжала напевать, но мгновенная потеря зрительного контакта с пурпурным червем испортила заклинание. Мотая головой из стороны в сторону, брызжа кислотой, существо стряхнуло с себя последние остатки магии. Потом оно ринулось в атаку.
Метнувшись вперед, червь, широко разинув пасть, налетел на Халисстру. Та едва успела вскинуть меч и нанести удар снизу вверх, как ее голова и плечи исчезли в пасти чудовища.
Рилд прыгнул вперед, крича, чтобы привлечь внимание твари к себе. Он видел, как неровный обломанный кончик поющего меча показался из щеки червя, наискось проткнув кожу под глазом, но существо, казалось, даже не заметило раны. Хотя Рилд и мчался со всей скоростью, какую способны были развить его магические ботинки, червь был быстрее. Словно опускающийся занавес, его пасть продолжала обволакивать Халисстру, поглощая ее по грудь, по талию, по колени… Потом ужасные пурпурно-черные челюсти царапнули землю по обе стороны от башмаков Халисстры — и захлопнулись.
Рилд добежал до твари мгновением позже. Он размахнулся Дровоколом изо всех сил, намереваясь срубить чудовищу голову, но в этот миг услышал приглушенный вскрик Халисстры из глотки существа и увидел, как по его горлу медленно ползет вниз ком. Боясь, что заодно разрубит надвое и Халисстру, воин развернул уже опускающийся меч. Клинок ударил по одному из колец, глубоко разрубив пурпурную шкуру и обнажив розоватое мясо.
Червь забился, развернув кольца с такой стремительностью, что зацепил Рилда и отшвырнул его назад. Любой, кроме Мастера Мили-Магтира, от такого удара растянулся бы во весь рост, но Рилд был научен держаться на ногах. Одно из первых умений, которое отрабатывали новички, — как после удара откатиться и снова вскочить, используя для этого ноги, колени и локти.
Поскольку червь продолжал биться, Рилд ловко перекатился назад, потом снова прыгнул вперед, нанеся второй удар, в другое место на теле червя. Когда чудовище стремительно обернулось, пытаясь укусить его, Рилд сделал то, чего оно не ожидало. Он отскочил и взлетел.
Челюсти твари сомкнулись на том месте, где только что стоял Рилд, зубы вонзились в каменный пол. В следующий миг чудовище отпрянуло, поднимая голову и снова разевая пасть. Мгновенно отменив магию левитации, Рилд отвесно полетел вниз, легко приземлился на согнутые ноги и отскочил в сторону. Мимолетный взгляд в пасть и глотку червя — пустые — сказал ему, что страхи его сбылись.
Монстр проглотил Халисстру целиком.
И тогда Рилда обуяла ярость, сильнее и свирепее, чем ему довелось испытать в какой-либо из битв. Он услышал собственный, исполненный муки стон, глаза его обожгли слезы.
— Халисстра! — вскричал он.
Кинувшись вперед, он полоснул чудовище по горлу. Если бы только ему удалось убить червя достаточно быстро, возможно, еще хватило бы времени высвободить Халисстру, прежде чем желудочный сок твари убьет ее, — возможно, она была бы изуродована, но жива. И лишь это имело значение.
Вскрикивая при каждом ударе меча, Рилд прорубал в теле червя глубокие раны. У существа хватало ума — или по крайней мере инстинкта — отдергивать голову и шею назад, за пределы досягаемости клинка, но движения его все замедлялись с каждой новой раной в боку. Ободренный этим, Рилд все усиливал натиск, сознавая, что с каждым мгновением у Халисстры остается все меньше шансов. Червь опрометчиво опустил голову, подставив Рилду незащищенное горло. Воин прыгнул вперед, замахнулся — и долей мгновения позже понял, что это был хитрый обманный финт.
Едва Рилд устремился в атаку, червь взмахнул хвостом, из кончика которого высунулось жало, не замеченное прежде Мастером Оружия. Жало соскользнуло по нагруднику Рилда вниз и вонзилось ему в живот, будто нож, проткнув его до самых кишок. Почти ослепнув от внезапной боли, он отшатнулся, рывком освободившись от смертоносного шипа. Сделав два-три нетвердых шага, он сумел опереться на Дровокол, но вслед за болью от раны по телу его словно распространился жидкий огонь, мгновенно разлившись от живота до кончиков пальцев на руках и ногах. В этот ужасный миг Рилд понял, что отравлен. Внезапно ослабев настолько, что не в силах был больше держать меч, он выронил его.
Мастер Оружия смутно слышал, как металл лязгнул о камень, поскольку в ушах его грохотом отдавались тяжелые, частые удары сердца. Боль была такая, словно кто-то налил ему в живот кипятка. Он повалился на пол и едва сумел смягчить падение, выставив руку. Зажимая другой рукой живот, Рилд заставил себя медленно поднять голову, чтобы, когда червь станет глотать его, встретить смерть лицом к лицу.
Во всяком случае, подумалось ему сквозь грохот пульсирующей в его висках отравы, он заплатит собственной жизнью за то, что Халисстра из-за него потеряла свою. Он умрет рядом с ней — медленной, мучительной смертью, именно такой, какую заслужил. К своему изумлению, воин увидел, что червь не намерен нападать на него, — он снова отполз к дальней стене. Должно быть, Рилду удалось ранить тварь серьезнее, чем ему казалось. Потом, к своему ужасу, Мастер Оружия увидел, как на боку у червя появилась выпуклость — и исчезла. Такое могло быть, лишь если внутри твари двигалось что-то живое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
