Он всё ещё раздумывал о ситуации с Белоплащниками. За последние дни обе армии обменялись несколькими посланиями: Перрин старался склонить Белоплащников к новым, более обстоятельным переговорам, те же, в ответ, настаивали на сражении. Фэйли отругала его за то, что улизнул на прошлую встречу без неё.
Перрин тянул время, давая возможность Илайасу и айильцам провести разведку и попытаться найти способ вызволить людей, но всё шло к тому, что такой возможности не представится. В своё время в Двуречье ему это удалось, но там была лишь горстка пленных. Теперь же речь идет о сотнях.
Он никак не может справиться с терзающим его чувством вины. Что ж, придётся Фэйли с ним срочно поговорить.
Она прошла сквозь лагерь, оставив высоко поднятые развевающиеся знамёна Майена по левую руку.
«И этим тоже надо срочно заняться», - подумала Фэйли, подняв голову к стягу Берелейн. Слухи о ней и Перрине были проблемой. Фэйли всегда подозревала, что в её отсутствие Берелейн попробует что-нибудь предпринять. Но оставить Перрина на ночь в своей палатке было верхом наглости.
Ответные шаги Фэйли придётся предпринимать с чрезвычайной осмотрительностью. Её муж, его подчинённые и союзники - все находились в шатком равновесии. Она поняла, что не прочь спросить совета у матери.
Это открытие потрясло её, и она остановилась в нерешительности на разбитой тропе, покрытой втоптанной в грязь пожухлой травой. «Свет, - подумала Фэйли. - Вы только посмотрите, что со мной стало».
Всего два года назад Фэйли, в то время носившая имя Заринэ, убежала из Салдэйи, чтобы стать Охотницей за Рогом. Тогда она взбунтовалась против долга старшей дочери и обучения, на котором настаивала мать.
Она убежала вовсе не из-за ненависти к занятиям. В действительности, она проявила способности во всём, что от неё требовалось. Так почему же она сбежала? Отчасти - из жажды приключений. Но отчасти - и она призналась себе в этом только теперь - из-за ожиданий. В Салдэйе ты всегда делаешь то, что от тебя ожидают. Ни у кого не возникает сомнений, что ты исполнишь свой долг, тем более, если ты родственница самой королевы.
Вот поэтому… она сбежала. И не потому что ненавидела судьбу, которая ей была уготована, нестерпим был сам факт неизбежности этого. И вот она здесь. Использует всё, чему её учили по настоянию матери.
Фэйли чуть не рассмеялась. C первого взгляда она могла рассказать о лагере много интересного. Скоро им придётся искать хорошую кожу для обуви. Воды хватает, поскольку в последние дни часто моросило, зато сухие дрова для походных костров на исходе. За одной из групп беженцев - бывшими гай'шайн из мокроземцев, поглядывавших на айильцев Перрина с открытой враждебностью - стоит приглядывать повнимательнее. По пути Фэйли осматривалась, желая удостовериться, поддерживается ли в лагере надлежащая чистота, и следят ли за собой солдаты. Некоторые мужчины могут очень внимательно ухаживать за своей лошадью, забывая при этом нормально поесть. Или, по крайней мере, съесть что-нибудь полезное. Не говоря уже об их привычке чуть ли не до утра болтать у походных костров.
Она покачала головой и направилась к окружавшему военный лагерь кольцу складов, занятых интендантами, квартирмейстерами и фуражирами, где для полчищ поваров и служанок были разгружены фургоны с продовольствием. Скопление складов само по себе было размером почти с деревню - через них проходили сотни людей, снуя по тропкам, быстро образующимся в грязной траве. Фэйли миновала группу молодых землекопов с перепачканными лицами, рывших ямы, затем -галдящих и щебечущих женщин, чистивших картошку. Очистки собирали и бросали в заготовленные ямки детишки. Их было немного, но армия Перрина привлекала множество голодающих семей со всей округи, умолявших их приютить.
Очищенный картофель в корзинах слуги бегом таскали к котлам, которые молодые девушки медленно наполняли водой, принесённой из ручья. Подручные поваров раздували угли, а старшие повара добавляли специи в соусы, которыми будут поливать остальную еду: это был единственный способ придать вкус такому огромному количеству пищи.
Мимо, шаркая, прошли несколько пожилых женщин - в лагере их было немного. Согнувшись под тяжестью прожитых лет, в спадающих складками шалях, они несли в своих тонких руках лёгкие плетёные корзины с собранными травами, переговариваясь надтреснутыми старческими голосами. Туда-сюда сновали подносившие дичь солдаты. Мальчики повзрослее, но ещё не ставшие мужчинами, собирали щепочки для розжига огня. Фэйли прошла мимо одной такой стайки, отвлёкшейся на ловлю пауков.
Хаос и порядок уживались вместе, как две стороны одной монеты. Удивительно, как хорошо сюда вписывалась Фэйли. Оглядываясь в прошлое, она видела, что всего несколько лет назад была лишь испорченным, эгоистичным ребёнком. Бросить Порубежье, и стать Охотницей за Рогом? Наплевать на обязанности, дом и семью. О чём она только думала?
Фэйли прошла мимо занятых помолом зерна женщин, обошла разложенную на лежащем рядом с ними одеяле кучу свежесорванного дикого лука для супа. Хотя она была рада, что сбежала и встретила Перрина, это её не извиняло. Поморщившись, она вспомнила, как заставила Перрина путешествовать в одиночку во мраке Путей. Она даже не помнила, чем он так вывел её из себя, хотя никогда ему в этом не признается.
Однажды мать назвала её избалованной - и была права. А ещё она настаивала, чтобы Фэйли научилась управлять поместьями, в то время как сама Фэйли мечтала выйти замуж за Охотника за Рогом и провести жизнь вдалеке от армий и скучных обязанностей знати.
«Благослови тебя Свет, мама», - подумала Фэйли. Что бы они с Перрином делали без этой подготовки? Без полученных от матери уроков от Фэйли не было бы никакого толка. Управление всем лагерем легло бы на плечи Аравайн. Одна она бы не справилась, хотя и проявила себя умелым управляющим в лагере Перина. Да и никто от неё и не ждал подобного подвига.
Фэйли добралась до поста квартирмейстера, который располагался в небольшом шатре между земляными печами. Лёгкий ветерок принёс смесь запахов подгоревшего жира, варёной картошки, перечного соуса, приправленного чесноком, и влажного запаха картофельных очистков, для небольшого стада свиней, пригнанных из Малдена.
Квартирмейстер, Бавин Рокшо, был бледным кайриэнцем со светлыми прядями в седеющих каштановых волосах, напоминавших шерсть дворняги. У него были длинные и тонкие руки и ноги, впалая грудь, но идеально круглый животик. Вероятно, он работал квартирмейстером ещё в Айильскую Войну и был настоящим мастером своего дела - экспертом, поднаторевшим в надзоре за снабжением, как краснодеревщик в работе с деревом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
