Читаем без скачивания Беспредел - Игорь Бунич

Серебряный век в искусстве, золотой век книгопечатания, небывалая в истории свобода слова, расцвет журналистики и газетно-журнального дела, расцвет театров и музеев — все это произошло в царствование самого великого царя в нашей истории — Николая Александровича Романова.

Он вводит в стране основы парламентской демократии и свободные выборы. Он внимательно следит за этими процессами, отлично понимая, что страна еще не совсем готова к подобным преобразованиям. При нем запускается невиданная доселе программа народного образования.

Расцветают университеты и высшие учебные заведения, пользуясь свободой, которой они никогда не имели и никогда не будут иметь в будущем. О николаевских гимназиях, реальных и коммерческих училищах до сих пор ходят легенды, а уровень получаемого там образования удивляет до сих пор. К 1913-му году общий бюджет народного образования достигает колоссальной до того времени цифры — полмиллиарда золотых рублей, а темп его прироста за 20 лет — 628 процентов! В самой начале царствования начальное образование в России становится бесплатным, а с 1908-го года — обязательным.

А как изменился облик городов! То что мы видим сегодня в Ленинграде, за вычетом несколько дворцов XVIII века и нескольких сохранившихся неказистых трехэтажных зданий того же времени, построено в царствование Николая II, включая и большую часть памятников, половина из которых уничтожена.

Небывалый расцвет пережила русская наука. Имена Павлова, Менделеева, Попова, Бехтерева и многих других появились в царствование Николая. Россия уже начала строить самые крупные в мире самолеты и на одном из них — "Илье Муромце" — в кабине пилота история запечатлела на память улыбающегося царя.

Царствование Николая II было настоящее РУССКОЕ ЧУДО. Тысячелетняя война затихала и сходила на нет. Открылся такой простор для созидательной и творческой деятельности, что он захватил все русское общество. По полям уже ходили первые тракторы и комбайны. Началось строительство московского метро и проектирование петербургского. Геологоразведка сообщила о небывалых запасах нефти на территории империи, а в архиве сохранилась интереснейшая записка, набросанная лично императором, о возможности распределения будущих доходов от нефти на все население страны, что должно было на порядок поднять уровень жизни. Да, проблем было много. Да, Николай II совершал ошибки. Но то, что он успел сделать с доставшейся ему полуказармой-полутюрьмой, вызывает восхищение этим скромным и выдающимся человеком, гнусно оболганным его убийцами в лучших традициях Российской истории.

Если у кого-нибудь когда-нибудь возникнет желание прекратить бушующую в России войну, то ему следует внимательно изучить методы этого небывалого в русской истории самодержца.

Невозможно объяснить чудо царствования Николая II. Возможно, что Сатана, избравший Россию своим полигоном, буквально на минуту смежил своп веки. Но он проснулся и с удивлением взглянул на полигон.

В разгар созидательного шествия России к свету и процветанию под ней взорвалась вторая мина, заложенная Александром III. В состоянии какого опьянения покойный царь за заем в миллиард франков привязал союзом Россию к потерявшей голову от реваншистского угара Франции? Разве не видно было всем, кто имел глаза, что Франция покупала русское пушечное мясо для своей грядущей войны с Германией за Эльзас и Лотарингию. Видит Бог, сколько раз Николай II хотел отделаться от этого союза, видя его смертельную опасность, но неумолимый рок вел его к катастрофе 1914-го года. Франция воевала за свои утраченные в 1871-м году провинции, Англия — за свою мировую империю. А Россия? Никто не может даже толком сформулировать — за что? За Босфор и Дарданеллы? За идею панславянизма, имея среди своих противников Болгарию? Кто втянул Россию в мировую бойню для спасения Западной Европы? Нет, не для спасения Западной Европы, а для возвращения России в ту кровавую канаву, по которой она ползла то ничком, то на четвереньках в течение тысячи лет. Как бы ни маскировались большевики псевдомарксистскими лозунгами, они представляли из себя именно ту феодально-крепостническую реакцию, которым все реформы Николая II были хуже смерти, а выпрямившаяся в полный рост Россия внушала ужас и отвращение.

В итоге произошло то, что неизбежно должно было произойти в России с таким царем, каким был Николай II. Он был свергнут с престола и безжалостно уничтожен вместе со всей своей семьей. Сразу же после этого рухнула и перестала существовать Российская Империя. Власть в стране захватила страшная террористическая организация во главе с кровавым маньяком Владимиром Лениным. Страна утонула в кровавой смуте и небывалом терроре, по сравнению с которым самый свирепый террор русских царей и императоров мог показаться детской шуткой. Число жертв стало исчисляться миллионами".

Так заканчивалась первая часть этой, скажу честно, страшной книги. У меня застучало в висках, чего раньше никогда не было. Читая о царствовании Николая II — Николая Кровавого, я не мог прийти в себя от изумления и возмущения. Разве так можно передергивать факты. Разве всем не известно, что… Мысли путались. Союз рабочих и крестьян. Великий Ленин. Народ и партия едины. СССР — оплот мира и дружбы народов.

Не в силах привести свои мысли в порядок, я завалился спать.

Утром я снова открыл книгу. Вторая часть называлась "Глобальная война". Ее можно было не читать — это была обычная антисоветчина, которой я к этому времени начитался достаточно.

Суть рассуждений автора, однако, сводилась к следующему. Еще до захвата власти большевики, хорошо проанализировав происходящие в России процессы, решили прекратить тысячелетнюю войну одним махом: массовым истреблением всех, кто в ней потенциально мог бы участвовать. Задача, стоявшая перед ними, была гораздо сложнее, чем, скажем, та, что стояла перед Иваном Грозным. Но и средства у них были более передовыми.

Предстояло уничтожить по меньшей мере добрую половину населения бывшей Российской Империи, причем самую лучшую половину: интеллигенцию, дворянство, офицерство, чиновников и миллионы крестьян, словом, всех, кто не вписывался в их модель рабовладельческого государства, замаскированного демагогическими воплями о всеобщем равенстве и построении нового социалистического общества. И как правильно указывал Ленин, "нет такой задачи, которая была бы не по плечу большевикам".

Прямо с 1917-го года началось массовое истребление населения страны — страшный конвейер, работавший круглосуточно в течение почти 40 дет. Счет пошел на миллионы и десятки миллионов людей. Как языком слизнуло тонкий интеллигентско-культурный слой, созданный за последние 20 лет существования императорской России. Миллионы людей бежали из страны. Те, кто рискнул остаться, были безжалостно уничтожены. Слой за слоем снимался с бывшего русского общества и сбрасывался во рвы и котлованы братских могил. Оставшихся сгоняли в армейские и трудовые шеренги, ибо достижение мирового господства было объявлен но официальной государственной доктриной. Она меняла формы от "неизбежной мировой революции" до "неизбежности всемирной победы коммунизма", но по сути оставалась неизменной. Фактически оказалась уничтоженной и Россия, и та общность, которую называли русский народ, потому что выведенный в результате этой бесчеловечной мутации "советский человек" так же не похож на русского, как современный итальянец на римлянина — белокурого и синеглазого, времен, скажем, императора Веспасиана, то есть до нашествия варваров. И только обезглавленные православные храмы — памятники погибшей цивилизации — свидетельствуют еще, что существование Российской Империи не было мифом, как существование Атлантиды.

Это была невиданная бойня. Такого массового истребления людей не знала человеческая история и все существующие термины не в состоянии описать то, что происходило на территории уничтоженной Российской Империи, получившей название СССР. Массовые убийства, бойня, резня, геноцид — вся эта известная терминология ни на йоту не отражает истинного положения вещей, космического масштаба преступлений и океанов пролитой крови.

А между тем, это было продолжение тысячелетней войны, принявшей глобальные размеры. Это была именно война, и правителям в Кремле только казалось, что они ею управляют. Боевые действия, перехлестывая через кремлевские стены, собирали там кровавый урожай, в процентном отношении нисколько не меньший, чем в любых других местах гигантской страны.

В достигшей небывалого ожесточения тысячелетней войне гибли наркомы, члены политбюро, члены ЦК (иногда полным составом), маршалы, генералы и адмиралы, погиб почти весь командный состав армии, тысячами гибли чекисты-энкеведешники-гебисты, а их руководящий состав просто превратился в своего рода корпус "камикадзе", полностью истребляемый в ходе боевых действий.