оружия. «Необузданная страсть к игре и пьянству,— свидетельствует очевидец,— кипела в их крови. Любимое словцо или поговорка их: «Бутылка — друзьям, оружие — врагам». И правда, в седле каждого непременно найдешь бутылку рома и пистолет... Азартные игры и распутство в различных его видах начинают теперь мало-помалу выступать ярче наружу. Грабежи и убийства натурально бесчисленны. Но о них невозможно сказать ничего определенного, потому что свидетелей нет, а мертвые не рассказывают повестей». От Сьерра-Невады до Великого океана, от Колумбии до Мексики гремела тогда разбойничья песня:
Вперед, парни, вперед!
Рвемся мы в Калифорнию,
Калифорния вся из золота!
«Течение жизни внезапно изменило свое русло,— повествует историк Бирд.— Ремесленники бросили свои инструменты, фермеры оставили урожай гнить на полях, а скот подыхать с голода, учителя забыли свои учебники, адвокаты покинули клиентов, служители церкви сбросили священническое облачение, матросы дезертировали с кораблей,— и все устремились в едином порыве к месту золотых приисков. Деловая жизнь в городах замерла, покинутые дома и магазины ветшали и приходили в упадок. Золотоискатели шли как саранча в районы, граничившие с лесопильней Суттера, с кирками, лопатами и ковшами для промывки золота». 10 декабря 1848 года губернатор Калифорнии, командир 1-го драгунского полка Месон, квартировавший в Монтерее, доносил президенту Соединенных Штатов, что, прибыв в Сан-Франциско 20 июня, он «с крайним изумлением» обнаружил почти пустой город. По дороге к форту Суттера, через Бодегу и Соному, он повсюду на своем пути встречал оставленные ранчи, заброшенные мельницы и посевы, предоставленные скоту. Зато, прибыв к подножию гор, где находились так называемые «низменные прииски», губернатор увидел бесчисленные палатки и шалаши золотоискателей. «Золотоносные открытия,— заканчивал свое послание Месон,— совершенно изменили вид Верхней Калифорнии. Жители, недавно исключительно занимавшиеся земледелием, бросились на поиски золота. Мастеровые оставили ремесла, купцы бросили лавки; матросы, едва придут в порт, бегут с кораблей. В заливе Святого Франциска в настоящее время стоят три корабля без команды. По той же причине — частые побеги из полков. В продолжение нескольких дней я полагал, что гарнизон Монтерея разбежится! И должно согласиться — соблазн велик! Солдат-артиллерист, получивший отпуск на двадцать дней, возвратился с 1500 пиастрами. В дороге он был одиннадцать дней, следовательно, работал только девять. Все эти факты невероятны, но в самом деле истинны. Посылаю при донесении несколько образцов золота высокой пробы».
* * *
А что же сам Иоганн Август Суттер? Разбогател ли он? Ведь именно на принадлежавших ему землях открыт был Новый Эльдорадо! Увы... Его права никого из золотоискателей не волновали. Старательские усилия Суттера успеха не имели, и он вместе с верным Марше и падре Габриэлем временно удалился на одну из своих уединенных ферм в горах — Эрмитаж. Здесь нашли его жена и дети. К тому времени гасиенда Новая Гельвеция была полностью разграблена пришельцами, от богатства не осталось ни цента. Грандиозный судебный процесс, затеянный обнищавшим «полковником» в 1850 году, когда Калифорния стала одним из новых десяти штатов США, так никогда и не кончился. Как никогда не получил он от правительства истребуемых двадцати (а впоследствии — двухсот) миллионов долларов в счет понесенных убытков. Хотя судья Томпсон и выиграл его процесс, подтвердив иск к семнадцати с лишним тысячам юридических лиц, проживавших на принадлежавших Суттеру землях. Но до этого решения никому не было дела. Зато неподкупный страж закона едва не был линчеван разъяренной толпой, сжегшей само здание суда. Так ничего не получив, Суттер скоро потерял жену и всех своих сыновей: старший, Эмиль, покончил с собой, окруженный по дороге бандитами; средний, Артур, был зверски убит упомянутыми выше «юридическими лицами»; младший, Виктор, утонул на корабле «Золотые Ворота». С тех пор полупомешанного «генерала» — как стали называть в насмешку несостоявшегося миллиардера — часто можно было видеть в кабинетах сенаторов и конгрессменов, которым он тщетно старался доказать что-то, предъявляя судебный документ, подтверждавший его права «на самое большое состояние в истории человечества, когда-либо принадлежавшее частному лицу». 17 июня 1880 года, часов около четырех пополудни, подле лестницы Капитолия в Вашингтоне полиция подобрала труп безвестного бродяги в обтрепанном генеральском мундире, стоптанных башмаках и с золотым перстнем, изображавшим феникса, на указательном пальце правой руки... Джемс Маршалл разделил судьбу своего бывшего патрона, скончавшись нищим в доме умалишенных. Теперь, на месте недостроенной им когда-то лесопильни, ему, первооткрывателю Нового Эльдорадо, поставлен памятник...
* * *
Золото, сыгравшее недобрую шутку с Иоганном Августом Суттером, обратилось настоящей трагедией для туземных жителей Нового Альбиона. Судьба калифорнийских индейцев, особенно после открытия золота, глубоко трагична: они нещадно истреблялись, спаивались «огненной водой радости», изгонялись с мест исконного обитания, а вигвамы и типи их предавались огню. Доведенные до последней степени отчаяния матери убивали своих детей, оберегая их тем самым от грядущих ужасов. Вокруг Коломы вырос целый Город Повешенных, где на красноствольных чагах покачивались тела линчеванных винтунов, помо, мивоков, ваппо... Все это привело к упадку их самобытных культур. Катастрофически сократилась численность краснокожих.
С 1860 по 1890 год колонисты западных территорий при поддержке регулярных войск экспроприировали земли индейских племен. Многие из потомков первопоселенцев Америки были истреблены, уцелевшие выселены в резервации, территории которых, как правило, непригодны не только для земледелия и скотоводства, но и для самой жизни. Открытые выступления обреченных на вымирание туземцев топились в крови. Сейчас в Соединенных Штатах проживает 827 тысяч индейцев — это все, что осталось от многомиллионного коренного населения Америки, обитавшего на Четвертом континенте ко времени открытия его Колумбом, от 400 племен, говоривших на двухстах различных языках.
В 1976 году «Нью-Йорк таймс» писала: «Мы все еще убиваем индейцев, но не пулями, а еще более постыдным и беспощадным оружием уничтожения — бедностью, голодом, болезнями и полным безразличием к их судьбе».
Впрочем, что касается оружия уничтожения...
Известный афоризм генерала Шеридана: «Единственно хороший индеец — это мертвый индеец» — для некоторых в Америке не потерял смысла и по сей день. «Единственный способ иметь дело с движением индейцев — это перестрелять их лидеров» — таково мнение губернатора Южной Дакоты Уильяма Джэнлоу, высказанное уже в наши дни. И это, увы, не пустые угрозы...
Кровью коренных обитателей Нового Света писана история американских индейцев с тех самых пор, когда вошли они в соприкосновение с «высокой цивилизацией», замешенной на лицемерии и жестокости...
* * *
Спустя год после открытия Нового Эльдорадо император Николай I высочайше рекомендовал Российско-Американской компании «заняться, по примеру
