Из гаража отделения, тем временем, выехало до десяти единиц бронированного транспорта, а в воздух поднялось три боевых вертолёта. Во избежание неприятных инцидентов полицейские не решились стрелять первыми, тем не менее, будучи готовыми к любым инцидентам.
— Дыра, из которой прут пауки. А я думал, что такое встречается только в романах Айрета Оуларена, — не сдержавшись присвистнул Клиффорд. Он медленно подошёл к знакомым агентам. — И когда она появилась?
— Пять минут назад. Слышали бы вы, какой здесь вопль от них стоял; удивлена, что оказались настолько глухими, — с нотками надменности в голосе заявила Ренат, даже не поворачиваясь к агентам.
Клиффорд проигнорировал грубую Ренат и вместе с Джейклом встали на безопасную линию. Метровые пауки даже не дрогнули на подходящих агентов, поднятый транспорт и наставленное на них оружие; они продолжали то залезать, то вылезать обратно, словно привлекая к себе всеобщее внимание. В их движениях не было агрессии, но полицейским от этого было ничуть не легче: метровый паук — это метровый паук, осознать факт существования которого может быть непростой задачей даже для подготовленного человека.
— Что они делают? Что за хороводы вокруг? — спросил Арканцев, понимая, что точного ответа ему никто не даст.
— В жертву кого-то приносят? — высказался присутствовавший здесь Эдвард. — У нас все здесь на местах? Никого не утащили? Вроде никого.
— Чего мы вообще ждём? Открыть огонь — и на фарш пустить, а оставшихся выкурить из дыры; не доверяю я этим членистоногим, — поделился мнением Ли, медленно крутя пулемётом то на одного паука, то на другого.
— Предлагаешь бойню устроить на ровном месте? — со скепсисом повернулся к нему Джейкл. — Сам будешь отвечать за каждого отравленного и съеденного?
— Замолкли все! Смотрите! — резко выпалил Килобайт, указав агентам на происходящее.
Из расщелины начало вылезать бесчисленное количество пауков, общая сумма которых перешла за сотню; они, шипя, приняли угрожающую позу, казалось, готовясь к атаке… Но затем, вместо предполагаемого нападения, разошлись и начали выстраиваться в какой-то непонятный для агентов порядок. Непонятный для наземных, но видимый для тех, кто управляет вертолётом.
— Паук! — воскликнула Эдвартуки из вертолёта, показывающая на расщелину пальцем. — Паук!
— Ты очень проницательна, Эдвартуки, спасибо! Мы даже не предполагали, что это! — в сарказме ответил ей Килобайт.
— Вы не поняли! Паук! Они выстраиваются в форму паука!
Полицейские внимательно присмотрелись к действиям пауков: они действительно строились каждый в характерную позицию таким образом, что свысока образовывали одного цельного гигантского паука. Это удерживало агентов в напряжении, поскольку никто не знал следующие действия вылезших членистоногих.
Что это может вообще означать? Пауки, даже если брать в учёт наполовину разумных в метр ростом, не ведут себя так неестественно. Значит, ими кто-то управляет, но кто это может быть?
Спустя некоторое время пауки закончили выстраиваться в одного единого паука. На некоторое время повисло гнетущее молчание, прежде чем абсолютно все членистоногие насекомые поднялись на задние лапы, пронзительно зашипев; в этот момент каждый присутствовавший на улице полицейский приложил все свои внутренние усилия, чтобы от напряжения не открыть огонь раньше времени. Вставшие на задние лапы пауки зависли, будто приклеенные; их глаза засветились фиолетовым цветом, а мандибулы были широко разведены в стороны.
— "Человеки", — прозвучало от пауков. Это был один женский голос, но будто раздробленный, сказанный хором из сотни шипений. — "Нашими устами молвит Паучья Королева. Кто удостоится храбрости встретиться с её посланниками?"
Это событие настолько поразило и удивило всех окружающих, что ещё целую минуту на улице установилась гробовая тишина, даже пауки перестали шипеть, ожидая, когда кто-нибудь выйдет вперёд. Наконец, спустя время, полицейские оживились и начали переговариваться друг с другом, но никто не решился подойти вперёд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кроме одного единственного агента: он, спрятав пистолеты, вышел из толпы, смело посмотрев в бесчисленное количество фиолетовых глаз, уставившихся на него.
— Я удостоюсь, — чётко выразился Мэйнайо. — Говорите.
— Твою мать, Джей… ой, дурак, — Элиас закрыл лицо рукой.
— "Пусть будет так", — продолжали вещать пауки.
Полицейские тихо зашептались между собой, смотря то на пауков, то на вышедшего впереди Джея. Несколько агентов, вдохновившись примером, тоже попытались выйти, но их удержали на месте.
— "Паучья Королева наблюдала за вами, человеки. Королева существует на этой земле очень долго; Королева застала самые давние времена мира; Королева видела ваших далёких предков и предков ваших предков здесь, на поверхности. Вы не беспокоили Королеву — Королева не беспокоила вас. Так шли столетия. Но сейчас вы обеспокоили Королеву — вы испытываете её терпение и доброту. Королева ждёт вашего ответа, человеки."
Здесь немалая часть полицейских дрогнула, опустив оружие: одно дело, когда видишь бесчисленное количество диких пауков, но поддерживаешь в себе уверенность, стоя в одном ряду со своими напарниками — и совсем другое, когда осознаёшь, что перед тобой — могущественный, коллективный разум, на который может не хватить всех твоих стараний и усилий твоих коллег из отделения. Тем не менее, Джейкл, стоящий впереди, пока что держался и не отступал ни на шаг, хотя паучье шипение вблизи, казалось, влияло ещё сильнее, выворачивая сознание и разум наизнанку.
— Мы заняты своими делами на поверхности и беспокоить вашу Королеву не хотели, — заявил спецагент. — Сейчас у нас идёт расследование и поимка нескольких опасных преступников, они угрожают нашим жизням и целостности нашего государства.
— "Ваши действия создают Хаос. Вы колеблете хрупкое мировое равновесие, вы беспокоите подземелья, вы тревожите покой нашей Королевы. Вы занимались этим раньше — было недостаточно, Королева была удовлетворена; вы занимались этим позже, мы были встревожены; вы засыпали наши пещеры — и поступили мудро, Королева была удовлетворена. Первое потрясение настало позже, ваша война сотрясла наши колонии, сотрясла наш мир, испугала Королеву. Королева поступила великодушно — дала вам второй шанс. Вы не воспользовались им — вы продолжаете колебать мир, порождать Хаос. Хаос есть плохо. Нет порядка без хаоса, но нет хаоса без порядка. Вы не осознаёте — вы творите Хаос. Королева ощущает вашу злость, Королева ощущает ваш страх. Продолжите хаос — погубите Мир, погубите Королеву."
— Колебать мир? — Арканцев не сразу нашёл, что ответить на это заявление. — Как ловля преступников может порождать Хаос? Почему раньше всё было спокойно, а сейчас — нет? Раньше бандитов не было?
— "Хаос, творимый во благо, есть самая худшая из всех его существующих форм. Вы создаёте хаос, борясь с другим хаосом. Вы сделали это раньше — вы устроили горе и сотрясли Мир. Он не оправился от последствий до сих пор. И вы продолжаете его трепать. Вы продолжаете устраивать убийства, сеять ужас, порождать злобу. Королева великодушна, Королева добра, но Королева не слаба — она сломает вас, как вы ломаете мир. Королева предупреждает вас — остановитесь, иначе пожалеете, иначе она вмешается. Вы не остановите её — Королева всемогуща, Королева — правитель подземелий Мира. Этим подземельем может стать ваша поверхность, ваши жизни будут подчинены ей, если вы сами не можете ими управлять"
Джейкл с недовольством потёр голову: ему всё-таки не показалось и этот паучий шёпот действительно плохо сказывался на работоспособности его мозга. Неизвестно, насколько ещё затянется этот разговор и как долго Арканцев сможет терпеть эту головную боль, раскалывающую его изнутри, но он попытался выложиться настолько, насколько у него хватит усилий.
— И что Королева предлагает нам делать? — скрестил руки Джейкл, поморщившись от боли. — Бросить всё и позволить преступнику уничтожить нашу родину, да? Он своими действиями вашему балансу сделает только хуже, чем мы сейчас!
