И Ник был прав. Их было много. Я не видела, где заканчиваются ровные ряды оххаронцев, а они все выходили и выходили — бесчисленное войско, пришедшее погубить Пятиземелье.
Много. О, Боги! Как же их было много!
— Назад, — скомандовал Райден, и они со Зрячим одновременно сплели заклинание.
— Вперед, — прозвучал женский голос, и я повернула голову, пытаясь увидеть ту, кому он принадлежал.
Сердце сделало скачок и забилось в сумасшедшем ритме, когда черно-багровые ряды чуть раздвинулись, и мелькнула тонкая фигура и восхитительно красивое лицо повелительницы Тьмы. Никогда я не видела женщины прекраснее, она была словно статуя из света и льда — великолепная, совершенная и… неживая. Глаза цвета ночи, волосы белее снега, губы, словно кровь на кости.
Я чувствовала странную связь между нами, и не могла оторвать от нее взгляда, не замечая ревущих оххаронцев, начавших наступление, не видя пламени драконов, что не могло коснуться совершенного тела королевы тьмы.
А потом я увидела еще одну женскую фигуру — высокую брюнетку, и застыла, пораженная в самое сердце.
Невозможно не узнать эти лица. Королевы и той, что стояла рядом с ней. Потому что я видела такое лицо каждый раз, когда смотрела в зеркало. Они были старше — эти темные, пришедшие из другого мира. Но во мне была их кровь и их обличие.
Кто они мне?
И почему я так мучительно на них похожа?
— Лея! — я очнулась, словно из омута вынырнула.
Вокруг творилось что-то невообразимое! Магистры сплели заклинание, и перед нами выросла стена из воды, сквозь которую с ревом пробивались дикие звери. Драконов в небе атаковали странные и жуткие существа — на сером раздутом теле была длинная и лысая шея, оканчивающаяся головой с изогнутым клювом. Крылья, похожие на рваные паруса — серые и хлопающие на ветру. Лапы куриные, желтые, но с длинными когтями, которыми они рвали чешую драконов. Они были значительно меньше ар-нори, но их было много, ужасающе много! Целая туча уродливых существ, взмывших в небо над Рифом!
Первые звери врезались в толщу водяной стены, вгрызлись в нее когтями и… исчезли!
— Куда ты их закинул? — хрипло крикнул Райдену Зрячий. Тот лишь поморщился, не отвлекаясь. По его виску стекла капля пота, лицо побледнело.
— Нас окружают! — воскликнула Тисса. — С другой стороны! Смотрите!
Я развернулась и застыла. Со спины к нам приближались оххаронцы. И впереди был… Шариссар!
Милостивые Боги, помогите нам! Нас просто взяли в кольцо, с двух сторон!
Я подняла голову, отыскивая глазами драконов, что бились в небе. Но они не могли помочь, отбиваясь от облепляющих их существ.
А потом сквозь водяную стену прорвались стражи, и я не поняла, что произошло. Время разделилось на короткие миги-вспышки, взгляд выхватывал их, словно куски изображений, а сознание не успевало осознать и понять.
Миг — и на меня бежит страж, багровый плащ развевается на ветру. Он заносит свои зазубренные клинки, в темно-синих глазах — пустота и моя смерть.
Миг — и темная тень заслоняет меня собой, откидывая оххаронца. На багровом плаще не видно крови.
Миг — и Шариссар смотрит мне в лицо, а потом вновь отворачивается, встречая следующего врага и закрывая от нападающих своим телом.
Врага? Но это наши враги! Не его!
Так почему он стоит передо мной, рубит зазубренными клинками оххаронцев и хрипло выкрикивает приказы тем воинам, что пришли с ним?
Время вновь понеслось стремительно и неудержимо, словно сорвавшийся с привязи дикий конь, вокруг выли и рычали, скрежетал металл, и сладко — горько пахло уже пролитой кровью.
Нас закрывали спинами оххаронцы из Острога. Те, что пришли за своим господином и встали плечом к плечу против своих же. Я успела увидеть Айка до того, как он стал зверем. На его спине были белые полосы шерсти, и даже в этом обличии он казался усмехающимся.
Райден и Шариссар лишь обменялись короткими взглядами, без слов, и отвернулись друг от друга. Но бились слаженно: обернувшийся Шариссар — когтями и зубами, маг — заклинаниями.
Рядом с Шариссаром и оххаронцами были странные существа — бледные и тонкие, покрытые чешуей. Некоторые — частично, один — почти полностью. Словно… ящерицы.
Тисса очнулась раньше меня, вскочила на осколок башни и уже выпускала свои стрелы, безошибочно поражая живые мишени. Камилла стояла рядом с ней и качалась в трансе, призывая стихию, прорицатели образовали круг, усиливая друг друга и выкрикивая предсказания. Правда, в нарастающем шуме боя, в смешавшихся друг с другом рядах оххаронцев и всеобщем хаосе их уже вряд ли слышали.
Я увидела мельком Ринку и Полину, что подползли к упавшему парню в черной мантии и пытались его оттащить в сторону, чтобы мага не затоптали. Но рядом упал еще один. И еще.
— Арви! — крик Тиссы донесся до меня сквозь грохот и вой, сквозь рычание зверей и лязг клинков. И лучница вдруг вспыхнула алым пламенем, словно живой факел, а потом отбросила опустевший колчан. На ее ладони возникла новая стрела — огненная, и Тисса пустила ее в ряд оххаронцев. Небо вспыхнуло от ее стрел — живых молний, что выпускала Тисса. Она все еще выкрикивала имя своего возлюбленного, но самого парня я не видела, его смели прорвавшиеся сквозь стену черные звери.
Но пылающую Тиссу я видела лишь краем глаза, потому что била хлыстом. Вновь и вновь, уже не чувствуя рук и почти падая от усталости. Пока меня закрывал Шариссар и маги, у меня еще была такая возможность и пространство для маневра, но совсем скоро мое оружие станет бесполезным в этой мешанине из живых тел. Магистры уже дрожали от усталости, но как только рухнет водная стена, поток оххаронцев станет нескончаемым, он просто затопит нас! Нас растопчут, задавят численным превосходством, даже не выпуская когти!
И тут…
— Корабли… — закричал Ник. — Пришли корабли!
Его крик был слабым в той какофонии, что окружала нас, но мы услышали и подхватили, потому что эти слова означали надежду на спасение! Корабли! В Хандраш пришли корабли!
Мы орали от радости и снова сражались, мы пытались выстоять! А потом на поле хлынули люди. Вооруженные воины Пятиземелья, в зеленых мундирах, со знаком Искры и Меча на груди. И вновь мы кричали, хотя кто-то кричать уже не мог… Стена из воды пала, и черно-багровое смешалось с зеленым, словно с двух сторон плеснули разными красками.
И я уже не радовалась.
Потому что увидела, как упала Тисса, и боль разлилась у меня в груди.
Далеко — я не могла к ней подобраться. Она упала на тот камень, с которого выпускала свои стрелы, свесилась неудобно, лицом вниз, опустив ладони, из которых выпал ее лук. Она больше не горела, исчез огонь, и стало видно, какая Тисса тонкая и хрупкая. В ее спине торчал клинок, и выглядел он таким неуместным, что хотелось подбежать и убрать, словно это поможет юной и храброй лучнице… Закричал Арви. Его меч, уже красный от вражеской крови, замелькал с невероятной скоростью. Он кричал ее имя, но в ужасающем шуме сражения его не было слышно, и я лишь видела, как маг открывает рот.
