В голове Харпера бешеным потоком понеслись мысли. Если кто-то поджидает их и заминировал скалу гелигнитом, то виденный блеск — это скорее всего отражение солнца от медной проволоки, проведенной между камней к взрывчатке. Коли так, то оператор наверняка лежит, скрытый в скалах, готовясь замкнуть электрическую цепь и обрушить поток камней. Тогда куду испугался присутствия человека.
— Али! — проревел Николас идущему во главе каравана охотнику. — Останови всех! Поворачивайте!
Харпер побежал к голове каравана, но в одно мгновение понял, что слишком поздно. Если кто-то сидит наверху, то этот человек наблюдает за каждым шагом Николаса. Он не сумеет добежать до начала колонны, развернуть мулов на узкой дороге и вывести их из-под удара… Баронет остановился и посмотрел на Ройан. Ее жизнь прежде всего. Англичанин схватил Ройан за руку.
— Быстрее, надо убираться!
— Что случилось, Ники? Что ты делаешь? — Она пыталась вырвать руку.
— Объясню потом, — отрывисто бросил Николас. — Верь мне.
Они вместе помчались обратно.
Не успели они отбежать и пятидесяти ярдов, как скала взлетела в воздух. Их ударила такая взрывная волна, что беглецы пошатнулись, почувствовав мощный удар по черепу. У Харпера и Ройан едва не лопнули барабанные перепонки. Потом над ними сдетонировал основной заряд, и грохот от взрыва, похожий на раскаты грома, длился, казалось, вечность. Это так ошеломило беглецов, что они столкнулись и потеряли ориентацию.
Николас схватил Ройан, чтобы не дать ей упасть, и обернулся. На вершине холма прогремело еще несколько взрывов. Высокие фонтаны грязи, пыли и мусора взлетали в воздух один за другим, словно адские балерины по указке невидимого режиссера.
Даже в этот жуткий момент англичанин оценил, что гелигнит был мастерски заложен. Поработал специалист. Потоки булыжников обрушились вниз, оставив тонкую пыль в голубом небе. Целое мгновение казалось, что на этом разрушения закончены. Потом очертания утеса начали меняться.
Сначала каменная стена подалась вперед, в поверхности появились трещины, раскрывшиеся, как ухмыляющиеся рты. Широкие полосы камней заскользили вниз, напоминая шелковую юбку приседающей в реверансе великанши. Камень застонал, затрещал и начал валиться в реку.
Николаса захватило жуткое зрелище, а мозг, казалось, онемел от взрыва. Ему потребовалось сделать огромное усилие, чтобы заставить себя думать и действовать. Эпицентр пришелся на голову каравана, где находились Али и Тамре. Они с Ройан оказались в хвосте. Подрывник явно ждал, пока они придут в ловушку, но, заметив их бегство, поспешил захлопнуть капкан.
Совсем сбежать не удалось — боковые потоки камней уже неслись в их сторону. Все еще держа Ройан за руку, Николас уставился на падающую скалу, делая отчаянные прикидки.
На дорогу впереди обрушился сильный поток падающих камней, уносивший с собой людей и мулов, сбрасывающих их с края обрыва в реку. Поток глотал несчастных, слизывая, будто гигантское чудище языком, и жуя алыми каменными клыками. Даже за диким грохотом можно было услышать испуганные крики людей и животных, погребенных под камнями.
Волна разрушения понеслась и туда, где стояли Харпер с Ройан. Окажись они в эпицентре взрыва, шансов выжить у них было бы так же мало, как у остальных. Но взрыв уже терял свою разрушительную силу. С другой стороны, Николас понимал, что сбежать они не успеют, а то, что выпадет на их долю, все еще смертельно опасно.
Времени объяснять Ройан, что надо делать, не было — на действия оставались буквально считанные секунды. Подхватив ее на руки, Николас спрыгнул с берега к реке. Он почти сразу же потерял равновесие, и оба упали, покатившись по склону. В тридцати футах внизу был каменный выступ размером с дом. Ударившись об него, они остановились.
Беглецы были наполовину оглушены, но англичанин потащил Ройан под прикрытие уступа. Там была маленькая ниша, куда они забились и прижались как можно плотнее к стене. Когда полетели первые обломки утеса, оба вздрогнули. Огромные глыбы подскакивали в воздух, словно резиновые, набирали скорость и наконец врезались в их укрытие с такой силой, что огромный камень, за которым они спрятались, задрожал и загудел, как соборный колокол. Один гигантский каменный снаряд перелетел над головами путешественников и упал в реку, подняв волну, метнувшуюся на берег.
Это был всего лишь предвестник бури, обрушившейся следом. Казалось, на них валится половина горы. Когда очередной снаряд разбивался об укрытие, в воздух летели осколки, поднималась пыль и пахло серой от кремниевых искр. Обломки скалы пролетали над головами или скапливались спереди, сверху сыпался дождь из мелких камешков и пыли.
Николас прикрыл Ройан собственным телом. Его ударило одним из обломков по голове, да так, что в ушах зазвенело. Однако англичанин сжал зубы и поборол порыв поднять голову и посмотреть, что происходит. По коротким волосам над правым ухом что-то заструилось, как живое существо, но только когда струйка добралась до уголка рта, оставив металлический привкус, Харпер осознал, что это кровь.
Каменная пыль сыпалась на беглецов, раздражая горло. Она заставляла их кашлять в два голоса, забивалась в глаза, вынудив плотно закрыть ресницы и не пытаться оглядываться.
Один кусок камня размером с фургон подпрыгнул в воздух и упал совсем рядом. Земля столь яростно содрогнулась, что Ройан, сверху которой лежал Николас, получила сильный удар по животу и диафрагме. Некоторое время она не могла дышать, казалось, будто сломаны ребра.
Постепенно поток земли и камней начинал редеть. Столкновения огромных валунов с их укрытием стали более редкими, пыль потихоньку оседала. Грохот и рев делались все тише. Слышались шорохи оседающего фунта и шум реки внизу.
Николас осторожно поднял голову и попробовал поморгать, чтобы прочистить глаза от песка. Ройан зашевелилась под ним. Тогда Харпер отполз назад и сел. Они уставились друг на друга. Их лица превратились в маски японского театра кабуки, а волосы напоминали парики французской аристократии восемнадцатого века.
— У тебя кровь течет, — прошептала Ройан голосом, хриплым от пыли и пережитого ужаса.
Николас поднес к лицу руку и, отняв, увидел, что она покрыта пастой из земли и крови.
— Царапина, — заявил он. — А ты как?
— Кажется, вывихнула колено. Что-то сдвинулось, пока я падала. Вряд ли это серьезно. Почти не болит.
— Тогда нам просто неприлично повезло, — сообщил англичанин. — Обычно людям не удается пережить такое.
Ройан попыталась встать, но Николас остановил ее, положив руку на плечо:
— Подожди! Весь склон покрыт разбитыми камнями, они еще не слежались. Некоторое время сверху еще будут сыпаться обломки. — Он развязал бандану и протянул спутнице. — Кроме того, мы не хотим… — На середине предложения Харпер передумал и замолчал.
