— Кайл, найди немедленно все необходимое господину магу, — тотчас велел слуге Винсент.
— Еще мехи какие-нибудь добудь или баклагу, — добавил Йорген. — Чтобы хотя бы литров пять жидкости вместилось.
— Я бы не поручал Кайлу столь важное задание, — предостерег Йоргена разобравшийся в его замыслах Винсент. — Поймет, что дело тухлое, и сдастся врагу или сбежит.
— Не думаю, — криво улыбнулся Йорген. — Обычного человека я использовать не стану в любом случае — промажет еще. Или недостаточно сильно бросит мой подарок… В общем, тут не обойтись без куклы.
— Как бы не поудирали мои воины, увидев такое действо, — нахмурился благородный сэр. — Потом такие слухи пойдут, что не отмоешься… Может, как-то иначе все сделать, без обращения людей в нежить?
— Да запросто, — пожал плечами Йорген. — Только подсчитай тогда сам, сколько ты еще потеряешь людей. Даже без мага отряд противника доставит тебе кучу проблем. Впрочем, если еще десяток-другой дружинников для тебя невеликая потеря…
— Ладно, делай что задумал, — буркнул раздосадованный Винсент.
— Да не волнуйся ты, все провернем без шума и пыли, — заверил своего растревоженного нанимателя Йорген. Достав из кармана плаща коробочку, он добыл из нее небольшой аметист и подал Винсенту: — На вот. И двигай отсюда со своими людьми. В паре миль отсюда встанете и будете ждать моего сигнала. Когда камень станет белым, как мел, заходите с левого фланга к засеке. Только пусть твои дружинники сразу облачатся в доспехи — вдруг понадобится угомонить каких-нибудь недобитков.
— Понял, — кивнул Винсент и открыл, было, рот, чтобы распорядиться о выступлении отряда, но Йорген не дал ему вымолвить и слова.
— Сначала определи троих мне в помощь. Пусть могилы копают, чтобы усыпить бдительность противника. И борта от повозки нужно отломать — мне понадобится огонь для ускорения процесса алхимических преобразований. Кайла вот мне еще оставь, — добавил Йорген, одобрительно кивнув слуге, притащившему пару стеклянных бутылей и чуть ли не десяток разнообразных фляг с водой. — Подсобит мне тут малость.
— Останешься с господином магом, — распорядился Винсент, не обращая внимания на умоляющий взгляд поежившегося слуги, которому страсть как не хотелось оставаться с этим жутким некромантом.
— Иди еще кусок полотна от полога повозки отрежь и иглу с нитью добудь, — немедленно занял Кайла работой Йорген, справедливо полагая, что тогда слуге будет не до глупых раздумий.
— Это все? — спросил Винсент.
— Почти, — ответил маг и отправился к лошади Леона. Из притороченной сумы он вытащил шкатулку из черного камня, где хранилась поглощающая жизненную силу статуэтка. И после этого добавил: — Семь лошадей нам оставьте, чтобы не возникло никаких подозрений, и отправляйтесь.
— Хорошо, — кивнул Винсент.
Спустя некоторое время повозка с исцеленными дружинниками и Леоном в сопровождении возглавляемого благородным сэром отряда покатила прочь.
Йорген проводил взглядом торопящихся убраться подальше дружинников, презрительно хмыкнул и занялся делом. Все необходимые для ритуала инструменты он предусмотрительно достал из поклажи сразу после согласия Винсента на жесткие меры в отношении беглецов, и теперь ничто не мешало воплотить замысел в жизнь. «Вернее, в смерть», — пришла ему в голову здравая мысль, и он рассмеялся, чем еще больше напугал парализованных крестьянских детишек.
Велев троим дружинникам Винсента копать могилы в полусотне ярдов от него и не мешать ему заниматься своим делом, Йорген приступил к изготовлению жидкого огня. Благо этот алхимический состав не требовал каких-то необычных ингредиентов, и потому маг довольно быстро приготовил соответствующие пропорции необходимых компонентов и поручил Кайлу присматривать за костерком, на который после проведенных манипуляций некромант поместил небольшой перегонный куб с маслом. Требовалось загустить жидкость до состояния желе, чтобы потом полученная вязкая масса впитала в себя легко испаряющиеся добавки и удержала их в себе. А сам состав, в конце концов, станет похож на только что добытое земляное масло — будет таким же густым и тягучим, а главное — при горении будет источать чудовищный жар. В общем, отличная выйдет вещь, которая лишь в силу своих отвратительных свойств разлагаться по прошествии совсем непродолжительного времени и самовозгораться не получила широкого применения в войнах.
Так как поддерживать костер — дело нехитрое, Йорген велел Кайлу заодно пошить небольшой мешочек под статуэтку и закрепить его на поясе одного из мертвых латников. Взяв одну из фляг, сделанную каким-то умельцем из бересты, маг наказал слуге Винсента и над ней поработать. Требовалось прикрепить к ней полоску кожи для возможности повесить сосуд за спину, так чтобы спереди его совсем не было видно.
Разобравшись с первоочередными делами, Йорген занялся самым сложным — созданием своей маленькой победоносной армии. Добравшись до усопших, некромант начал быстро рисовать на лицах погибших ратников руны призыва, используя для этого маленькую кисточку и баночку с необычной ржаво-красной краской, которая, попадая на кожу, быстро темнела и становилась матово-черной. В точности как ритум, на основе которого она и была создана. В сущности, маг создавал своеобразные свитки, пусть и не на бумаге, а на человеческой коже. Главное, что они могли удержать структуру воплощаемого заклинания.
Эти рунные символы теперь не смыл бы и самый сильный дождь, поэтому Йорген, закончив работу с мертвецами, не стал их тут же поднимать, а занялся еще живыми латниками. Тут нужно было потрудиться, как следует. Мертвецы — расходный материал, а вот куклы… Куклы — совсем другое дело. Обращение живых, несмотря на всю хлопотность процесса, — одна из самых потрясающих возможностей, которые открываются перед практикующими магию крови. Обычные поднятые — это тупые создания, за которыми глаз да глаз нужен, чтобы они выполняли требуемое, а не бросались на все живое, стремясь пожрать его. Обращенные же сохраняют человеческую сущность, хоть и теряют возможность контролировать свои поступки.
В случае с ранеными воинами это означает, что они не утратят свое мастерство. Вкупе с тем, что их тела практически мертвы, это дает изумительный результат — ведь для них больше нет преград в виде страха или усталости. Да что там, даже ограничения, накладываемые сознанием на допустимость тех или иных нагрузок, исчезают! Обращенные и поднятые сильнее, быстрее и выносливее живых, так как используют возможности своих тел в полной мере, что делает их опасными противниками. Особенно это касается первых, которые хоть практически и мертвы, но все еще сохраняют остатки разума. Правда, это ненадолго. Как только телесная оболочка высосет все запасы жизненной энергии обращенного, он уйдет за грань и превратится в тупоголовую мертвечину. Разумеется, при желании можно поддержать столь полезных слуг, подпитывая их подобие жизни чужой энергией. Только для этого потребуются жертвы, что чревато крупными неприятностями. Крохоборы, тырящие огрызки со стола Древних, тут же переполошатся и затеют охоту на истинного властителя магии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
